PDA

Просмотр полной версии : Рекомендации по теме 282



Басманов
15.02.2008, 19:52
Рекомендации составлены не ДПНИ, но они весьма полезны:




31 января 2007 г. Ниже приведены юридические рекомендации движения "ЖБСИ!" в связи с нарастающими чуть ли не в геометрической прогрессии преследованиями русских патриотов по политическим статьям. Наша цель -- превращать эти текущие и будущие уголовные преследования в политический процесс разрастающегося русского сопротивления, используя уголовные дела как топливо этого процесса. Всякие действия оккупационной власти против нас должны приводить к несоразмерно большим проблемам для нее, чем те, которые она намеревалась решить. Для этого необходимы организованные усилия, объединение всех патриотических сил и разработка и распространение соответствующей информации. Данные "рекомендации", например, следует довести до сведения максимального количества людей.



+ + +

РЕКОМЕНДАЦИИ Движения «Жить без страха иудейска!» ПО ПРОФИЛАКТИКЕ И ЗАЩИТЕ ОТ УГОЛОВНЫХ ПРЕСЛЕДОВАНИЙ РУССКИХ ПАТРИОТОВ (ст.ст. 280, 282, 282.1, 282.2 Уголовного кодекса РФ)

ВСТУПЛЕНИЕ

Статьи 280 (Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности), 282 (Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства), 282.1 (Организация экстремистского сообщества), 282.2 (Организация деятельности экстремистской организации) Уголовного кодекса РФ являются основными, по которым в настоящее время осуществляются уголовные преследования в отношении национально мыслящих патриотов, открыто выступающих против нелегальной иммиграции, разгула этнической преступности, засилья инородцев в определенных сегментах экономики и на рынке труда. Содержание указанных статей УК РФ приведено в разделе «Законы» сайта Русская Защита.

Преследованиям по этим статьям УК РФ в подавляющем большинстве случаев подвергаются именно русские патриоты, что свидетельствует об избирательном политическом характере этих уголовных преследований. Это же обстоятельство является и главной спецификой этих преследований, требующей специфического подхода при организации защиты патриотов.

Настоящие рекомендации не могут вместить в себя особенности всех возможных уголовных дел. Они лишь призваны дать основные, наиболее общие рекомендации, которые помогут в профилактике возбуждения, прекращения начатых производством уголовных дел, вынесения по ним оправдательного приговора, отмены обвинительных приговоров.

ОБЩИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

В строго юридическом смысле указанные статьи Уголовного кодекса позволяют осуществлять уголовное преследование в каждом случае, когда в действиях тех или иных лиц обнаруживаются признаки экстремистской деятельности в том виде как это понятие сформулировано Федеральным законом "О противодействии экстремистской деятельности" (за исключением ст. 282.2 УК РФ).

Согласно указанного Закона экстремистская деятельность это:

1) деятельность общественных и религиозных объединений, либо иных организаций, либо средств массовой информации, либо физических лиц по планированию, организации, подготовке и совершению действий, направленных на:

насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;
подрыв безопасности Российской Федерации;
захват или присвоение властных полномочий;
создание незаконных вооруженных формирований;
осуществление террористической деятельности;
возбуждение расовой, национальной или религиозной розни, а также социальной розни, связанной с насилием или призывами к насилию;
унижение национального достоинства;
осуществление массовых беспорядков, хулиганских действий и актов вандализма по мотивам идеологической, политической, расовой, национальной или религиозной ненависти либо вражды, а равно по мотивам ненависти либо вражды в отношении какой-либо социальной группы;
пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности;
2) пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения;

3) публичные призывы к осуществлению указанной деятельности или совершению указанных действий;

4) финансирование указанной деятельности либо иное содействие ее осуществлению или совершению указанных действий, в том числе путем предоставления для осуществления указанной деятельности финансовых средств, недвижимости, учебной, полиграфической и материально-технической базы, телефонной, факсимильной и иных видов связи, информационных услуг, иных материально-технических средств.

В силу того, что само понятие экстремистской деятельности сформулировано законодателем в наиболее общем и пространном виде, правоохранительные органы не могут самостоятельно принимать решения об обнаружении в действиях патриотов признаков указанных преступлений, возбуждать уголовные дела и делать обвинительные заключения, не имея положительного заключения специалистов в области лингвистики (социальной психологии) о том, что в высказываниях или действиях тех или иных патриотов действительно содержатся признаки экстремисткой деятельности. Это обстоятельство дает патриотам довольно эффективный способ юридической защиты на всех стадиях уголовного преследования, который заключается в создании и использовании при осуществлении защиты альтернативных обвинению заключений указанных специалистов об отсутствии в инкриминируемых действиях признаков экстремистской деятельности. Об этом более подробно чуть ниже.

Исключение из указанного общего правила представляет собой ст.282.2 УК РФ (Организация деятельности экстремисткой организации), позволяющая осуществлять уголовное преследование только при наличии вступившего в законную силу судебного решения о ликвидации или запрете деятельности конкретной организации в связи с осуществлением ею экстремистской деятельности. Так, например, если в отношении ДПНИ будет принято такое решение, всякую дальнейшую деятельность под флагом ДПНИ необходимо свернуть и возобновить ее зарегистрировавшись под новым названием, например, Движение против нелегальных иммигрантов. При этом аббревиатуру ДПНИ так же необходимо будет изменить, например, на ДвПНИ. Учредительные и уставные документы необходимо так же создать новые и не совпадающие дословно с прежними.

ПРОФИЛАКТИКА УГОЛОВНЫХ ПРЕСЛЕДОВАНИЙ

Наиболее общими рекомендациями по профилактике возбуждения уголовных дел по указанным статьям являются следующие.

При издании печатных материалов и при публичном озвучивании проблем связанных с жидовским игом, нелегальной иммиграцией, этнической преступностью, засильем инородцев и т.п., необходимо избегать обобщающих характеристик и выводов в отношении той или иной этнической группы. Например, перечисление преступлений совершенных той или иной этнической преступной группировкой и требование изгнать ее и ей подобные с нашей земли не могут быть квалифицированы как разжигание национальной розни. А вот требование «изгнать инородцев оккупировавших рынки, безнаказанно совершающих преступления», уже подпадает под понятие экстремизма, т.к. содержит в себе обобщающую характеристику в отношении всех без исключения инородцев.

При обсуждении действий власти необходимо руководствоваться одним общим критерием – обвинять власть как таковую (без конкретизации отдельных органов и должностных лиц) можно в чем угодно – в геноциде, национальной измене, присвоении народных богатств, продажности, совершении преступлений против собственного народа. Любая же конкретизация в отношении отдельных органов и должностных лиц требует наличия конкретных доказательств тех или иных обвинений. Описывая, например, «преступную деятельность» конкретного лица необходимо ссылаться на вступившие в законную силу обвинительные приговоры в отношении этого лица и только применительно к ним использовать понятие «преступная деятельность». В противном случае можно понести уголовную ответственность за распространение клеветы. Главный принцип обвинения конкретных органов и лиц – это наличие доказательств по каждому пункту обвинения. При этом не могут быть доказательствами сообщенные кем-либо сведения, если они не имеют под собой какого-либо документального подтверждения.

Грамотная комбинация конкретных обвинений, обеспеченных доказательствами и логически связанные с ними общие выводы в отношении власти вообще, дают возможность и донести свою мысль и избежать уголовного преследования.

Любой публичный призыв к вооруженному восстанию, насильственному свержению власти, созданию собственных органов власти, вооруженных формирований, также квалифицируется как экстремистская деятельность. Доносить легально эти важные для нас вещи можно в виде чаяний и желаний, да и то с большой осторожностью, предварительно проконсультировавшись с лингвистами (социальными психологами) и юристами.

Наиболее общим критерием при выборе легальных способов агитации и практической деятельности должно стать постоянное соизмерение их с вышеуказанным содержанием понятия «экстремистская деятельность» и при любом сомнении - обращение к юристам, лингвистам, социальным психологам за разъяснениями.

ДЕЙСТВИЯ ПРИ УГОЛОВНОМ ПРЕСЛЕДОВАНИИ

Политические аспекты защиты.

Если все-таки преследование началось, а в качестве такового можно рассматривать уже проверку правоохранительных органов на предмет возбуждения уголовного дела, перед тем как начать действовать, необходимо определиться в следующих обстоятельствах.

Если проверка санкционирована каким-либо обращением в прокуратуру оскорбленного инородца или «правозащитной» организации типа Московского бюро по правам человека, то рвения от прокурорских работников ожидать вряд ли придется. Закрыть такое дело будет несложно уже на стадии проверки, если установить нормальный человеческий контакт со следователем, который, возможно, в душе еще и сочувствует нашему делу, как это зачастую и бывает.

Необходимо понимать, чем ниже стадия уголовного процесса, тем легче закрыть дело. Соответственно нельзя сидеть и ждать чем закончиться проверка, затем следствие, а затем суд. Необходимо сразу же и очень активно включаться в защиту, пытаясь предотвратить уже само возбуждение уголовного дела.

Как указывалось выше, спецификой рассматриваемых «патриотических» статей Уголовного кодекса, является то, что правоохранительные органы не могут самостоятельно принять решения о возбуждении уголовного дела, не имея положительного заключения специалистов в области лингвистики (социальной психологии) о том, что в высказываниях или действиях тех или иных патриотов действительно содержатся признаки экстремисткой деятельности.

Не смотря на это зачастую прокурорские вначале возбуждают уголовное дело по «патриотической» статье, а лишь затем запрашивают заключения специалистов. Если это не вызвано откровенно враждебной позицией прокуратуры, а лишь ее непрофессионализмом, то не стоит по этому поводу сразу же обострять отношения.

В том же случае, когда заказной настрой прокуратуры чувствуется изначально и во всем, необходимо сразу же занимать очень жесткую позицию и начинать обжаловать в суд буквально все огрехи следствия, благо этого «добра» у наших следователей всегда хватает. Одновременно с этим нужно начинать раскручивать политический скандал изо всех сил и средств, которыми мы только располагаем в данное время и в данном месте. Очень важно для нас всех научиться объединять свои усилия по каждому такому уголовному делу и получать из него политический результат, последствия которого для власти будут таковы, что отобьют у нее охоту заниматься этим в дальнейшем. Только такой результат (независимо от исхода самого уголовного дела) заставит власть отказаться от тактики уголовных преследований патриотов как в конкретном регионе, так и в России в целом.

Необходимо научиться превращать каждое уголовное преследование в серьезное политическое событие, которое бы приносило власти несоизмеримые с целями преследования моральные и политические потери.

Привлечение к делу широкого общественного внимания, СМИ, постоянные (но корректные) звонки по телефону следователю, ведущему дело, прокурору, публичное прогнозирование в СМИ их (бедных, связанных политическим заказом) действий как исключительно и неизбежно обвинительных, организация пикетов, митингов, распространение листовок (причем не против прокуратуры, а против ига жидовского, инородческого засилья) и прочее, обладают более сильным воздействием, чем самая грамотная юридическая защита.

Необходимо разослать по дружеским организациям номера телефонов прокурора и следователей ведущих дело с просьбой звонить и высказывать все, что мы думаем по поводу уголовных преследований. Этот психологический фактор немаловажен. Личный контакт всегда производит большее впечатление, нежели письменное обращение. Услышав от десятков человек из разных регионов страны возмущение по поводу гонений, желание прекратить эту головную боль (уголовное дело) будет больше, чем от стопки обращений, которые можно аккуратно сложить в угол не читая. При этом крайне важно, чтобы звонящие по телефону вели себя корректно. Угрозы и оскорбления не допустимы. Это вызовет злобу и прямо обратный эффект.

Но это не значит, что письма и обращения вообще не нужны. Очень важны официальные обращения видных организаций, депутатов, общественных и политических деятелей. Это важная статусная составляющая, определяющая политический уровень дела. Письменные обращения граждан тоже являются необходимой дополнительной составляющей. Но лучше, если позволяют средства, чтобы вместо писем наши люди просто звонили и буквально «доставали» прокуратуру.

Таким образом, мы должны понимать, что только мощный общественно-политический фактор каждого уголовного дела возбужденного по «патриотической» статье может рассматриваться как реальная защита от уголовных преследований патриотов. Но для этого необходимо единство усилий. Власть отнюдь не всесильна и очень внимательно следит за тем, чтоб ее действия не настраивали народ против нее. Этим нужно пользоваться, создавая тем, кто нас преследует статус предателей своего народа, прислужников жидов-олигархов, инородцев-преступников, давая одновременно с этим прокурорам возможности для закрытия уголовных дел.

Если дело все же перешло в стадию судебного рассмотрения к этому времени уже должен быть сформирован полноценный политический скандал. Должны с еще большей интенсивностью продолжаться митинги, пикеты, давление депутатов и общественных деятелей с одновременной грамотной защитой в суде и публичным уничижительным обсуждением ошибок обвинения в СМИ (а они всегда есть).

Такие неюридические способы защиты дают нам реальный шанс перегнуть волю властей и заставить их оправдать нашего соратника даже в том случае, если есть основания его осудить по закону.

Юридические аспекты защиты.

Сердцевиной, которая определяет исход уголовных дел по «патриотическим» статьям, является, как уже указывалось, заключение специалиста (эксперта). На стадии проверки такое положительное заключение дает основание для возбуждения уголовного дела, а отрицательное – к отказу в возбуждении. Четкого критерия здесь нет. Вопрос этот сугубо оценочный, научный. И очень многое, а точнее почти все зависит не от следователя, ведущего дело, и не от судьи, рассматривающего его, а от того, кто даст указанное заключение, т.е. от эксперта (специалиста). Поэтому эксперты в области психологии, лингвистики и являются на самом деле теми фигурами, от которых зависит исход дела по указанным составам преступлений.

