PDA

Просмотр полной версии : Воспоминания о "Кожаном мяче". Рассказ



Виктор Дьяков
24.04.2008, 19:12
Дьяков Виктор Елисеевич




Воспоминания о "Кожаном мяче"

рассказ

Что такое команды первой лиги российского футбола, особенно те, которые не имеют достаточного финансирования, а значит, никаких шансов перебраться в высшую, премьер лигу? Отстой, болото, сборище малоталантливой молодёжи и вышедших в тираж футбольных "пенсионеров". Кирилл как раз и был таким "пенсионером". Конечно тридцать два, это для футболиста ещё не совсем "вечер". Хотя, мог Кирилл, если бы поднапрягся в своё время, проявил настойчивость и определённую "гибкость", играть в командах получше, даже в высшей лиге, конечно не в самых престижных... Однако он предпочёл остаться верным своёй родной "Волне", и быть первым в ней, капитаном, нежели прозябать на подхвате или в "дубле" команд постоянно борющихся за "выживание" в высшей лиге.
В тот пасмурный с прояснениями августовский день 2003 года Кирилл вывел на стадион своего родного города команду на очередной матч первенства первой лиги. Ситуация для "Волны" складывалась в том году, в общем, неплохо. Команда прочно обосновалась достаточно далеко от зоны "вылета", что позволяло относительно спокойно себя чувствовать и руководству команды и игрокам. Команда-соперница, прилетевшая из Сибири, напротив, отчаянно боролась за "выживание". Данное обстоятельство предопределяло нешуточную борьбу, ведь на своём поле, перед своим зрителем "Волна" не могла "ударить лицом в грязь", тем более в матче с аутсайдерами.
Кирилл был не только капитаном, но и стержнем команды. Играя в полузащите, он выполнял функции распасовщика, или как это модно именовалось по западному, плеймейкера. И сейчас он по хозяйски "завладел" районом центрального круга и стал выдавать свои фирменные пасы двум выдвинутым вперёд нападающим. Увы, нападающие, тоже были не первой молодости, и ни хорошей техникой, ни особой скоростью не обладали, да и вообще были явно не в ударе. "Спалив" пару неплохих моментов, они быстро сникли и остроты у ворот соперника больше не создавали. Зато гости воспрянули, пошли вперёд и в свою очередь пару раз лишь чудо вкупе с вратарём спасли ворота "Волны".
После первого тайма, в перерыве, тренер чуть не криком требовал активизироваться, отодвинуть игру от своих ворот, пугал всевозможными финансовыми карами. Стращал тренер не без основания, ибо на второй тайм обещался прибыть сам градоначальник, мер города со свитой. В конце перерыва тренер отвёл в сторону Кирилла и зашептал ему на ухо дрожащим голосом:
- Выручай Кирюша. Я одного нападающего заменю, а ты вперёд, на его место выдвигайся и попробуй головой сыграть. Защита у них низкорослая, ты должен их перепрыгнуть, а крайних полузащитников я озадачу верхом на тебя играть. Если игры не покажем, всё, кранты, нам город все дотации обрубит, взвоем как волки
Конечно, тренер был не совсем искренен. Прежде всего "взвыл бы" он лично, пострадал бы и денежно и оргвыводы по нему бы сделали весьма плачевные. Но то, что игру надо спасать понимал и Кирилл. Идти вперёд? С его ростом метр восемьдесят пять он среди в общем-то не очень высокорослой первой лиги был действительно довольно заметен и играть роль "столба" в нападении ему иногда приходилось. Когда выходили на второй тайм, тренер глазами указал Кириллу на трибуну для почётных гостей, где уже разместились в ожидании зрелища "отцы города".
- Ребята, с места в карьер, играть на меня, я пошёл вперёд!- выдал руководство к действию Кирилл.