Такие заключения, полученные в стадии предварительного следствия или в ходе судебного разбирательства, приобретает статус судебной экспертизы.

В случае положительного заключения, дающего следователю возможность вынести обвинительное заключение, а суду – обвинительный приговор, нужно сделать все возможное для получения заключения у других специалистов с прямо противоположными выводами той, на которой базируется обвинение против нашего соратника. Желательно, чтобы такая альтернативная обвинению экспертиза обладала более высоким научным статусом экспертного учреждения или конкретного эксперта (специалиста). Дело в том, что наши суды, как правило, не особенно утруждают себя в заказных делах, считая, что приговор в любом случае устоит в силу политического заказа на него. При наличии двух взаимоисключающих экспертиз (заключений) они, как правило, отдают мотивированное предпочтение обвинительной экспертизе, считая, что данный аспект входит в свободу оценки судом представленных доказательств. Однако Конституционный Суд в одном из своих постановлений (N451-О от 20.11.2003) обязал суды при наличии взаимоисключающих доказательств экспертов (специалистов) не оставлять их на свободу своей оценки, а проводить новую экспертизу для устранения возникших противоречий. Это требование Конституционного Суда, как правило, никогда не выполняется, что дает нам, при сложившемся отношении к заказным делам, основания к отмене приговора. Но для этого необходимо приобщить к материалам дела альтернативные заключения специалистов, на которых и выстроить защиту. Самих же специалистов нужно привлечь к участию в судебном разбирательстве для дачи ответов по существу предъявленного обвинения. В результате в материалах дела появятся взаимоисключающие доказательства: обвинительное экспертное заключение и, возможно, показания самого эксперта, с одной стороны, и наша оправдательная научная консультация и показания нашего специалиста (специалистов), с другой стороны. Если суд откажется устранять противоречия в предъявленном обвинении и вынесет обвинительный приговор, у нас будет реальный шанс на отмену этого приговора.

Если же суд все-таки пойдет на устранение противоречий и поставит вопрос о проведении новой экспертизы для их устранения, то на этот случай нужно иметь в запасе еще одно наше научное (экспертное) учреждение или по крайней мере – эксперта (специалиста), в котором (у которого) и предложить суду провести экспертизу. Необходимо учитывать, что для проведения экспертизы в научном (экспертном) учреждении вначале выбирается учреждение и лишь потом этим учреждением назначается конкретный эксперт для проведения экспертизы. Поэтому не стоит высвечивать нашего специалиста, работающего в таком учреждении. Предлагать надо научное учреждение, а после поступления туда материалов дела для экспертизы и решать вопрос о том, чтобы нашему специалисту и поручили проведение экспертизы.

Вот в общих чертах то основное, что касается чисто юридической стороны защиты. Напоминаем еще раз, что исход дел по ст.ст.282 и 280 УК в чисто юридическом плане почти на 100 % зависит от результата экспертизы (экспертиз). Это стержень уголовного дела, которому необходимо уделять первоочередное значение.

Субъективная сторона рассматриваемых составов преступлений практически не определяет их исход. Поэтому не стоит пытаться выиграть дело на том, что я, мол, не знал, что так писать или говорить нельзя. К тому же такая позиция не красит нас, патриотов. Исключение, пожалуй, составляет лишь ст. 282.2 УК, где в определенных случаях можно доказать, что подозреваемый (обвиняемый, подсудимый) не знал и не мог знать о вступившем в законную силу решении о ликвидации или запрете деятельности конкретной организации в связи с осуществлением ею экстремистской деятельности. Если это обстоятельство будет доказано, то состав преступления не образуется и привлечь лицо к уголовной ответственности нельзя.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Наша задача, в условиях усилившегося давления на национально-освободительное движение, должна состоять в том, чтобы не упускать ни одной возможности превращать начавшиеся уголовные преследования против наших патриотов в политический процесс разрастающегося русского сопротивления, используя уголовные дела как топливо этого процесса. Всякие действия власти против нас должны приводить к несоразмерно большим проблемам для нее, чем те, которые она намеревались решить. Для этого необходимы организованные усилия и объединение всех патриотических сил. Никто из патриотов не имеет права пребывать безучастным к происходящим где бы то ни было преследованиям наших соратников. Посильное участие каждого патриота в защите каждого из тех, кто попадает под пресс заказного правосудия, в итоге выливается в мощный политический фактор, от которого у продажной власти в конце концов начинают дрожать коленки и пропадает охота продолжать своими судами нагнетать ситуацию. Вот эту дрожь она должна почувствовать в каждом уголовном деле против наших соратников. И больше никогда не забывать это очень неприятное для себя состояние. А это зависит только от нас. Один за всех и все за одного – вот залог нашего успеха.

Поэтому нужно уповать не на битвы юристов в судах с гарантированным канализационным сливом самых квалифицированных таких усилий, а на создание совершенно определенной уверенности у продажной власти только в одном - что ее репрессии против нас обернутся потерей политического контроля над ситуацией. Нужно найти силы для того, чтобы каждый уголовный процесс против нас превращать в процесс роста национального протеста. И это однозначно остановит жидолюбивую власть, пребывающей в страхе при виде русского народа, начавшего пробуждаться от смертельной спячки.

Aleha
15.04.2008, 04:53
Привожу пример реальной "экспертизы" (с кратким отзывом, написанным по просьбе заинтересованного лица за пять минут в аэропорту). По этому отзыву потОм была составлена более развёрнутая телега; в результате эксперту был заявлен отвод, поддержанный судом.

Наиболее интересный здесь документ -- собственно оригинал "экспертизы", свидетельствующий о том, насколько дремучими бывают "эксперты", выписывающие свои псевдонаучные "экспертизы" из книжек, понять содержание которых они не в состоянии. :D

Собственно, это и внушает некоторый осторожный оптимизм.

Басманов
05.12.2008, 13:44
СУД НАПЛЕВАЛ
ОТВОД
24 ноября в Замоскворецком суде произошло событие, неприятное для «Дуэли» и для меня лично - судья Л.В. Каштанова признала подборку материалов «Смерть России!» экстремистским материалом. Теперь мое положение в Савеловском суде, в котором меня судят с перспективой пяти лет лишения свободы, ухудшилось, поскольку меня судят за публикацию именно этой подборки. Судья Каштанова свою работу на благо лобби Израиля исполнила. Рассказать обо всем в одной статье невозможно - в общей сложности суд шел семь часов. Поэтому дам для начала лишь некоторые моменты.
Суд начался с моего заявления об отводе:
«Конституция РФ в пункте 2 статьи 50 установила: «2. При осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона». Соответственно, статья 55 ГПК РФ считает доказательствами только «полученные в предусмотренном законом порядке сведения».
11 марта сего года суд рассмотрел противоречия имевшихся в деле экспертиз: Заключение специалистов-лингвистов N 18-04/07 от 9.04.07 Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам (ГЛЭДИС) и два идентичных заключения специалиста Центра специальной техники института криминалистики ФСБ И.В. Огорелкова N3/503 и N 3/477 от 5 октября 2007г. Суд учел замечания ответчиков об этих экспертизах, в частности, о наличии в них противоречий, как внутренних, так и между самими экспертизами. Суд приобщил к делу письмо УФСБ N 8/2-3089 от 18.06.07, в котором дается крайне низкая оценка экспертному заключении, выполненному ГЛЭДИС, в том числе экспертом Галяшиной: «...компетентность специалистов «ГЛЭДИС» вызывает обоснованные сомнения; их выводы не находят достаточного обоснования в тексте названной статьи; интерпретация и оценка приведенных высказываний весьма спорны...».
Нами же имелось в виду, что:
- статья А.В. Дуброва «О матери», опубликованная в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, названа «статьей Дуброва «Смерть России!»», что недопустимо не только для филолога, но и для обычного человека, знающего русский язык;
- лингвистами в тексте найдены призывы, но, в нарушение правил русского языка, не определен их адресат и не дан ответ на вопрос, кто именно должен осуществлять эти призывы;
- эксперты ГЛЭДИС, в том числе Галяшина, считают, что в материале «Смерть России!» нет призывов к изменению конституционного строя, а эксперт ФСБ Огорелков утверждает, что есть. Эксперты ГЛЭДИС утверждают, что в материале имеются «высказывания, направленные на возбуждение национальной и религиозной розни, а также социальной розни, связанной с призывами к насилию; ...высказывания, призывающие к полному уничтожению Российского государства, как граждан еврейской, так и русской национальности», а эксперт ФСБ утверждает, что в этом материале «не содержится информации, направленной на нарушение прав и свобод человека и гражданина, причинение вреда здоровью и имуществу граждан в связи с их убеждениями, расовой или национальной принадлежностью, вероисповеданием, социальной принадлежностью или социальным происхождением».
Статья 87 ГПК РФ требует: «2. В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам». Суд учел и это требование Закона, и то, что поставил на разрешение эксперту вопросы, сформулированные Гагаринским прокурором из выводов экспертизы ГЛЭДИС, и эти выводы должны были быть либо подтверждены, либо опровергнуты независимым экспертом. Это, в данном случае, очень важно, и мы должны это подчеркнуть: эксперту ставились не дополнительные вопросы, то есть это не тот случай, когда можно было привлечь того же самого эксперта. Нет, на разрешение эксперту были поставлены те же самые вопросы, на которые уже ответила экспертиза ГЛЭДИС. В связи с этим суд и поручил проведение экспертизы не специалистам ГЛЭДИС или ЦСТ ФСБ, а специалистам СОДЭКС МГЮА.
Выводы экспертизы ГЛЭДИС:
«В статье «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» N27 (475) от 04 июля 2006 г. имеются:
- призывы к подрыву безопасности Российской Федерации;
- высказывания, направленные на возбуждение национальной и религиозной розни, а также социальной розни, связанной с призывами к насилию;
- высказывания, направленные на унижение национального достоинства русской нации;
- высказывания, призывающие к полному уничтожению Российского государства, как граждан еврейской, так и русской национальности».
Вопросы суда в Определении:
«Содержатся ли в материалах статьи А.В. Дуброва «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, высказывани, направленные: на подрыв безопасности Российской Федерации; на возбуждение национальной, религиозной либо социальной розни, связанной с призывами к насилию; на унижение национального достоинства русской нации, а также призывающие к полному уничтожению Российского государства, граждан как еврейской, так и русской национальности?»
В это экспертное учреждение было отослано все гражданское дело с уже имеющимися заключениями экспертов ГЛЭДИС и ЦСТ ФСБ. То есть генеральный директор СОДЭКС С.Б. Россинский знал, что экспертизу ГЛЭДИС ранее выполняла эксперт Е.И. Галяшина. В экспертизе СОДЭКС утверждается, что СОДЭКС руководствовалось гражданско-процессуальным кодексом, то есть и статьей 87, тем не менее Россинский пригласил из ГЛЭДИС Галяшину для исполнения экспертного заключения по данному поручению суда. Он, фактически, предоставил ей возможность подтвердить ту ложь, которая была заложена Галяшиной в заключении ГЛЭДИС и сомнения по поводу которой суд пытался устранить повторной экспертизой.
Галяшина подогнала не только выводы экспертизы под выводы ранее сделанных экспертиз ГЛЭДИС и ЦСТ ФСБ, но и текст взяла из этих экспертиз. Суд может в этом убедиться, например, на стр. 9 текст экспертизы СОДЭКС, начиная со слов «В исследуемом тексте...», дословно совпадает с текстом экспертизы ГЛЭДИС на стр. 6, начиная со слов «В исследуемом тексте...» и далее с переносом на стр. 7.
Выводы Галяшиной в Заключении экспертизы СОДЭКС практически полностью совпадают с выводами ГЛЭДИС:
«В подборке материалов, озаглавленной «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» в N 27(475) от 04.07.2006 года, содержатся высказывания, призывающие к полному уничтожению Российского государства, направленные на подрыв безопасности Российской Федерации, на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, на возбуждение национальной, социальной и религиозной розни, на унижение национального достоинства русских».
Правда, без объяснения причин Галяшина в качестве эксперта СОДЭКС стала именовать статью Дуброва «О матери», хотя в качестве эксперта ГЛЭДИС, именовала ее «Смерть России!». Эксперт объясняет, почему, вдруг Дубров перестал призывать «к полному уничтожению ... граждан как еврейской, так и русской национальности», как она это утверждала раньше. В то же время в экспертизе опять не указан адресат призывов.
Не беремся утверждать умышленно или по халатности гендиректор СОДЭКС нарушил пункт 3 статьи 16 ГПК РФ, требующей отвода эксперту по причине его заинтересованности, и поручил производство экспертизы эксперту, который не имел права ее делать. Но действия Галяшиной, безусловно, умышленные: она видела, что речь идет об устранении противоречий и о сомнениях в выводах экспертизы, ранее сделанных ею же. Она знала, что ей нельзя выполнять по этому делу новую экспертизу, тем не менее она взяла деньги из бюджета России и исполнила документ, бесполезный для суда. Поскольку суд не имеет права признать доказательством сведения, полученные не в предусмотренном законом порядке - вопреки требованиям статьи 87 ГПК РФ, которая требует, чтобы в таком случае экспертиза была поручена другим экспертам.
В связи с явной заинтересованностью эксперта Галяшиной в получении тех выводов, которые она сделала, по основаниям статей 16.3 и 87 ГПК РФ мы заявляем отвод эксперту Галяшиной Е.И. и просим суд повторить назначение судебной лингвистической экспертизы».
Суд отказал, никак не объяснив, почему статьи 16.3 и 87 ГПК РФ перестали действовать.
Затем представители прокурора (их было два) прочли заявление Гагаринского межрайонного прокурора В.Ю. Смирнова и я начал задавать им вопросы. Получилось вот что.

ДОПРОС ПРОКУРОРА
1. В своем Заявлении вы упорно пользуетесь уже не действующей редакцией закона «О противодействии экстремистской деятельности» от 2002 года. В действующей редакции статьи 13 этого закона уже нет пунктов «а» - «в», а вы просите суд принять решение на основании этих пунктов. Гагаринский прокурор не признает редакции закона «О противодействии экстремистской деятельности» от 27.07.2006? Ответ: пользуемся всеми редакциями.
2. В Рекомендациях Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды, N 27-19-99 от 29.06.99, на которые ссылаются эксперты по этому делу, указано: «Если идеи публикатора (оратора) выражены прямо, а не завуалированно, содержательный анализ вполне доступен подготовленному следователю или прокурору и не требует специальных познаний». А в Заявлении Гагаринского прокурора нет ни единого слова прокурорского содержательного анализа статьи, которую вы просите признать экстремистской. В Заявлении дословно переписано предупреждение Росохранкультуры. Значит ли полное отсутствие анализа со стороны прокуратуры то, что в Гагаринской прокуратуре никто не понимает, о чем написано в подборке «Смерть России!»? Ответ: всё написано в Заявление.
3. Судя по тому, что вы представили суду уже третий вариант Заявления, лингвисту ОДЭКС Е.И. Галяшиной все же удалось разъяснить Гагаринской прокуратуре, как называется то, что было опубликовано в газете «Дуэль» N 27(475) от 04.07.2006. Так как называется статья автора А.В. Дуброва? Ответ: «О матери».
4. В двух предыдущих вариантах вашего Заявления несмотря на наши протесты вы называли эту статью Дуброва «Смерть России!». Несмотря на наши протесты вы потребовали от суда, и суд согласился с вашим требованием, поставить экспертам на разрешение вопрос: «Содержатся ли в материалах статьи А.В. Дуброва «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, высказывания, направленные...» и т.д. Чем было вызвано это 10-месячное упорное именование письма Дуброва «О матери» «статьей «Смерть России!» - малограмотностью Гагаринской прокуратуры или желанием сфабриковать дело об экстремизме? Ответ: у вас одна публикация «Смерть России!».
5-7. К Заявлению вы приложили три комплекта документов. Чем является копия предупреждения Росохранкультуры от 24.04.2007 N 5/3811? Чем является копия материалов, опубликованных в газете «Дуэль» в N 27 (475) от 04.07.2006? Чем является копия заключения лингвистического исследования, проведенного специалистами в области лингвистики «Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам»? Ответ: доказательствами.
8-10.В Предупреждении Росохранкультуры письмо Дуброва «О матери» названо статьей Дуброва «Смерть России!». Чем вы это объясняете - малограмотностью Росохранкультуры или ее желанием сфабриковать дело об экстремизме?. В Заключении лингвистического исследования, проведенного специалистами в области лингвистики «Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам» письмо Дуброва «О матери» названо статьей Дуброва «Смерть России!». Чем вы это объясняете - малограмотностью ГЛЭДИС или ее желанием сфабриковать дело об экстремизме? В заключении специалиста Центра специальной техники института криминалистики ФСБ И.В. Огорелкова письмо Дуброва «О матери» названо статьей Дуброва «Смерть России!». Чем вы это объясняете - малограмотностью Огорелкова или его желанием сфабриковать дело об экстремизме? Ответ: прокуратура за них не отвечает.
11. Знаете ли вы, что Конституция РФ в пункте 2 статьи 50 установила: «2. При осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона»? Ответ: да.
12. Знаете ли вы, что статья 13 закона «О противодействии экстремистской деятельности» определила: «Информационные материалы признаются экстремистскими федеральным судом по месту их обнаружения, распространения или нахождения организации, осуществившей производство таких материалов, на основании представления прокурора или при производстве по соответствующему делу об административном правонарушении, гражданскому или уголовному делу»? Ответ: да.
13. Установлен ли судом экстремизм материалов, опубликованных в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 на настоящее время? Ответ: не установлен.
14. Знаете ли вы, что статья 8 закона «О противодействии экстремистской деятельности» обязывает и разрешает Росохранкультуре выносить предупреждения СМИ только «В случае распространения через средство массовой информации экстремистских материалов либо выявления фактов, свидетельствующих о наличии в его деятельности признаков экстремизма», то есть за публикацию нескольких материалов, признанных судом экстремистскими? Ответ: вопрос не входит в мою компетенуию.
15. Предупреждение Росохранкультуры от 24.04.2007 N 5/3811 вынесено не за публикацию нескольких экстремистских статей, а за публикацию одной, экстремизм которой до сих пор не установлен законным порядком. По мнению Гагаринской прокуратуры - это законное предупреждение? Ответ: я сказала свое мнение.
16. Как понять Гагаринскую прокуратуру в том, что она этим заведомо незаконным и недопустимым доказательством обосновывает заявление о признании материала экстремистским? Ответ: оценивать доказательства будет суд.
В этом месте я попросил суд остановить вопросы и дать мне зачитать заявление, судья не разрешила, предложив зачитать его после вопросов, что я и сделал. Но по смыслу заявление уместно в этом месте и поэтому я его дам тут:

«ЗАЯВЛЕНИЕ
о возбуждении уголовного дела
по признакам статей 144 и 285 УК РФ


Гагаринскому межрайонному
прокурору г. Москвы


В.Ю. Смирнову
В настоящее время в Замоскворецком суде рассматривается гражданское дело по Вашему заявлению о признании экстремистскими материалами подборки материалов, озаглавленной «Смерть России !», опубликованной в газете «Дуэль» в N 27(475) от 04.07.2006, в том числе письма А.В. Дуброва «О матери» из данной подборки. Основанием Вашего Заявления в суд послужило заявление Россвязьохранкультуры в Гаринскую прокуратуру, а в качестве доказательства экстремизма используется Предупреждение Россвязьохранкультуры от 24.04.2007 N 5/3811, вынесенное газете «Дуэль» за публикацию данного материала.
Статья 8 закона «О противодействии экстремистской деятельности» установила: «В случае распространения через средство массовой информации экстремистских материалов либо выявления фактов, свидетельствующих о наличии в его деятельности признаков экстремизма ...редакции ...выносится предупреждение...». Закон четко оговорил, что одно предупреждение выносится за деятельность - за несколько опубликованных экстремистских материалов, а не за один материал, и, главное, эти материалы уже должны быть признаны экстремистскими. И этот же закон в статье 13 установил, что «Информационные материалы признаются экстремистскими» не Россвязьохранкультурой, а «федеральным судом по месту их обнаружения, распространения или нахождения организации, осуществившей производство таких материалов, на основании представления» не Россвязьохранкультуры, а «прокурора». Только суд может установить, экстремистский материал или нет, никакой Россвязьохранкультуре закон это делать не разрешает.
Закон «О противодействии экстремистской деятельности» установил следующую законную схему вынесения предупреждения СМИ:
- заподозрив, что данная публикация может быть экстремистской, надзирающий орган, в нашем случае Россвязьохранкультура, обращается с заявлением к прокурору;
- если прокурор с этими подозрениями согласен, то он вносит в суд представление о признании данного информационного материала экстремистским;
- суд признает данный материал экстремистским;
- Россвязьохранкультура наблюдает, когда таких признанных судом экстремистскими материалов появится в данном СМИ несколько, то есть, можно будет говорить о противоправной деятельности СМИ, и только после этого выдает этому СМИ одно предупреждение.
А в нашем случае Россвязьохранкультура, цинично наплевав на закон, вынесла газете «Дуэль» множество предупреждений за публикацию материалов, экстремизм которых судом не установлен, а одно из которых явилось основанием возбуждения вышеуказанного гражданского дела.
То есть государственные служащие Россвязьохранкультуры выносят СМИ предупреждения вопреки закону, следовательно, вопреки интересам службы, и этим:
- попирают права и законные инетресы журналистов и редакций СМИ, совершая деяние, предусмотренное статьей 285 УК РФ;
- препятствуют законной деятельности журналистов, совершая деяние, предусмотренное статьей 144 УК РФ.
В связи с этим прошу вас возбудить уголовное дело по факту вынесения газете «Дуэль» незаконных предупреждений против тех работников Россвязьохранкультуры, которые причастны к этому делу, по признакам статей 144 и 285 УК РФ».
Я вручил заявление представителям прокурора. Продолжим вопросы.

«ЭКСПЕРТЫ»
17. По мере познаний законов бытия человечество разнесло и разносит эти знания по соответствующим отраслям: познание законов физики и химии - в область соответствующих разделов науки и техники, законы строения и жизни человеческого тела - в область соответствующих разделов медицины и биологии, законы уголовные и гражданские - в область права, в область юриспруденции. В области знаний какой науки находится закон «О противодействии экстремистской деятельности»? Судья сняла вопрос.
18. Медики обладают специальными знаниями, чтобы отвечать на вопросы в области медицины, ученые и инженеры обладают специальными знаниями, чтобы отвечать на вопросы в области соответствующих наук и ремесел, юристы обладают специальными знаниями, что бы отвечать на вопросы, поставленные уголовным и гражданским законодательством. Итак, кто по профессии обладает специальными знаниями, чтобы отвечать на вопросы статьи 1 «Закона о противодействии экстремистской деятельности» - на вопросы наличия экстремизма? В частности, кто по профессии обязан ответить на вопросы диспозиции статьи 1? Судья сняла вопрос.
19. После какой процедуры юристы могут ответить на перечисленные выше вопросы статьи 1 закона? Я хотел услышать ответ - после суда, но судья сняла вопрос.
20. В приложенном к вашему Заявлению доказательстве - заключении специалистов ГЛЭДИС в выводах устанавливается экстремизм, дословно воспроизводящий диспозицию статьи 1 закона «О противодействии экстремистской деятельности». Эти специалисты утверждают, цитирую их выводы: «В статье «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» N27 (475) от 04 июля 2006 г. имеются:
- призывы к подрыву безопасности Российской Федерации;
- высказывания, направленные на возбуждение национальной и религиозной розни, а также социальной розни, связанной с призывами к насилию;
- высказывания, направленные на унижение национального достоинства русской нации».
То есть специалисты ГЛЭДИС установили экстремизм информационного материала. Являются ли эти специалисты юристами по профессии, провели ли они судебное разбирательство прежде, чем устанавливать экстремизм информационного материала? Судья сняла вопрос.
21. Ранее вы приобщили к делу заключение специалиста Центра специальной техники института криминалистики ФСБ И.В. Огорелкова. В его выводах также безапелляционно устанавливается экстремизм, дословно воспроизводящих диспозицию статьи 1 закона «О противодействии экстремистской деятельности»: «В тексте статьи Дуброва А.В. «Смерть России», опубликованной в газете «Дуэль», содержатся призывы к осуществлению деятельности по совершению действий, направленных на:
- насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;
- подрыв безопасности Российской Федерации;
- возбуждение расовой, национальной и религиозной розни, связанной с насилием или призывами к насилию;
- унижение национального достоинства».
То есть и Огорелков установил экстремизм информационного материала. Является ли Огорелков юристом по профессии, провел ли он судебное разбирательство прежде, чем устанавливать экстремизм информационного материала? Судья сняла вопрос.
22. В деле имеется экспертиза ОДЭКС Е.И. Галяшиной. И в ее выводах, и так же безапелляционно, устанавливается экстремизм, выводы дословно воспроизводят диспозицию статьи 1 закона «О противодействии экстремисткой деятельности»: «В подборке материалов, озаглавленной «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, содержатся высказывания, призывающие к полному уничтожению Российского государства, направленные на подрыв безопасности Российской Федерации, на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, на возбуждение национальной, социальной и религиозной розни, на унижение национального достоинства русских».
То есть и Галяшина установила экстремизм информационного материала. Является ли Галяшина юристом по профессии, провела ли она судебное разбирательство, прежде чем устанавливать экстремизм информационного материала? Судья сняла вопрос.
23. Статья 79 ГПК РФ разрешает назначать экспертизу только в случае, если юристам нужно разрешить вопросы, требующие специальных знаний. Статья 85 ГПК РФ запрещает экспертам отвечать на вопросы, выходящие за пределы их специальных знаний. В Рекомендациях Генеральной прокуратуры признается недопустимым использовать в качестве доказательств заключения экспертиз, в которых: «Порой вся «исследовательская часть» сводится к простому пересказу некоторых выражений и фраз, неаргументированному изложению личного отношения к ним эксперта. Иногда специалисты дают двусмысленные, внутренне противоречивые заключения, что совершенно недопустимо. Подчас, признав, что в публикации определенная национальность характеризуется в неприглядном свете, берутся судить, достаточно ли этого для возбуждения вражды и насколько это оскорбительно для национального достоинства, т.е. выходят за рамки своих специальных познаний. Некоторые эксперты берут на себя несвойственную им роль комментатора законодательных норм». Почему Гагаринская прокуратура в качестве доказательств использует заключения экспертиз, в которых эксперты-лингвисты взялись отвечать на вопросы права? Судья сняла вопрос.
24. В Рекомендациях Генеральной прокуратуры прямо указывается, какие именно вопросы должны ставиться эксперту-лингвисту:
«Установление смысловой направленности текстов по возбужденным уголовным делам данной категории является компетенцией судебной социально-психологической экспертизы. Перед экспертом рекомендуется ставить следующие вопросы:
Выражают ли использованные в данном материале словесные (изобразительные) средства унизительные характеристики, отрицательные эмоциональные оценки и негативные установки в отношении какой-либо этнической, расовой, религиозной группы (какой именно) или отдельных лиц как ее представителей?
Содержится ли в данном материале информация, побуждающая к действиям против какой-либо нации, расы, религии (какой именно) или отдельных лиц как ее представителей?
Использованы ли в данном материале специальные языковые или иные средства (какие именно) для целенаправленной передачи оскорбительных характеристик, отрицательных эмоциональных оценок, негативных установок и побуждений к действиям против какой-либо нации, расы, религии или отдельных лиц как ее представителей?»
Почему вы, в нарушение указаний Генпрокуратуры, настояли в суде на постановке эксперту-лингвисту сугубо правовых вопросов:
«Содержатся ли в материалах статьи А.В. Дуброва «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, высказывания, направленные: на подрыв безопасности Российской Федерации; на возбуждение национальной, религиозной либо социальной розни, связанной с призывами к насилию; на унижение национального достоинства русской нации, а также призывающие к полному уничтожению Российского государства, граждан как еврейской, так и русской национальности?»? Судья сняла вопрос.
25. Часть 3 статьи 1 закона«О противодействии экстремистской деятельности» устанавливает, что экстремистскими материалами являются документы в целом. Рекомендации Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний требуют то же самое: «В процессе прокурорской проверки или расследования уголовного дела главным объектом исследования и основным источником доказательств является сам текст публикации, выступления, требующие содержательного анализа и юридической оценки... Выявление смысловой направленности текстов и используемых пропагандистских приемов является по таким делам центральным звеном в установлении противоправности деяния».
Гагаринская прокуратура и сама не провела содержательный анализ всего текста, и настояла, чтобы и суд не поставил экспертам вопрос по анализу смысла всей подборки материалов «О матери». Почему в этом деле вы проигнорировали прямые запреты закона и указания Генеральной прокуратуры? Судья сняла вопрос.