Подбадриваемая зрителями "Волна" сразу взвинтила темп. Игрок, что заменил одного из нападающих, занял место Кирилла в центре полузащиты и распасовывал крайним полузащитникам, а те, делая рывки с мячом вдоль лицевой линии, стали "вешать" мячи на голову Кирилла. Первые десять минут прошли в беспрерывных атаках "Волны", под нескончаемый рёв трибун, но мяч в ворота не шёл. То подавали неточно, то Кирилл не попадал в створ ворот. Один раз он удачно пробил, но вратарь отвёл мяч на угловой. Но больше всех досаждал защитник-опекун. Он сразу, едва капитан хозяев выдвинулся на роль "столба", всячески стал ему мешать. Он был ниже ростом, но очень прыгуч и перехватывал большинство адресованных Кириллу передач. К тому же защитник очень искусно, скрытно от судей фолил, "подсекая" Кирилла, когда он выпрыгивал на мяч. И всё же Кирилл был выше, мощнее и не сомневался, что рано или поздно "продавит" опекуна. Так и случилось. Нет, гола в тот момент Кирилл не забил, но в очередном столкновении на "втором этаже", он так надавил на защитника, что тот потерял координацию и грохнулся плашмя на довольно жёсткое поле стадиона, повредив при этом то ли руку, то ли ребро. Судья нарушения не зафиксировал - всё случилось в результате обоюдного силового единоборства. Однако защитника увели с поля под руки и вскоре заменили.
Игрок, что вышел вместо травмированного был ещё ниже ростом, не более стасемидесятипяти сантиметров, этакий лысоватый толстячок, на вид не менее тридцати пяти лет... кавказской наружности. Кирилл, всю свою сознательную жизнь игравший в футбол и знавший многих футболистов в лицо, этого защитника, вроде бы, видел впервые, но в то же время ему показалось в нём что-то отдалённо знакомым. Он явно кого-то ему напоминал. Кого? Кирилл отбросил эти мысли - надо было играть, публика и высокое начальство требовали гола.
То, что играть ему стало намного легче, Кирилл ощутил сразу. Новый опекун неожиданно быстро устал и прыгал так тяжело и невысоко, что Кирилл выигрывал у него "второй этаж" без особых усилий. Оставалось только ждать, когда последует достаточно удобный для удара по воротам навес. Это случилось где-то к двадцатой минуте тайма. Мяч летел на хорошей высоте, Кирилл выпрыгнул, опекун попытался сделать то же самое, но едва доставал своей лысой макушкой до его плеча. Кирилл прицельно направил мяч головой в дальнюю от вратаря "девятку". Гол получился настолько эффектным, что стадион не смолкал несколько минут, мэр с приближёнными встали со своих мест и аплодировали стоя. Товарищи по команде со всех сторон налетели на своего капитана, устроили "кучу малу". Когда же Кирилл выбрался и стал приветственно махать трибунам, он боковым зрением увидел то, что не могло не привлечь внимания. Капитан гостей громко, с перекошенными ненавистью лицом выговаривал защитнику. Кирилл уловил обрывки фраз даже сквозь громовой "аккомпанимент" трибун.
- ... чурка сраная... мешок с говном... выпрыгнуть не можешь, жопу свою поднять... отчислить тебя давно пора, дармоеда...!
Кириллу стало искренне жаль этого понурого немолодого футболиста. Он даже захотел его утешить, похлопать по плечу, дескать, не расстраивайся, всякое бывает в нашем деле. Он даже пошёл к защитнику... и вдруг близко, отчётливо увидел его лицо, густую иссиня-чёрную щетину и сквозь неё глубокий косой рубец-шрам, резко красневший, видимо от прилива крови вызванного оскорбительными словами своего капитана. И тут Кирилл вспомнил этот шрам. Он остановился и чувство жалости моментально прошло, вытесненное давними, но хорошо отпечатавшимися в памяти, в сознании воспоминаниями.