«ДОКАЗАТЕЛЬСТВА»
После вопросов я давал объяснение, но поскольку оно очень объемное, то я опубликую его позднее. Судья огласила «доказательства» - заключения экспертиз, после чего я сделал суду заявление.
«Статья 55 ГПК РФ считает доказательствами только, цитирую, «полученные в предусмотренном законом порядке сведения». Имеющиеся в деле доказательства экстремизма подборки «Смерть России!» этому требованию не соответствуют.
1. В предупреждении Росохранкультуры от 24.04.2007 N 5/3811:
- статья А.В. Дуброва «О матери», опубликованная в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, названа «статьей Дуброва «Смерть России!»», что является доказательством умышленной фабрикации обвинения в экстремизме;
- материал в газете «Дуэль» N27 (475) от 04.07.2006 года назван экстремистским без установления экстремизма судом, что является нарушением статьи 13 закона «О противодействии экстремистской деятельности»;
- само предупреждение вынесено не за публикацию нескольких экстремистских материалов, а за публикацию одного, не признанного экстремистским, что является нарушением статьи 8 закона «О противодействии экстремистской деятельности».
2. В Заключении комиссии специалистов-лингвистов N18-04/07 от 9.04.07 Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам (ГЛЭДИС):
- статья А.В. Дуброва «О матери», опубликованная в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, названа «статьей Дуброва «Смерть России!»», что является доказательством умышленной фабрикации обвинения в экстремизме;
- в нарушение Рекомендаций Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды N27-19-99 от 29.06.99 «вся «исследовательская часть» сводится к простому пересказу некоторых выражений и фраз, неаргументированному изложению личного отношения к ним эксперта»;
- в нарушение этих же Рекомендаций нет выявления «смысловой направленности текстов»;
- в нарушение этих же Рекомендаций не сформулированы собственно лингвистические вопросы;
- в нарушение правил русского языка в тексте найдены призывы, но не выявлен их адресат и не дан ответ на вопрос, кто именно должен осуществлять призывы;
- в нарушение статьи 85 ГПК РФ, согласно которой: «В случае, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта либо материалы и документы непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения, эксперт обязан направить в суд, назначивший экспертизу, мотивированное сообщение в письменной форме о невозможности дать заключение», - эксперты-лингвисты дали ответ на вопросы права диспозициями статьи 1 закона «О противодействии экстремистской деятельности», признав наличие в исследуемом материале экстремизма, что имеет право делать только суд.
3. В двух идентичных заключениях специалиста Центра специальной техники института криминалистики ФСБ И.В. Огорелкова:
- статья А.В. Дуброва «О матери», опубликованная в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, названа «статьей Дуброва «Смерть России!»», что является доказательством умышленной фабрикации обвинения в экстремизме;
- в нарушение Рекомендаций Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды N27-19-99 от 29.06.99 «вся «исследовательская часть» сводится к простому пересказу некоторых выражений и фраз, неаргументированному изложению личного отношения к ним эксперта», и это при том, что и следователь требовал от него ответа на вопросы, призывы к каким именно действиям содержатся в тексте;
- в нарушение этих же Рекомендаций нет выявления «смысловой направленности текстов»;
- в нарушение этих же Рекомендаций не сформулированы собственно лингвистические вопросы;
- в нарушение правил русского языка в тексте найдены призывы, но не выявлен их адресат и не дан ответ на вопрос, кто именно должен осуществлять призывы;
- в нарушение статьи 85 ГПК РФ, согласно которой: «В случае, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта либо материалы и документы непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения, эксперт обязан направить в суд, назначивший экспертизу, мотивированное сообщение в письменной форме о невозможности дать заключение», - эксперт-лингвист дал ответ на вопросы права диспозициями статьи 1 закона «О противодействии экстремистской деятельности», признав наличие в исследуемом материале экстремизма, что имеет право делать только суд.
4. В Заключении экспертизы СОДЭКС эксперта-лингвиста Е.И. Галяшиной, являющейся одновременно и членом комиссии ГЛЭДИС:
- статья А.В. Дуброва «О матери», опубликованная в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, названа правильно, но когда Голяшина делала экспертизу этого же материала как работник ГЛЭДИС, то она называла ее «статьей Дуброва «Смерть России!»», что является доказательством умышленной фабрикации обвинения в экстремизме;
- в тексте Заключения содержатся малограмотные несуразицы типа ««смена режима», то есть изменение конституционного строя» или «исторический опыт насильственной смены конституционного строя, осуществленного В.И. Лениным»;
- в нарушение Рекомендаций Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды N27-19-99 от 29.06.99 «вся «исследовательская часть» сводится к простому пересказу некоторых выражений и фраз, неаргументированному изложению личного отношения к ним эксперта»;
- в нарушение этих же Рекомендаций нет выявления «смысловой направленности текстов»;
- в нарушение этих же Рекомендаций не сформулированы собственно лингвистические вопросы;
- в нарушение правил русского языка в тексте найдены призывы, но не выявлен их адресат и не дан ответ на вопрос, кто именно должен осуществлять призывы;
- в нарушение статьи 85 ГПК РФ, согласно которой: «В случае, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта либо материалы и документы непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения, эксперт обязан направить в суд, назначивший экспертизу, мотивированное сообщение в письменной форме о невозможности дать заключение», эксперт-лингвист дал ответ на вопросы права диспозициями статьи 1 закона «О противодействии экстремисткой деятельности», признав наличие в исследуемом материале экстремизма, что имеет право делать только суд.
Таким образом сведения в перечисленных выше документах получены с нарушением закона, они являются недопустимыми и не могут быть признаны доказательствами экстремизма подборки материалов «Смерть России!» в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, и я прошу суд учесть это обстоятельство при вынесении решения».
Как вы поняли, суд наплевал на мои просьбы. Может я и думаю о людях лучше, чем они есть, но, как мне кажется, когда судья выносила Решение по этому делу, решение явно в пользу государства Израиль, ей было стыдно.

Ю.И. МУХИН

http://www.duel.ru/200849/?49_4_1

Басманов
05.12.2008, 13:44
СУД НАПЛЕВАЛ
ОТВОД
24 ноября в Замоскворецком суде произошло событие, неприятное для «Дуэли» и для меня лично - судья Л.В. Каштанова признала подборку материалов «Смерть России!» экстремистским материалом. Теперь мое положение в Савеловском суде, в котором меня судят с перспективой пяти лет лишения свободы, ухудшилось, поскольку меня судят за публикацию именно этой подборки. Судья Каштанова свою работу на благо лобби Израиля исполнила. Рассказать обо всем в одной статье невозможно - в общей сложности суд шел семь часов. Поэтому дам для начала лишь некоторые моменты.
Суд начался с моего заявления об отводе:
«Конституция РФ в пункте 2 статьи 50 установила: «2. При осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона». Соответственно, статья 55 ГПК РФ считает доказательствами только «полученные в предусмотренном законом порядке сведения».
11 марта сего года суд рассмотрел противоречия имевшихся в деле экспертиз: Заключение специалистов-лингвистов N 18-04/07 от 9.04.07 Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам (ГЛЭДИС) и два идентичных заключения специалиста Центра специальной техники института криминалистики ФСБ И.В. Огорелкова N3/503 и N 3/477 от 5 октября 2007г. Суд учел замечания ответчиков об этих экспертизах, в частности, о наличии в них противоречий, как внутренних, так и между самими экспертизами. Суд приобщил к делу письмо УФСБ N 8/2-3089 от 18.06.07, в котором дается крайне низкая оценка экспертному заключении, выполненному ГЛЭДИС, в том числе экспертом Галяшиной: «...компетентность специалистов «ГЛЭДИС» вызывает обоснованные сомнения; их выводы не находят достаточного обоснования в тексте названной статьи; интерпретация и оценка приведенных высказываний весьма спорны...».
Нами же имелось в виду, что:
- статья А.В. Дуброва «О матери», опубликованная в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, названа «статьей Дуброва «Смерть России!»», что недопустимо не только для филолога, но и для обычного человека, знающего русский язык;
- лингвистами в тексте найдены призывы, но, в нарушение правил русского языка, не определен их адресат и не дан ответ на вопрос, кто именно должен осуществлять эти призывы;
- эксперты ГЛЭДИС, в том числе Галяшина, считают, что в материале «Смерть России!» нет призывов к изменению конституционного строя, а эксперт ФСБ Огорелков утверждает, что есть. Эксперты ГЛЭДИС утверждают, что в материале имеются «высказывания, направленные на возбуждение национальной и религиозной розни, а также социальной розни, связанной с призывами к насилию; ...высказывания, призывающие к полному уничтожению Российского государства, как граждан еврейской, так и русской национальности», а эксперт ФСБ утверждает, что в этом материале «не содержится информации, направленной на нарушение прав и свобод человека и гражданина, причинение вреда здоровью и имуществу граждан в связи с их убеждениями, расовой или национальной принадлежностью, вероисповеданием, социальной принадлежностью или социальным происхождением».
Статья 87 ГПК РФ требует: «2. В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам». Суд учел и это требование Закона, и то, что поставил на разрешение эксперту вопросы, сформулированные Гагаринским прокурором из выводов экспертизы ГЛЭДИС, и эти выводы должны были быть либо подтверждены, либо опровергнуты независимым экспертом. Это, в данном случае, очень важно, и мы должны это подчеркнуть: эксперту ставились не дополнительные вопросы, то есть это не тот случай, когда можно было привлечь того же самого эксперта. Нет, на разрешение эксперту были поставлены те же самые вопросы, на которые уже ответила экспертиза ГЛЭДИС. В связи с этим суд и поручил проведение экспертизы не специалистам ГЛЭДИС или ЦСТ ФСБ, а специалистам СОДЭКС МГЮА.
Выводы экспертизы ГЛЭДИС:
«В статье «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» N27 (475) от 04 июля 2006 г. имеются:
- призывы к подрыву безопасности Российской Федерации;
- высказывания, направленные на возбуждение национальной и религиозной розни, а также социальной розни, связанной с призывами к насилию;
- высказывания, направленные на унижение национального достоинства русской нации;
- высказывания, призывающие к полному уничтожению Российского государства, как граждан еврейской, так и русской национальности».
Вопросы суда в Определении:
«Содержатся ли в материалах статьи А.В. Дуброва «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, высказывани, направленные: на подрыв безопасности Российской Федерации; на возбуждение национальной, религиозной либо социальной розни, связанной с призывами к насилию; на унижение национального достоинства русской нации, а также призывающие к полному уничтожению Российского государства, граждан как еврейской, так и русской национальности?»
В это экспертное учреждение было отослано все гражданское дело с уже имеющимися заключениями экспертов ГЛЭДИС и ЦСТ ФСБ. То есть генеральный директор СОДЭКС С.Б. Россинский знал, что экспертизу ГЛЭДИС ранее выполняла эксперт Е.И. Галяшина. В экспертизе СОДЭКС утверждается, что СОДЭКС руководствовалось гражданско-процессуальным кодексом, то есть и статьей 87, тем не менее Россинский пригласил из ГЛЭДИС Галяшину для исполнения экспертного заключения по данному поручению суда. Он, фактически, предоставил ей возможность подтвердить ту ложь, которая была заложена Галяшиной в заключении ГЛЭДИС и сомнения по поводу которой суд пытался устранить повторной экспертизой.
Галяшина подогнала не только выводы экспертизы под выводы ранее сделанных экспертиз ГЛЭДИС и ЦСТ ФСБ, но и текст взяла из этих экспертиз. Суд может в этом убедиться, например, на стр. 9 текст экспертизы СОДЭКС, начиная со слов «В исследуемом тексте...», дословно совпадает с текстом экспертизы ГЛЭДИС на стр. 6, начиная со слов «В исследуемом тексте...» и далее с переносом на стр. 7.
Выводы Галяшиной в Заключении экспертизы СОДЭКС практически полностью совпадают с выводами ГЛЭДИС:
«В подборке материалов, озаглавленной «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» в N 27(475) от 04.07.2006 года, содержатся высказывания, призывающие к полному уничтожению Российского государства, направленные на подрыв безопасности Российской Федерации, на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, на возбуждение национальной, социальной и религиозной розни, на унижение национального достоинства русских».
Правда, без объяснения причин Галяшина в качестве эксперта СОДЭКС стала именовать статью Дуброва «О матери», хотя в качестве эксперта ГЛЭДИС, именовала ее «Смерть России!». Эксперт объясняет, почему, вдруг Дубров перестал призывать «к полному уничтожению ... граждан как еврейской, так и русской национальности», как она это утверждала раньше. В то же время в экспертизе опять не указан адресат призывов.
Не беремся утверждать умышленно или по халатности гендиректор СОДЭКС нарушил пункт 3 статьи 16 ГПК РФ, требующей отвода эксперту по причине его заинтересованности, и поручил производство экспертизы эксперту, который не имел права ее делать. Но действия Галяшиной, безусловно, умышленные: она видела, что речь идет об устранении противоречий и о сомнениях в выводах экспертизы, ранее сделанных ею же. Она знала, что ей нельзя выполнять по этому делу новую экспертизу, тем не менее она взяла деньги из бюджета России и исполнила документ, бесполезный для суда. Поскольку суд не имеет права признать доказательством сведения, полученные не в предусмотренном законом порядке - вопреки требованиям статьи 87 ГПК РФ, которая требует, чтобы в таком случае экспертиза была поручена другим экспертам.
В связи с явной заинтересованностью эксперта Галяшиной в получении тех выводов, которые она сделала, по основаниям статей 16.3 и 87 ГПК РФ мы заявляем отвод эксперту Галяшиной Е.И. и просим суд повторить назначение судебной лингвистической экспертизы».
Суд отказал, никак не объяснив, почему статьи 16.3 и 87 ГПК РФ перестали действовать.
Затем представители прокурора (их было два) прочли заявление Гагаринского межрайонного прокурора В.Ю. Смирнова и я начал задавать им вопросы. Получилось вот что.

ДОПРОС ПРОКУРОРА
1. В своем Заявлении вы упорно пользуетесь уже не действующей редакцией закона «О противодействии экстремистской деятельности» от 2002 года. В действующей редакции статьи 13 этого закона уже нет пунктов «а» - «в», а вы просите суд принять решение на основании этих пунктов. Гагаринский прокурор не признает редакции закона «О противодействии экстремистской деятельности» от 27.07.2006? Ответ: пользуемся всеми редакциями.
2. В Рекомендациях Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды, N 27-19-99 от 29.06.99, на которые ссылаются эксперты по этому делу, указано: «Если идеи публикатора (оратора) выражены прямо, а не завуалированно, содержательный анализ вполне доступен подготовленному следователю или прокурору и не требует специальных познаний». А в Заявлении Гагаринского прокурора нет ни единого слова прокурорского содержательного анализа статьи, которую вы просите признать экстремистской. В Заявлении дословно переписано предупреждение Росохранкультуры. Значит ли полное отсутствие анализа со стороны прокуратуры то, что в Гагаринской прокуратуре никто не понимает, о чем написано в подборке «Смерть России!»? Ответ: всё написано в Заявление.
3. Судя по тому, что вы представили суду уже третий вариант Заявления, лингвисту ОДЭКС Е.И. Галяшиной все же удалось разъяснить Гагаринской прокуратуре, как называется то, что было опубликовано в газете «Дуэль» N 27(475) от 04.07.2006. Так как называется статья автора А.В. Дуброва? Ответ: «О матери».
4. В двух предыдущих вариантах вашего Заявления несмотря на наши протесты вы называли эту статью Дуброва «Смерть России!». Несмотря на наши протесты вы потребовали от суда, и суд согласился с вашим требованием, поставить экспертам на разрешение вопрос: «Содержатся ли в материалах статьи А.В. Дуброва «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, высказывания, направленные...» и т.д. Чем было вызвано это 10-месячное упорное именование письма Дуброва «О матери» «статьей «Смерть России!» - малограмотностью Гагаринской прокуратуры или желанием сфабриковать дело об экстремизме? Ответ: у вас одна публикация «Смерть России!».
5-7. К Заявлению вы приложили три комплекта документов. Чем является копия предупреждения Росохранкультуры от 24.04.2007 N 5/3811? Чем является копия материалов, опубликованных в газете «Дуэль» в N 27 (475) от 04.07.2006? Чем является копия заключения лингвистического исследования, проведенного специалистами в области лингвистики «Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам»? Ответ: доказательствами.
8-10.В Предупреждении Росохранкультуры письмо Дуброва «О матери» названо статьей Дуброва «Смерть России!». Чем вы это объясняете - малограмотностью Росохранкультуры или ее желанием сфабриковать дело об экстремизме?. В Заключении лингвистического исследования, проведенного специалистами в области лингвистики «Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам» письмо Дуброва «О матери» названо статьей Дуброва «Смерть России!». Чем вы это объясняете - малограмотностью ГЛЭДИС или ее желанием сфабриковать дело об экстремизме? В заключении специалиста Центра специальной техники института криминалистики ФСБ И.В. Огорелкова письмо Дуброва «О матери» названо статьей Дуброва «Смерть России!». Чем вы это объясняете - малограмотностью Огорелкова или его желанием сфабриковать дело об экстремизме? Ответ: прокуратура за них не отвечает.
11. Знаете ли вы, что Конституция РФ в пункте 2 статьи 50 установила: «2. При осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона»? Ответ: да.
12. Знаете ли вы, что статья 13 закона «О противодействии экстремистской деятельности» определила: «Информационные материалы признаются экстремистскими федеральным судом по месту их обнаружения, распространения или нахождения организации, осуществившей производство таких материалов, на основании представления прокурора или при производстве по соответствующему делу об административном правонарушении, гражданскому или уголовному делу»? Ответ: да.
13. Установлен ли судом экстремизм материалов, опубликованных в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 на настоящее время? Ответ: не установлен.
14. Знаете ли вы, что статья 8 закона «О противодействии экстремистской деятельности» обязывает и разрешает Росохранкультуре выносить предупреждения СМИ только «В случае распространения через средство массовой информации экстремистских материалов либо выявления фактов, свидетельствующих о наличии в его деятельности признаков экстремизма», то есть за публикацию нескольких материалов, признанных судом экстремистскими? Ответ: вопрос не входит в мою компетенуию.
15. Предупреждение Росохранкультуры от 24.04.2007 N 5/3811 вынесено не за публикацию нескольких экстремистских статей, а за публикацию одной, экстремизм которой до сих пор не установлен законным порядком. По мнению Гагаринской прокуратуры - это законное предупреждение? Ответ: я сказала свое мнение.
16. Как понять Гагаринскую прокуратуру в том, что она этим заведомо незаконным и недопустимым доказательством обосновывает заявление о признании материала экстремистским? Ответ: оценивать доказательства будет суд.
В этом месте я попросил суд остановить вопросы и дать мне зачитать заявление, судья не разрешила, предложив зачитать его после вопросов, что я и сделал. Но по смыслу заявление уместно в этом месте и поэтому я его дам тут:

«ЗАЯВЛЕНИЕ
о возбуждении уголовного дела
по признакам статей 144 и 285 УК РФ


Гагаринскому межрайонному
прокурору г. Москвы


В.Ю. Смирнову
В настоящее время в Замоскворецком суде рассматривается гражданское дело по Вашему заявлению о признании экстремистскими материалами подборки материалов, озаглавленной «Смерть России !», опубликованной в газете «Дуэль» в N 27(475) от 04.07.2006, в том числе письма А.В. Дуброва «О матери» из данной подборки. Основанием Вашего Заявления в суд послужило заявление Россвязьохранкультуры в Гаринскую прокуратуру, а в качестве доказательства экстремизма используется Предупреждение Россвязьохранкультуры от 24.04.2007 N 5/3811, вынесенное газете «Дуэль» за публикацию данного материала.
Статья 8 закона «О противодействии экстремистской деятельности» установила: «В случае распространения через средство массовой информации экстремистских материалов либо выявления фактов, свидетельствующих о наличии в его деятельности признаков экстремизма ...редакции ...выносится предупреждение...». Закон четко оговорил, что одно предупреждение выносится за деятельность - за несколько опубликованных экстремистских материалов, а не за один материал, и, главное, эти материалы уже должны быть признаны экстремистскими. И этот же закон в статье 13 установил, что «Информационные материалы признаются экстремистскими» не Россвязьохранкультурой, а «федеральным судом по месту их обнаружения, распространения или нахождения организации, осуществившей производство таких материалов, на основании представления» не Россвязьохранкультуры, а «прокурора». Только суд может установить, экстремистский материал или нет, никакой Россвязьохранкультуре закон это делать не разрешает.
Закон «О противодействии экстремистской деятельности» установил следующую законную схему вынесения предупреждения СМИ:
- заподозрив, что данная публикация может быть экстремистской, надзирающий орган, в нашем случае Россвязьохранкультура, обращается с заявлением к прокурору;
- если прокурор с этими подозрениями согласен, то он вносит в суд представление о признании данного информационного материала экстремистским;
- суд признает данный материал экстремистским;
- Россвязьохранкультура наблюдает, когда таких признанных судом экстремистскими материалов появится в данном СМИ несколько, то есть, можно будет говорить о противоправной деятельности СМИ, и только после этого выдает этому СМИ одно предупреждение.
А в нашем случае Россвязьохранкультура, цинично наплевав на закон, вынесла газете «Дуэль» множество предупреждений за публикацию материалов, экстремизм которых судом не установлен, а одно из которых явилось основанием возбуждения вышеуказанного гражданского дела.
То есть государственные служащие Россвязьохранкультуры выносят СМИ предупреждения вопреки закону, следовательно, вопреки интересам службы, и этим:
- попирают права и законные инетресы журналистов и редакций СМИ, совершая деяние, предусмотренное статьей 285 УК РФ;
- препятствуют законной деятельности журналистов, совершая деяние, предусмотренное статьей 144 УК РФ.
В связи с этим прошу вас возбудить уголовное дело по факту вынесения газете «Дуэль» незаконных предупреждений против тех работников Россвязьохранкультуры, которые причастны к этому делу, по признакам статей 144 и 285 УК РФ».
Я вручил заявление представителям прокурора. Продолжим вопросы.

«ЭКСПЕРТЫ»
17. По мере познаний законов бытия человечество разнесло и разносит эти знания по соответствующим отраслям: познание законов физики и химии - в область соответствующих разделов науки и техники, законы строения и жизни человеческого тела - в область соответствующих разделов медицины и биологии, законы уголовные и гражданские - в область права, в область юриспруденции. В области знаний какой науки находится закон «О противодействии экстремистской деятельности»? Судья сняла вопрос.
18. Медики обладают специальными знаниями, чтобы отвечать на вопросы в области медицины, ученые и инженеры обладают специальными знаниями, чтобы отвечать на вопросы в области соответствующих наук и ремесел, юристы обладают специальными знаниями, что бы отвечать на вопросы, поставленные уголовным и гражданским законодательством. Итак, кто по профессии обладает специальными знаниями, чтобы отвечать на вопросы статьи 1 «Закона о противодействии экстремистской деятельности» - на вопросы наличия экстремизма? В частности, кто по профессии обязан ответить на вопросы диспозиции статьи 1? Судья сняла вопрос.
19. После какой процедуры юристы могут ответить на перечисленные выше вопросы статьи 1 закона? Я хотел услышать ответ - после суда, но судья сняла вопрос.
20. В приложенном к вашему Заявлению доказательстве - заключении специалистов ГЛЭДИС в выводах устанавливается экстремизм, дословно воспроизводящий диспозицию статьи 1 закона «О противодействии экстремистской деятельности». Эти специалисты утверждают, цитирую их выводы: «В статье «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» N27 (475) от 04 июля 2006 г. имеются:
- призывы к подрыву безопасности Российской Федерации;
- высказывания, направленные на возбуждение национальной и религиозной розни, а также социальной розни, связанной с призывами к насилию;
- высказывания, направленные на унижение национального достоинства русской нации».
То есть специалисты ГЛЭДИС установили экстремизм информационного материала. Являются ли эти специалисты юристами по профессии, провели ли они судебное разбирательство прежде, чем устанавливать экстремизм информационного материала? Судья сняла вопрос.
21. Ранее вы приобщили к делу заключение специалиста Центра специальной техники института криминалистики ФСБ И.В. Огорелкова. В его выводах также безапелляционно устанавливается экстремизм, дословно воспроизводящих диспозицию статьи 1 закона «О противодействии экстремистской деятельности»: «В тексте статьи Дуброва А.В. «Смерть России», опубликованной в газете «Дуэль», содержатся призывы к осуществлению деятельности по совершению действий, направленных на:
- насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;
- подрыв безопасности Российской Федерации;
- возбуждение расовой, национальной и религиозной розни, связанной с насилием или призывами к насилию;
- унижение национального достоинства».
То есть и Огорелков установил экстремизм информационного материала. Является ли Огорелков юристом по профессии, провел ли он судебное разбирательство прежде, чем устанавливать экстремизм информационного материала? Судья сняла вопрос.
22. В деле имеется экспертиза ОДЭКС Е.И. Галяшиной. И в ее выводах, и так же безапелляционно, устанавливается экстремизм, выводы дословно воспроизводят диспозицию статьи 1 закона «О противодействии экстремисткой деятельности»: «В подборке материалов, озаглавленной «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, содержатся высказывания, призывающие к полному уничтожению Российского государства, направленные на подрыв безопасности Российской Федерации, на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, на возбуждение национальной, социальной и религиозной розни, на унижение национального достоинства русских».
То есть и Галяшина установила экстремизм информационного материала. Является ли Галяшина юристом по профессии, провела ли она судебное разбирательство, прежде чем устанавливать экстремизм информационного материала? Судья сняла вопрос.
23. Статья 79 ГПК РФ разрешает назначать экспертизу только в случае, если юристам нужно разрешить вопросы, требующие специальных знаний. Статья 85 ГПК РФ запрещает экспертам отвечать на вопросы, выходящие за пределы их специальных знаний. В Рекомендациях Генеральной прокуратуры признается недопустимым использовать в качестве доказательств заключения экспертиз, в которых: «Порой вся «исследовательская часть» сводится к простому пересказу некоторых выражений и фраз, неаргументированному изложению личного отношения к ним эксперта. Иногда специалисты дают двусмысленные, внутренне противоречивые заключения, что совершенно недопустимо. Подчас, признав, что в публикации определенная национальность характеризуется в неприглядном свете, берутся судить, достаточно ли этого для возбуждения вражды и насколько это оскорбительно для национального достоинства, т.е. выходят за рамки своих специальных познаний. Некоторые эксперты берут на себя несвойственную им роль комментатора законодательных норм». Почему Гагаринская прокуратура в качестве доказательств использует заключения экспертиз, в которых эксперты-лингвисты взялись отвечать на вопросы права? Судья сняла вопрос.
24. В Рекомендациях Генеральной прокуратуры прямо указывается, какие именно вопросы должны ставиться эксперту-лингвисту:
«Установление смысловой направленности текстов по возбужденным уголовным делам данной категории является компетенцией судебной социально-психологической экспертизы. Перед экспертом рекомендуется ставить следующие вопросы:
Выражают ли использованные в данном материале словесные (изобразительные) средства унизительные характеристики, отрицательные эмоциональные оценки и негативные установки в отношении какой-либо этнической, расовой, религиозной группы (какой именно) или отдельных лиц как ее представителей?
Содержится ли в данном материале информация, побуждающая к действиям против какой-либо нации, расы, религии (какой именно) или отдельных лиц как ее представителей?
Использованы ли в данном материале специальные языковые или иные средства (какие именно) для целенаправленной передачи оскорбительных характеристик, отрицательных эмоциональных оценок, негативных установок и побуждений к действиям против какой-либо нации, расы, религии или отдельных лиц как ее представителей?»
Почему вы, в нарушение указаний Генпрокуратуры, настояли в суде на постановке эксперту-лингвисту сугубо правовых вопросов:
«Содержатся ли в материалах статьи А.В. Дуброва «Смерть России!», опубликованной в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, высказывания, направленные: на подрыв безопасности Российской Федерации; на возбуждение национальной, религиозной либо социальной розни, связанной с призывами к насилию; на унижение национального достоинства русской нации, а также призывающие к полному уничтожению Российского государства, граждан как еврейской, так и русской национальности?»? Судья сняла вопрос.
25. Часть 3 статьи 1 закона«О противодействии экстремистской деятельности» устанавливает, что экстремистскими материалами являются документы в целом. Рекомендации Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний требуют то же самое: «В процессе прокурорской проверки или расследования уголовного дела главным объектом исследования и основным источником доказательств является сам текст публикации, выступления, требующие содержательного анализа и юридической оценки... Выявление смысловой направленности текстов и используемых пропагандистских приемов является по таким делам центральным звеном в установлении противоправности деяния».
Гагаринская прокуратура и сама не провела содержательный анализ всего текста, и настояла, чтобы и суд не поставил экспертам вопрос по анализу смысла всей подборки материалов «О матери». Почему в этом деле вы проигнорировали прямые запреты закона и указания Генеральной прокуратуры? Судья сняла вопрос.