2

Это случилось аж семнадцать лет назад, ещё в советское время в одном из отборочных матчей всесоюзного детского турнира "Кожаный мяч". Четырнадцатилетний Кирилл в составе команды ДЮСШ своего города приехал в Москву, где они сыграли в одной из подгрупп. В той подгруппе фаворитом считалась команда из Закавказья. Она буквально под ноль "выносила" всех своих соперников. Матч с кавказцами команда Кирилла ждала со страхом, но избежать его в круговом турнире было невозможно, и он состоялся. Кирилл и его товарищи до матча уже были осведомлены о силе "чёрных", но не столько о футбольной, сколько чисто физической. И выходя на игру Кирилл сразу понял - против такого соперника им играть просто невозможно. Каждый игрок команды соперника был как минимум на полголовы выше любого из его команды, шире в плечах, многие имели уже вполне мужскую поросль на лице и теле. Казалось, что против четырнадцатилетних худеньких русских мальчишек из плохо снабжаемой продуктами питания поволжской области, вышли как минимум шестнадцати-семнадцатилетние кавказские парни, выращенные на баранине вволю, винограде и овечьем сыре без дефицита. Тогда многие считали, что подделав документы кавказцы привезли более взрослых игроков. Уже позднее, когда Кирилл стал зрелым футболистом, он сознал истинную причину. Действительно в той команде могло быть два-три более возростных футболиста, но подделать сто процентов метрик, на такое вряд ли пошли бы даже на Кавказе, известным своим крайне наплевательским отношением к любым общесоюзным законам и нормам. Даже те кавказцы, кому действительно было от роду четырнадцать лет, смотрелись куда взрослее своих славянских сверстников. На Кавказе всё происходит быстрее, юноши быстрее растут, мужают, но потом... потом их физическое развитие замедляется, "европейцы" их догоняют и обгоняют. Но это случается позже, даже к восемнадцати годам разница ещё очень ощутима. Кирилл воочию убедился в этом, когда служил в армии, в спортроте - призывники-кавказцы и физически и главное морально были куда взрослее русских однопризывников. Тот же "детский" матч запомнился ему пожалуй так, как ни один из "взрослых".
Как и следовало ожидать игра сразу пошла в "одни ворота". Кавказские ребята и бегали быстрее и прыгали выше, ну а главное сразу повели себя в отношении столь маломощных соперников вызывающе-агрессивно, всё время провоцируя силовые столкновения и потасовки, которых естественно более мелкие и слабые товарищи Кирилла всячески стремились избегать. То есть, они просто бегали от соперников. При такой игре уже к середине первого тайма команда Кирилла проигрывала 0:3. Кирилл тогда был нападающим. Он несколько раз попытался в одиночку с помощью дриблинга выйти на ударную позицию, пробить по воротам. Ему сразу дали понять, что этого делать не стоит. В тот момент, когда судья смотрел в другую сторону, а Кирилл находился без мяча... его ни с того ни с сего угостили увесистым "пендалем" со словесным сопровождением, и соответствующим акцентом:
- Если ты, пидараз, ещё раз по воротам ударышь, я тибэ всэ ногы пэрэломаю. А еслы гол забьёшь - убью сука. Понял дааа...?
Кирилл никак не мог ответить ни на поджопник, ни на слова. Его опекун был и выше, а главное килограммов на пятнадцать тяжелее, он вообще смотрелся заматеревшим парнем лет двадцати с этаким мужественным шрамом на щеке, алевшим сквозь жёсткую щетину. Но главное, и Кирилл, и его товарищи совсем не были готовы к такому "прессингу" морально. На "наезды" всевозможной околофутбольной шпаны он знал как реагировать, но здесь... здесь было что-то другое, совсем незнакомое для мальчишек, воспитанных на советских интернационалистических традициях. Ведь опекун, как и вся кавказская команда явно издевалась над своими более слабыми соперниками ставя во главу угла своё национальное превосходство.