«ДОКАЗАТЕЛЬСТВА»
После вопросов я давал объяснение, но поскольку оно очень объемное, то я опубликую его позднее. Судья огласила «доказательства» - заключения экспертиз, после чего я сделал суду заявление.
«Статья 55 ГПК РФ считает доказательствами только, цитирую, «полученные в предусмотренном законом порядке сведения». Имеющиеся в деле доказательства экстремизма подборки «Смерть России!» этому требованию не соответствуют.
1. В предупреждении Росохранкультуры от 24.04.2007 N 5/3811:
- статья А.В. Дуброва «О матери», опубликованная в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, названа «статьей Дуброва «Смерть России!»», что является доказательством умышленной фабрикации обвинения в экстремизме;
- материал в газете «Дуэль» N27 (475) от 04.07.2006 года назван экстремистским без установления экстремизма судом, что является нарушением статьи 13 закона «О противодействии экстремистской деятельности»;
- само предупреждение вынесено не за публикацию нескольких экстремистских материалов, а за публикацию одного, не признанного экстремистским, что является нарушением статьи 8 закона «О противодействии экстремистской деятельности».
2. В Заключении комиссии специалистов-лингвистов N18-04/07 от 9.04.07 Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам (ГЛЭДИС):
- статья А.В. Дуброва «О матери», опубликованная в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, названа «статьей Дуброва «Смерть России!»», что является доказательством умышленной фабрикации обвинения в экстремизме;
- в нарушение Рекомендаций Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды N27-19-99 от 29.06.99 «вся «исследовательская часть» сводится к простому пересказу некоторых выражений и фраз, неаргументированному изложению личного отношения к ним эксперта»;
- в нарушение этих же Рекомендаций нет выявления «смысловой направленности текстов»;
- в нарушение этих же Рекомендаций не сформулированы собственно лингвистические вопросы;
- в нарушение правил русского языка в тексте найдены призывы, но не выявлен их адресат и не дан ответ на вопрос, кто именно должен осуществлять призывы;
- в нарушение статьи 85 ГПК РФ, согласно которой: «В случае, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта либо материалы и документы непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения, эксперт обязан направить в суд, назначивший экспертизу, мотивированное сообщение в письменной форме о невозможности дать заключение», - эксперты-лингвисты дали ответ на вопросы права диспозициями статьи 1 закона «О противодействии экстремистской деятельности», признав наличие в исследуемом материале экстремизма, что имеет право делать только суд.
3. В двух идентичных заключениях специалиста Центра специальной техники института криминалистики ФСБ И.В. Огорелкова:
- статья А.В. Дуброва «О матери», опубликованная в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, названа «статьей Дуброва «Смерть России!»», что является доказательством умышленной фабрикации обвинения в экстремизме;
- в нарушение Рекомендаций Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды N27-19-99 от 29.06.99 «вся «исследовательская часть» сводится к простому пересказу некоторых выражений и фраз, неаргументированному изложению личного отношения к ним эксперта», и это при том, что и следователь требовал от него ответа на вопросы, призывы к каким именно действиям содержатся в тексте;
- в нарушение этих же Рекомендаций нет выявления «смысловой направленности текстов»;
- в нарушение этих же Рекомендаций не сформулированы собственно лингвистические вопросы;
- в нарушение правил русского языка в тексте найдены призывы, но не выявлен их адресат и не дан ответ на вопрос, кто именно должен осуществлять призывы;
- в нарушение статьи 85 ГПК РФ, согласно которой: «В случае, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта либо материалы и документы непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения, эксперт обязан направить в суд, назначивший экспертизу, мотивированное сообщение в письменной форме о невозможности дать заключение», - эксперт-лингвист дал ответ на вопросы права диспозициями статьи 1 закона «О противодействии экстремистской деятельности», признав наличие в исследуемом материале экстремизма, что имеет право делать только суд.
4. В Заключении экспертизы СОДЭКС эксперта-лингвиста Е.И. Галяшиной, являющейся одновременно и членом комиссии ГЛЭДИС:
- статья А.В. Дуброва «О матери», опубликованная в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, названа правильно, но когда Голяшина делала экспертизу этого же материала как работник ГЛЭДИС, то она называла ее «статьей Дуброва «Смерть России!»», что является доказательством умышленной фабрикации обвинения в экстремизме;
- в тексте Заключения содержатся малограмотные несуразицы типа ««смена режима», то есть изменение конституционного строя» или «исторический опыт насильственной смены конституционного строя, осуществленного В.И. Лениным»;
- в нарушение Рекомендаций Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды N27-19-99 от 29.06.99 «вся «исследовательская часть» сводится к простому пересказу некоторых выражений и фраз, неаргументированному изложению личного отношения к ним эксперта»;
- в нарушение этих же Рекомендаций нет выявления «смысловой направленности текстов»;
- в нарушение этих же Рекомендаций не сформулированы собственно лингвистические вопросы;
- в нарушение правил русского языка в тексте найдены призывы, но не выявлен их адресат и не дан ответ на вопрос, кто именно должен осуществлять призывы;
- в нарушение статьи 85 ГПК РФ, согласно которой: «В случае, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта либо материалы и документы непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения, эксперт обязан направить в суд, назначивший экспертизу, мотивированное сообщение в письменной форме о невозможности дать заключение», эксперт-лингвист дал ответ на вопросы права диспозициями статьи 1 закона «О противодействии экстремисткой деятельности», признав наличие в исследуемом материале экстремизма, что имеет право делать только суд.
Таким образом сведения в перечисленных выше документах получены с нарушением закона, они являются недопустимыми и не могут быть признаны доказательствами экстремизма подборки материалов «Смерть России!» в газете «Дуэль» в N27 (475) от 04.07.2006 года, и я прошу суд учесть это обстоятельство при вынесении решения».
Как вы поняли, суд наплевал на мои просьбы. Может я и думаю о людях лучше, чем они есть, но, как мне кажется, когда судья выносила Решение по этому делу, решение явно в пользу государства Израиль, ей было стыдно.