Тем не менее, Кирилл не внял угрозам и упрямо лез вперёд. Он был одним из немногих, кто продолжал играть, большинство откровенно оробели перед столь мощным и наглым соперником. В одной из контратак Кириллу удалось сквитать один мяч, после чего опекун стал приводить в действие свои слова. Он втихаря бил его по ногам, голове... Начал в первом тайме, продолжил во втором. Бил со знанием дела, когда судья был далеко. На возмущённый взгляд Кирилла, опекун отвечал зло, вполголоса:
- Чиво смотрышь... я тибэ говорыл, что убью? Понял даа...?
К середине второго тайма Кирилл уже просто не мог играть, ибо был фактически избит. Тренер это видел, аппелировал к судье, но бесполезно. По всей видимости тот был подкуплен - подкупать всех и вся на Кавказе начали ещё в советское время и весьма в этом деле преуспевали и преуспевают. Потом кавказцы забили четвёртый гол, а опекун, видя, что Кирилл фактически выведен из строя, тем не менее, не успокоился, а продолжал издеваться. Он регулярно отвешивал ему подзатыльники, пендали... Кирилл пытался играть через боль и слёзы, но замены не просил. Он хотел всё-таки выждать момент и "уделать" эту гниду. И он попытался... Когда мяч отбили в его направлении он заковылял на своих избитых ногах, но опекун его опережал и тогда Кирилл что было мочи с разбегу врезался в него головой. Тот охнул, но не упал, с удивлением взглянул на "козявку" посмевшую его боднуть, и тут же с разворота залепил ему коленом под дых. Кирилл со стонами катался по земле. Когда подбежал арбитр, защитник с простодушной улыбкой поведал ему:
- Он меня головой был... а я что не мужчина...
После этого Кирилл вообще "встал". Его бы надо было заменить, но тренер уже израсходовал замены - товарищи Кирилла чуть не все буквально рвались поскорее уйти с поля и чуть что просили замену. Соперник тем временем запер надломленную команду в штрафной площадке. Кирилл безучастно с не проходящей гримасой боли стоял в районе центрального круга, а опекун прохаживался рядом и издевался уже не физически, а морально:
- Слушай, ты чего мэлкый такой, ааа? Твой папа, тибя наверный пьяный дэлал, а? Чего вы все мэкие такие, а...? Слушай, наверный твой мат блад... все русские женщины блад. Потому оны все такие жирные, пузатые, а дытей таких мэлких дают. Наверный и у твой мат сала в пузе много и тебэ места мало был... ха-ха...- защитник до самого конца матча оскорблял его мать, его народ...
То был конец восьмидесятых годов. Союз уже трещал по швам и живущие значительно лучше прочих советских жители Закавказья, тем не менее, всё громче высказывали своё недовольство. Они уже не хотели жить лучше русских, татар, белорусов, чувашей, мордвы... Эти народы они уже не воспринимали как достойных оппонентов, они хотели жить как на Западе. Вынь да полож. Почему они вдруг чуть не всенародно пришли к мысли, что вне Союза будут жить ещё лучше? Но они тогда именно так решили и били наотмашь, рубили... сук, на котором сидели, не так уж плохо сидели. Но тогда никто, даже их мудрые старики не могли уразуметь, что никогда Закавказье не будет так спокойно, сыто и богато жить как в составе СССР, потому что жили за счёт других республик, России в первую очередь. Но это они поняли уже потом, когда Союз развалился и закавказские люди терзаемые межнациональными конфликтами и безработицей устремились в так презираемую ими Россию, за куском хлеба, устремились торговцы, бандиты, поехали и футболисты. Но если торговцы и бандиты вели себя в России также гордо и нагло как в советское время, то футболисты, особенно возрастные, увы, вынуждены были наступить на горло своей гордости и в основном прозябать в "дублях" и на скамейках запасных.