Ю.И. МУХИН

http://www.duel.ru/200849/?49_4_1

Басманов
18.01.2009, 02:26
Дело № http://savelev.ru/journal/case/attachment/img/null.gif 42
http://savelev.ru/journal/case/attachment/img/black_line.gif Истоки ментовского беспредела http://savelev.ru/journal/case/attachment/img/null.gif Приложения к делу:
- МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды
- Экстремистские преступления в общей картине преступности в России (http://savelev.ru/journal/case/attachment/?caseid=46&id=16) http://savelev.ru/journal/case/attachment/img/null.gif МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды Об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды
Для правильной квалификации противоправных деяний, связанных с возбуждением национальной, расовой или религиозной вражды, рекомендуется привлечение экспертов, профессионально владеющих специальными познаниями в области социальной психологии и лингвистики. Это поможет избежать произвольного и нередко ошибочного толкования текста публичных выступлений, газетных публикаций и иной продукции массовой информации.
Действующее в России законодательство запрещает возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды. Так, в соответствии со ст.29 Конституции РФ не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства. Статьей 19 Конституции РФ запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности.
Согласно ст.4 Закона РФ "О средствах массовой информации" не допускается использование средств массовой информации в целях разжигания национальной, классовой, социальной, религиозной нетерпимости или розни.
Статья 282 УК РФ устанавливает ответственность за действия, направленные на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды, унижение национального достоинства, а равно пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, национальной или расовой принадлежности, если эти деяния совершены публично или с использованием средств массовой информации.
Под действием в контексте данной нормы следует понимать любой целенаправленный акт внешней практической деятельности, включая речевое изложение мысли и иные формы передачи информации языковыми или изобразительными средствами. Такими действиями являются использование публичных высказываний, печатных изданий, иных средств массовой информации (радио, телевидение) для передачи устных, письменных или аудиовизуальных сообщений, которые направлены на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды.
Применительно к злоупотреблениям свободой слова и свободой массовой информации понятие направленности действий характеризует только смысл информации, ее содержание (например, призывы к еврейским погромам, антимусульманская агитация), которое потенциально может спровоцировать межнациональные или межконфессиональные конфликты, но не предусматривает фактическое наступление таких последствий.
Возбуждающей в смысле ст.282 УК РФ является такая информация, которая содержит отрицательную эмоциональную оценку и формирует негативную установку в отношении определенной этнической (национальной), расовой (антропологической), конфессиональной (религиозной) группы или отдельных лиц как членов этой группы, подстрекает к ограничению их прав или к насильственным действиям против них. Подобная информация, как правило, порождает напряженность в обществе, нетерпимость к сосуществованию людей разных рас, национальностей и вероисповеданий, поскольку создает благоприятную почву для конфликтов.
От информации, возбуждающей вражду, следует отличать констатацию фактов. Последняя не несет никакого отрицательного "эмоционального заряда" и не направлена на формирование негативной установки. Поэтому нельзя, например, считать возбуждением национальной вражды сообщение о том, что самыми неграмотными среди россиян, по данным социологических исследований, являются цыгане. Психологическое содержание данной информации будет заключаться в том, чтобы привлечь к этой проблеме внимание общественности и специалистов, а не укрепить в массовом сознании стереотип о необучаемости цыган как национальной черте.
Вражда может проявляться в неприязни, сильной антипатии, ненависти, в желании любыми способами ущемить чьи-либо права и законные интересы.
Унижение национального достоинства выражается в распространении ложных измышлений, извращенных или тенденциозно подобранных сведений об истории, культуре, обычаях, психологическом складе, верованиях, идеях, событиях, памятниках и документах, входящих в число национальных или религиозных ценностей, позорящих или оскорбляющих этническую или конфессиональную группу либо ее отдельных представителей как членов этой группы, заключающих в себе издевку, отвращение или презрение к ним.
Термин национальная, религиозная, расовая исключительность или превосходство означает преобладание по каким-либо признакам одной группы людей над другими в силу несовершенства последних, т.е. якобы их природной, биологической, социальной, нравственной ущербности или порочности.
Пропагандой является распространение среди широкого круга лиц идей, взглядов, представлений или побуждений к действиям, направленным на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды. Она может выражаться в форме призывов, воззваний, поучений, советов, предостережений, требований, угроз и т.п.
Данное преступление совершается с прямым умыслом. Субъект осознает, что обнародует в печати, по радио или телевидению (а также в других формах) информацию, направленную на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды, и желает ее обнародовать.
Особенность рассматриваемого преступления состоит в том, что оно совершается публично или с использованием средств массовой информации.
В процессе прокурорской проверки или расследования уголовного дела главным объектом исследования и основном источником доказательств являются сам текст публикации, выступления, требующие содержательного анализа и юридической оценки. Если идеи публикатора (оратора) выражены прямо, а не завуалировано, содержательный анализ вполне доступен подготовленному следователю или прокурору и не требует специальных познаний.
Дать правильную оценку тексту публикации в таком случае помогут основные признаки, характеризующие возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды с точки зрения общественной опасности.
Главными из них являются:
- формирование и подкрепление негативного этнического стереотипа, отрицательного образа нации, расы, религии;
- перенос различного рода негативных характеристик и пороков отдельных представителей на всю этническую или религиозную группу;
- приписывание всем представителям этнической или религиозной группы стремления следовать тем древним обычаям, верованиям, традициям, которые негативно оцениваются современной культурой;
- утверждения о природном превосходстве одной нации, расы, религии и неполноценности или порочности других;
- приписывание враждебных действий и опасных намерений одной нации, расе, религии по отношению к другим;
- возложение вины и ответственности за деяния отдельных представителей на всю этническую, расовую, религиозную группу;
- утверждения об изначальной враждебности определенной нации, расы по отношению к другим;
- утверждения о полярной противоположности и несовместимости интересов одной этнической или религиозной группы с интересами других;
- утверждения о наличии тайных планов, заговоров одной национальной или религиозной группы против других;
- объяснение бедствий и неблагополучия в прошлом, настоящем, будущем существованием и целенаправленной деятельностью определенных этнических, расовых, религиозных групп;
- побуждение к действиям против какой-либо нации, расы, религии;
- поощрение, оправдание геноцида, депортаций, репрессий в отношении представителей какой-либо нации, расы, религии;
- требования вытеснения из различных сфер деятельности лиц определенной национальности, расы, конфессиональной принадлежности;
- требования ограничить права и свободы граждан или создать привилегии по национальному, расовому, религиозному признаку;
- угрозы и подстрекательства к насильственным действиям в отношении лиц определенной национальности, расы или по признаку религиозной принадлежности.
Таким образом, если в процессе проверки при содержательном анализе публикации (публичного выступления) будет выявлено, что текст или его часть прямо подпадают под один или несколько вышеперечисленных признаков, необходимо решать вопрос о возбуждении уголовного дела.
Следует учитывать, что не всякий материал такого рода выражает перечисленные идеи в неприкрытой форме. Нередко он исполнен так, что подобные мысли автора с помощью различных уловок внушаются исподволь. В результате информация, способная возбудить враждебность к тем или иным этническим, расовым, религиозным группам, оскорбить либо унизить национальное достоинство, оказывается завуалированной, но понятной читателю. Как правило, публикатор (оратор) в данном случае имеет цель не только возбудить национальную или религиозную рознь под видом реализации предоставленного ему Конституцией РФ права на свободу слова и свободу массовой информации, но и уйти от ответственности.
Практика показывает, что определение социально-психологической направленности текста и доказывание умысла на разжигание национальной, религиозной розни становится особенно сложным, когда пропагандируемые идеи и представления внедряются в общественное сознание изощренными приемами манипулирования информацией, специальными языковыми, изобразительными и иными средствами передачи читателю (зрителю, слушателю) уничижительных характеристик, отрицательных оценок, негативных установок и побуждений к действиям против какой-либо нации, расы, религии.
Нельзя исключать возможность непреднамеренного со стороны авторов проникновения в их публикации (озвученные тексты) неосторожных, невежественных и ошибочных суждений, обусловленных их низкой профессиональной квалификацией, недостаточной общей эрудицией.
По делам и материалам, по которым следователем признано необходимым использование специальных познаний в области социальной психологии, назначается соответствующее исследование содержания газетных публикаций и иной продукции массовой информации, а также публичных выступлений.
Выявление смысловой направленности текстов и используемых пропагандистских приемов является по таким делам центральным звеном в установлении противоправности деяния.
Применение специальных познаний на практике может иметь место в двух формах: внепроцессуального консультирования при доследственной проверке и судебной экспертизы, назначаемой по уголовному делу.
Функция консультанта - предварительная оценка наличия в конкретной информации отрицательных и оскорбительных характеристик нации, расы, религии, негативных установок и подстрекательства к враждебным действиям против какой-либо этнической, расовой, религиозной группы.
Установление смысловой направленности текстов по возбужденным уголовным делам данной категории является компетенцией судебной социально-психологической экспертизы.
Перед экспертом рекомендуется ставить следующие вопросы:
1. Выражают ли использованные в данном материале словесные (изобразительные) средства унизительные характеристики, отрицательные эмоциональные оценки и негативные установки в отношении какой-либо этнической, расовой, религиозной группы (какой именно) или отдельных лиц как ее представителей?
2. Содержится ли в данном материале информация, побуждающая к действиям против какой-либо нации, расы, религии (какой именно) или отдельныхлиц как ее представителей?
3. Использованы ли в данном материале специальные языковые или иные средства (какие именно) для целенаправленной передачи оскорбительных характеристик, отрицательных эмоциональных оценок, негативных установок и побуждений к действиям против какой-либо нации, расы, религии или отдельных лиц как ее представителей?
Приведенные вопросы должны сориентировать эксперта на углубленное психолингвистическое (логико-грамматическое и семантическое) изучение материала и не позволить ему ограничиться лишь общими рассуждениями и субъективными оценками.
Экспертизу может проводить как единолично специалист, профессионально владеющий знаниями и методами психолингвистики, являющейся отраслью социальной психологии, так и комиссия из специалистов в области социальной психологии и лингвистики.
Учитывая малочисленность специалистов данного профиля и отсутствие у них опыта производства судебных экспертиз по делам указанной категории, иногда целесообразно привлекать для совместного исследования, с одной стороны, специалистов по социальной психологии, имеющих достаточную подготовку в области изучения массовых коммуникаций, психологии пропаганды, межгрупповых, в частности, межнациональных, отношений, а с другой стороны - филологов, владеющих научным аппаратом лингвистики и семантики, специальными методами исследования продуктов речевой деятельности. При решении вопроса о привлечении того или иного специалиста к исследованию рекомендуется выяснять его компетентность в области перечисленных отраслей знаний.
Нужно помнить, что само по себе изложение тех или иных подлинных фактов и сообщение сведений исторического, религиозного, политического характера еще не означает направленности текста на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды. Определяющим являются смысловая функция таких сообщений, то, ради чего, в подтверждение каких взглядов и идей они используются, какие представления и установки и какими средствами пропагандируются, навязываются читателям (слушателям, зрителям).
Как показывает практика, нередко в публикациях, выступлениях, возбуждающих национальную, расовую, религиозную рознь, широко используются тенденциозно подобранные извращенные вымышленные факты, бездоказательные утверждения и представления, отвергнутые современной наукой. Различные слухи и измышления, перемежаясь с другими, иногда реальными фактами, вводятся в контекст, где и служат созданию негативного образа представителей той или иной нации или религии, приписывают им враждебность, способствуют созданию атмосферы национальной или религиозной нетерпимости. Недобросовестность сообщений может свидетельствовать о сознательном (умышленном) манипулировании информацией, поэтому часто возникают вопросы о правильности приведенных автором сведений, достоверности использованных им источников, подлинности цитат, обоснованности авторских утверждений и суждений по существу.
В некоторых случаях вопросы подлинности приведенных фактов и достоверности сообщений лежат за пределами психолингвистического анализа и относятся к компетенции других специалистов: историков, религиоведов, экономистов, политологов, генетиков, антропологов, этнологов и др. Таких специалистов необходимо привлекать для проведения комплексных экспертиз наряду с социальным психологом, и вопросы экспертам должны быть сформулированы так, чтобы каждый из них имел четкое задание в пределах своей компетенции.
Они могут быть поставлены следующим образом:
- Соответствуют ли данным современной науки (истории, религиоведения, антропологии, генетики, источниковедения и др) приведенные в публикации положения?
- Являются ли эти положения научно обоснованными, доказанными?
- Правильны ли утверждения и выводы, основанные на приведенных впубликации данных (исторических, экономических, политических и др)?
В этих случаях комплексная экспертиза распадается на ряд специальных объектов, самостоятельно исследуемых каждым из специалистов. Такая экспертиза, хотя и может быть назначена одним общим постановлением, но состоит из нескольких исследований и завершается либо составлением нескольких заключений, либо общим заключением, при этом каждый эксперт в пределах компетенции подписывает только часть исследования и свои выводы, за которые по закону несет личную ответственность. При несовпадении мнений экспертов одной и той же специальности совершенно недопустимо составление "компромиссных" заключений.
При назначении судебных экспертиз и исследований наиболее типичны следующие ошибки:
1. Привлечение в качестве экспертов и специалистов лиц, некомпетентных в данной сфере.
2. Неправильная постановка вопросов перед экспертами.
3. Неправильная оценка выводов, полученных в результате проведения экспертиз.
Изучение проверочных материалов и уголовных дел показало, что многие постановления о назначении экспертиз не содержат изложения фактических обстоятельств дела. Неверно определяются природа и предмет использования специальных познаний. В то время как по делу требуется установление направленности публикации путем социально-психологического (психолингвистического и семантического) анализа текста и языковых приемов, используемых публикатором (оратором), назначается философская, историческая, искусствоведческая, стилистическая, гуманитарная экспертиза. В результате экспертное исследование подменяется историческими, религиоведческими, политологическими, биологическими, антропологическими и другими, подчас дилетантскими, рассуждениями.
При на значении экспертизы не всегда в надлежащем объеме выясняется уровень компетентности привлекаемого для этой цели лица: соответствуют ли сфера его деятельности, профессиональный опыт, научные труды той области специальных познаний, к которой относятся вопросы, подлежащие разрешению (в данном случае - владеет ли он специальными методами исследования массовых коммуникаций).
В качестве экспертов иногда привлекаются лица, относительно которых имеются основания полагать, что они прямо или косвенно заинтересованы в деле. Например, к такого рода основаниям может быть отнесена причастность привлекаемого специалиста к общественный движениям, организациям, партиям и группам, от имени которых написан или против которых направлен представленный на исследование материал. Имеют место и факты необоснованного отвода экспертов. В этой связи при их подборе следует строго соблюдать требования процессуального законодательства (ст.67 УПК РСФСР).
Многие изученные экспертные заключения не соответствуют процессуальным требованиям, предъявляемым к такого рода документам (ст.191 УПК РСФСР). В их вводной части не содержится указаний на характер используемых познаний, сведений о самом эксперте (образование, специальность, ученая степень и звание, занимаемая должность и др.). Нередко не соответствуют они и требованиям ст.80 УПК РСФСР. В них нет описания проведенных исследований, ссылок на использование специальных методов научного познания.
Порой вся "исследовательская часть" сводится к простому пересказу некоторых выражений и фраз, неаргументированному изложению личного отношения к ним эксперта.
Иногда специалисты дают двусмысленные, внутренне противоречивые заключения, что совершенно недопустимо. Подчас, признав, что в публикации определенная национальность характеризуется в неприглядном свете, берутся судить, достаточно ли этого для возбуждения вражды и насколько это оскорбительно для национального достоинства, т.е. выходят за рамки своих специальных познаний.
Некоторые эксперты берут на себя несвойственную им роль комментатора законодательных норм.
Как известно, заключение эксперта не является обязательным для лиц, осуществляющих производство по делу (ст.80 УПК РСФСР), и не имеет заранее установленного доказательственного значения применительно к конкретному преступлению. Поэтому оценивать выводы экспертизы необходимо в совокупности с другими доказательствами.
Отдел по надзору за исполнением законов
о межнациональных отношениях
Генеральной прокуратуры Российской Федерации
Отдел юридической психологии
Научно-исследовательского института проблем
укрепления законности и правопорядка

НАЦИОНАЛЬНАЯ ГАЗЕТА И° 8-12 (58-62) 2002

Басманов
18.06.2009, 19:49
Генеральная прокуратура Российской Федерации внесла представление Министру здравоохранения и социального развития РФ об устранении нарушений требований федерального законодательства, связанных с порядком привлечения на работу иностранных граждан

... Все это в совокупности способствует нарушению приоритетного права российских граждан в сфере занятости населения и созданию условий для межнациональных конфликтов, а наличие иностранных трудовых ресурсов позволяет работодателям устанавливать для российских граждан невыгодные условия работы, что ведет к безусловному нарушению их прав. Кроме этого, условия работы самих иностранных граждан создают почву для совершения ими правонарушений.

В условиях мирового экономического кризиса в России наблюдается обострение межнациональных отношений, что отчасти связано именно с привлечением и использованием труда иностранных работников. Захват рынка труда мигрантами вызывает недовольство у россиян, влечет протестные акции, создает почву для экстремистских проявлений, а в совокупности с растущей безработицей среди граждан России ведет к росту преступности в целом.

http://semen-serpent.livejournal.com/714423.html

Басманов
16.09.2009, 13:16
Полезно изучить:

http://news.nswap.info/?p=23581

http://xeno.sova-center.ru/29481C8/D9601B2

Neoformator
04.01.2010, 23:27
1078

Prayd
02.01.2011, 11:25
Одна из самых преступных и тяжелых по последствиям 280-282 статья. Именно она, эта цензура, убивает возможность конструктивного дискурса в обществе по главным вопросам.

Ethanol
25.04.2011, 21:46
Так требуйте её отмены. Не тратьте время на отлавливание и битьё дворников и строителей.
Потратьте это время лучше на сбор подписей за отмену 280 и 282 статей УК РФ.

Чё тормозить-то?