3

В памяти Кирилла настолько ярко отпечатались то унижение, что он вспомнил всё моментально. Этот лиловый косой шрам на щеке опекуна - это был тот самый шрам, и тот самый опекун, представший перед ним через семнадцать лет вот этаким лысоватым коротышкой. Они как бы поменялись местами. Выходит с тех самых пор он совершенно не вырос.
Матч продолжался, "Волна" не прекращала атаковать тем же манером, посредством навесов с флангов на Кирилла, который словно обретя второе дыхание совсем подавил своего опекуна. Сначала он ещё раз забил головой, а потом блеснул уже дриблингом, обвёл его раз, подождал и обвёл ещё раз и пробил в угол противоположный от того, куда бросился вратарь. Теперь Кирилл больше всего боялся, что и этого защитника заменят, и он не успеет ему высказать всего что хотел. Но при счёте 3:0 игра успокоилась, более того гости пытались атаковать, чтобы хотя бы забить гол престижа. Кирилл же получил возможность пообщаться со своим старым знакомым, на которого когда-то смотрел снизу вверх, а теперь сверху вниз. Заметив не сходившую с лица защитника гримасу боли Кирилл притворно-участливо спросил:
- Что, больно?
Защитник не ответил, лишь его глаза затравленно блеснули.
- Слушай, скажи, а чего это ты такой мелкий?- с ехидной улыбкой осведомился Кирилл.
На этот раз опекун взглядом выразил удивление и раздражённо ответил:
- Тэбэ что, дэлать нечего, даа? Зачэм такое говоришь?
- У тебя научился. Помнишь Москву, восемьдесят восьмой год, отборочные игры на "Кожаный мяч"?
Защитник ещё больше выкатил глаза, наверняка он ничего не помнил, и не понимал причину разговора, что затеял с ним этот могучий форвард соперников уже сделавший хет-трик, и которому он должен был мешать играть, но не мог этого сделать.
Мяч, отбитый защитниками, летел к центру и Кирилл рванулся к нему, одним движением обвёл мешковатого опекуна, пошёл к воротам... но слишком далеко отпустил мяч и вратарь успел накрыть его у него в ногах. Произошло столкновение, от которого нападающий не пострадал, а вот вратарю пришлось вызывать врача - возникла паузе. Кирилл вновь подошёл к защитнику.
- Не помнишь что ли..? Ты там ещё про русских женщин базарил. А я вот сейчас хочу должок вернуть, про ваших поговорить. Видел я их, мелкие уж больно, тощие. Животы-то у ваших матерей маленькие, потому места в них мало, оттого, наверное и вы все такие маленькие, хоть и мясо за счёт России в три горла жрали. Чего молчишь?
Кирилл издевательски засмеялся, но смеялся не долго - игра возобновилась и мяч вновь летел к центру поля. Кирилл в паузах продолжал третировать опекуна, и говорил ему примерно те же гадости, что слышал семнадцать лет назад от него. Он провоцировал его, но защитник так и не решился кинуться с кулаками на столь могучего противника, а стал просто бегать от него. Это привело к ещё одному голу, который Кирилл забил уже безо всякого противодействия со стороны опекуна. После этого гола чуть не вся команда гостей буквально набросилась на бедолагу защитника, обзывая его всем чем можно, им же вторил со своей скамейки и тренер. При этом слова "дармоед" и "сука черножопая" были не самыми оскорбительными. А Кириллу, которому казалось надо было удовлетворится его унижением, радоваться своему четвёртому голу, которому вновь рукоплескал стадион и лично мер... ему стало жаль этого затравленного вконец человека, хоть он в своё время к Кириллу жалости не испытывал. Русский человек отходчив, он может простить...

NordSky
24.04.2008, 19:37
ПЯТЬ БАЛЛОВ!!!!
- спасибо Вам

Ultra21
24.04.2008, 23:16
класс! Отличная история!