Басманов
26.01.2013, 18:07
Лкбез. ВАС НЕОБОСНОВАННО ОБВИНЯЮТ "В РАЗЖИГАНИИ"...

http://via-midgard.info/uploads/posts/2012-04/1335349104_1306221597_4ac0835253167.jpg

Вас необоснованно обвиняют "в разжигании"...[/h]…из реального обращения гражданина РФ:

"Здравствуйте! Звонит мне брат: "Что случилось - к тебе милиция

пришла!" Я вообще без понятия - сижу на работе. Прошу, чтобы он дал

трубку пришедшему участковому. Диалог:

- Алло. Здравствуйте. По какому поводу вы хотите меня видеть?

- На вас подано заявление.

- Заявление? А в чем меня обвиняют?

- В разжигании национальной розни в Интернете вас обвиняют

- Позвольте узнать, кто обвиняет и при каких обстоятельствах это было?

- Я вам по телефону ничего объяснять не буду. Приходите в отделение,

там и поговорим.

- Сегодня вечером приду.

Итак, вот какой был разговор.

Для справки: в интернете я действительно на многих сайтах писал, что

нам, русским, надо предпринимать какие-то меры против нашествия

кавказцев, иначе они истребят нас. Но я не писал, что их надо бить или

убивать (правда, говорил, что уже не осуждаю скинхэдов, которые так

делают). Также несколько раз говорил, что не верю с "мирный ислам" и

по моему мнению ислам стоит на крови. Вот какие были слова. Однако, я

же не подписывался в инете "ф.и.о. адрес такой-то".

По совету участников вашего форума я решил без

повестки к участковому не ходить. И еще: люди мне говорят, что надо

идти с адвокатом. Но при моей зарплате не хватит денег ни на какого

адвоката. Скажите, а если я пойду просто так, один, как мне держаться?

И что говорить?"

Приведенная история похожа на бред, но этот бред - наша реальность. Следует признать, что время беспощадной государственной борьбы за «толерастию» и против «разжигания» - уже наступило. Видимо, у правоохранителей мало работы по борьбе с реальной преступностью… И милиция, при явном давлении неких особо толерастических сил, занялась, вместо поимки настоящих преступников, вышеуказанной "правоохранительной" деятельностью. Впрочем, следует понимать, что такую "деятельность", вести много легче, нежели пресекать реальные правонарушения. Это почти так же легко, как по фактам явных уголовных преступлений штамповать "отказы в возбуждении уголовного дела" ( в нашей практике, например, имеется дело, где лихие опера выдали "отказное" при пяти серьезных ножевых ранениях, нанесенных москвичу приезжим армянином).

И в этой связи всем лицам, чья гражданская позиция распространяется не только на пиво, футбол и сериалы - считаем необходимым дать ряд советов

Мы - не будем подсказывать вам, как нарушать закон. Мы - лишь посоветуем, как избежать необоснованных обвинений.

Совет №1.

Когда вы пишете что либо, в собственном блоге, или комментируете в чужом, всегда представляйте себе, что содержимое блога тщательно прочитывается соответствующим дядей в погонах. И даже не просто дядей в погонах, а дядей, специально науськанным выискивать признаки инакомыслия, национализма и других возмутительных явлений. Это - работа, за нее получают зарплату и должности. Ничего личного..
И вот, из таких признаков эти дяди, в основном, методом высасывания из пальца, фабрикуют эпизоды "разжигания межнациональной, расовой, религиозной ненависти и вражды" (ст.282 УК РФ), а то даже и экстремистской деятельности. Поэтому в формулировках следует быть крайне осторожными, осмотрительными. Всегда можно сказать о том что вы думаете – но сделать это так, чтобы не стать «обьектом».

Не слишком полагайтесь на надежность почтового сервера и защиту вашего компьютера. Против патриотически настроенных людей работает целая служба, и в ней трудятся специально подготовленные люди, которые квалифицированно обходят большинство защит. Им за это платят деньги, и они разбираются в вопросе лучше вас. Установить ваш реальный адрес и ФИО - совсем не является проблемой. Настоятельно рекомендуем перейти на иностранные почтовые серверы, скажем, на Gmail. Но не обольщайтесь – мы знаем людей, которые за 3000 рублей реально вскрывают и Gmail. (Спецслужбам – бесплатно).

Если вы участвуете в определенных дискуссиях на форуме - представляйте себе что каждый участник такого форума может оказаться лицом, чья задача - спровоцировать вас на высказывания, о которых можно доложить дяде в погонах. Не забудьте, что у указанных выше дядей имеется множество добровольных помощников, которые с радостью доносят им о вашем мнении, а при необходимости и подпишут соответствующее заявление, выступят свидетелями.

Какие же слова и фразы могут послужить основанием для вашего "привлечения"? Очень многие. Например, вы говорили о том что вам не нравятся наглые кавказцы, расселившиеся в вашем доме? Вы - разжигали. Мечтаете о "России для русских"? Опять таки разжигали. Может быть вы говорили о том, что практически все террористы имеют исламское вероисповедание? Снова разжигали, хотя это неоспоримый факт. Употребили слово "чурки"? Ну чего же еще большего надо?? Ну а если вы высказались о том что одобряете (или хотя бы не осуждаете) действия скинов - тут уж и вовсе за вами можно ехать с мигалками.

Совет №2.

Надо понимать, как работает милицейская репрессивная система. К сожалению, понимание такое чаще всего приходит на личном печальном опыте... Так вот, рассчитывать на то, что удастся воззвать к здравому смыслу, сослаться на закон, на презумпцию невиновности - довольно наивное занятие. Возможности даже грамотного адвоката – весьма ограниченны. Например, ссылаться на то что, что личный блог есть и пространство сугубо личное, что вы выражали только собственное мнение - не приходится. Логика "правоохранителей" такова, что поскольку ваше творчество мог прочесть всякий желающий - вы тем самым имели умысел к "разжиганию" и это вполне тянет на статью. Если уголовное дело будет возбуждено - писать жалобы в прокуратуру будет практически бесполезно, ибо санкция прокурора ( а потом и решение суда) уже заведомо обеспечена. Таким образом, если вам пытаются "предьявить", следует направить усилия на то, чтобы не допустить этого. Причем - строго в соответствии с законом!

Общая теория всегда хуже практических примеров, поэтому обратимся к вышеприведенному обращению. В связи с приведенным (реальным), обращением -

Совет №3.

Итак, вам звонит сотрудник милиции и просит прийти к нему на допрос. Вы выяснили, как в указанном случае, что речь идет о "разжигании"? Вы не обязаны никуда ходить! ( Как и ни в каком другом случае; "прийти на минуточку расписаться" - это обычная уловка). Если вы придете, у вас возьмут обьяснения, в них вы, по юридической неграмотности, укажете, что действительно кое-что писали, но вы не хотели ничего такого. И писали только в личном дневнике. Таким образом - вы признаете собственной подписью все то, в чем вас обвиняют. Возможно, дело этим и закончится, если речь идет о профилактике. Но не менее возможно и скверное развитие дела. Так или иначе, все что вы скажете - будет использовано против вас.

Вы не обязаны помогать им состряпать против вас дело. Вы никуда не обязаны ходить без повестки. Привод возможен (законен) лишь в том случае, если будет доказано что повестку вы получили. Вы не обязаны говорить ни единого слова без адвоката, которого, в случае отсутствия такового у вас, вам обязаны предоставить за государственный счет. Притом такового вы можете посчитать ненадлежащим – и потребовать другого.

Наконец, согласно ст.51 Конституции РФ, каковую вам обязаны разьяснить под расписку, вы вообще имеете право не давать каких либо показаний против себя лично. (Часто используют обходной маневр - допрашивают вас как свидетеля, а потом ваши показания используют против вас же. В этом случае можно указать - "полагаю данные вопросы отнесенными к моим лично действиям, отказываюсь на основании ст.51 конституции".). Будут грозить «статьей» за отказ от дачи показаний – не принимайте всерьез. Попробуйте разузнать – сколько людей были привлечены за последние 10 лет в РФ по такой статье – вам все станет ясно.

Если милиция вас все таки заполучила в свое распоряжение, и вы решили давать показания (обьяснения) - вы имеете полное право писать их самостоятельно. Доверять контекст ваших показаний сотруднику милиции - вы отнюдь не обязаны. Вы можете сказать, что если вам не предоставят права писать самому - вы не подпишете обьяснений, и будете на 100% правы.

Совет №4.

По действующему законодательству ни один сотрудник милиции не вправе проникнуть в ваше жилище, иначе как по постановлению суда ( о производстве обыска, выемки, ареста). Постановление суда - это официальный документ с гербовой печатью суда, подписью судьи, он должен быть в оригинале вам показан, вы вправе его сфотографировать ( в исключительных случаях может быть постановление органа дознания - но тоже официальное!). В таком постановлении должно быть конкретно сказано – произвести обыск, выемку и др., указан адрес, лично ваши данные.

Без такого постановления милиция вправе войти в вашу квартиру исключительно с вашего согласия. Если это правило нарушено - милиционеры сами совершают преступление, о чем необходимо заявить официально, в прокуратуру. Подавно без соответствующих постановлений у вас не вправе изымать жесткие диски, литературу и проч.

Понятно, что вы имеете полное право даже не открывать двери. При малейшей попытке нарушить это право немедленно звоните в городскую прокуратуру, управление собственной безопасности, ГУВД (02). Соответствующие телефоны надо знать! Уверения милиции о том что "хуже будет" смело пропускайте мимо ушей. Перед тем как жаловаться куда либо - выясните ФИО сотрудников милиции, их должность, звание, место работы, служебный телефон, фамилию начальника.

Текст совета №4 распечатайте, и отдайте своим домашним (как правило, именно родители, жены и дети безропотно выполняют требования милиции). Подчеркиваем, что все указанное в совете №4 - абсолютно законно!

Совет №5 .

Необходимо понимать, что для производства проверки у органов есть, как правило, 10 дней. Этот срок продлевается, но не до бесконечности. И если вас не сумеют посадить за стол с бланком протокола в течение положенных сроков - скорее всего, "органам" придется проверку завершить с нулевым результатом.

Совет №6 .

Если вам предьявили надуманное обвинение (или вы ожидаете, что вам его предьявят), если в отношении вас допущено нарушение закона, следует писать. Писать жалобы в прокуратуру, в управление собственной безопасности ГУВД. Однако, в ваших жалобах не должно быть вымысла! Если к вам применено насилие сотрудниками милиции - при первой же возможности обращайтесь в травмпункт и требуйте надлежащего оформления полученных телесных повреждений, после чего пишите заявление. Тщательно сохраняйте все документы, не отдавайте подлинников никому!

Наконец, совет № 7 (банальный, но очень действенный).

Если вы хотя бы подозреваете, что к вам могут обратить претензии правоохранительные органы - приобретите (скачайте) уголовно-процессуальный кодекс РФ, и внимательно изучите его! Можно с уверенностью сказать, что ваши права, указанные в этом полезном документе вам "забудут" обьяснить...

Кроме выше сказанного, следует принять к сведению то, что…

...в случаях попыток привлечь пользователя Интернет за его высказывания где бы то ни было в сети, важно понимать несовершенство оперативно-розыскной системы в данной сфере. Ясное дело, вычислить реальные ФИО, адрес, номер телефона и прочие данные юзера - не особенно сложно. Разумеется, если юзер пишет на "чистом" ноутбуке и пользуется исключительно вай-фай в публичных местах - задача "органов" много осложняется. Однако если возьмутся всерьез - вычислят даже тех, кто использует многоступенчатые способы защиты, такие, например, как предложены вот здесь:

http://www.torproject.org/index.html.ru

Однако в большинстве случаев "привлекают" как раз людей, которые не считают необходимым особенно тщательно "шифроваться", и наивно полагают что у нас свободная страна, где каждый вправе высказать личную точку зрения.

Так вот, следует учитывать один важный момент.

Как мы уже выяснили, "оперативно вычислить" какого ни будь "разжигателя розни" несложно. Вот ай-пи, вот справка от провайдера, вот распечатка с экрана, вот то, вот се, вот рапорт, вот показания оскорбленных лиц какой либо "неприкасаемой" национальности. Будем дальше запираться, или начнем, наконец, сотрудничать с дознанием?

Только вот какой казус: оперативные данные и доказательства, собранные с требованием норм УПК РФ - это совершенно разные вещи! Спросите у какого ни будь оперуполномоченного - как должна быть оформлена распечатка содержимого вашего блога в материалах уголовного дела? А как получить справку, пригодную как доказательство, от Livejornal.com?

Скорее всего специалист-милиционер в ответ замнется и определенным образом не ответит.

Нет спора - при сильном желании (либо "заказе" сверху, либо в случае если подозреваемый уж очень сильно надоел "органам") все это оформить можно. Причем именно так, что бы такое "оформление" выдержало и прокурорскую и судебную проверки. Но для этого дознанию нужно как следует поработать, а им, как правило, этого не хочется. В результате, в большинстве известных случаях, основным доказательством служит признание подозреваемого.

То есть – чаще имеет место такой диалог:

« ….- Ваш блог? Запираться бесполезно, ложью вы только навредите себе.

- Ну, это...мой.

- Вы вот это писали?

- Я, но это же мое конституционное право, мы в свободной стране...

- Хорошо-хорошо, вот здесь распишитесь, и идите домой! Пока что...

- А конституционное право?...

- Ну так для его защиты есть конституционный суд, пожалуйста, пишите туда.»

Вы – расписываетесь, и готово дело. Вы сами признали свое авторство, и дополнительно доказывать его не требуется.

Что делать, чтобы не помочь в указанном случае "органам" вас незаслуженно загрузить? Да очень просто: читайте предыдущие рекомендации.

http://ruscontrol.org/whattodo/31/