PDA

Просмотр полной версии : Природолюбивая религия будущего



Krasin
17.08.2011, 02:09
http://news.nswap.info/wp-content/uploads/2010/02/dobroslav.jpg

Мнение автора не всегда совпадает с мнением авторов публикуемых материалов!

ДОБРОСЛАВ (Добровольский Алексей Александрович) родился в Москве, в 1938 году. В 19 лет впервые был осуждён по 58 статье за создание русской молодёжной националистической организации. Провёл в заключении в общей сложности 13 лет.

В 1989 году покидает столицу, принимает имя Доброслав и поселяется в заброшенной деревне Васенево Шабалинского района Кировской области. С того времени это место становится духовным очагом возрождающегося славянорусского Язычества. Там, на лоне Природы, пишет Доброслав свои просветительские работы. Туда, на Купальский праздник, 22 июня, ежегодно съезжаются со всей Руси его соратники и сподвижники.

В 2002 году Доброслав вновь подвергся преследованиям за свои убеждения и был осуждён по политической 282 статье. Но Старейшина не отчаивается: он уверен, что Чуры и Берегини покровительствуют ему в его религиозном служении ПРИРОДЕ – РОДИНЕ – НАРОДУ.

ВЯТКА – 2004
Тираж 3000 экз.
ISBN 5-85271-167-5
© ДОБРОСЛАВ, 2004



Современная «высокоразвитая» цивилизация переживает последнее напряжение сил перед закономерной и неминуемой агонией. Наука обслуживает физические потребности человека, религия обслуживает его «духовные запросы». Но есть одно неопровержимое доказательство того, что человечество зашло в тупик: ГИБЕЛЬ ПРИРОДЫ!

XX век надо называть не веком атома и не веком полётов в «космос», а веком глобального экологического кризиса. Само понятие ПРИРОДА утратило изначальный, сакральный смысл. Живой, таинственный мир Природы превратился в банальную окружающую среду: инертную материю, подчиняющуюся каким-то бездушным, механистическим законам. Трагедия заключается в том, что «общечеловеческая цивилизация» пошла по монотеистическому пути, отторгла человека от Природы и противопоставила его Ей.

Современная наука, плутающая в лабиринте плоского рационализма, – тоже иудохристианского происхождения, ибо она – типичный продукт узколобого монотеизма-креационизма. Технологический «прогресс» – порождение библейской ненависти к Природе – привёл мир к экологической катастрофе.

Семитический монотеизм – первопричина всех бед человечества. Природа – «тварь», не облагороженная «святым духом», согласно монотеистическим взглядам, может и должна использоваться так, как заблагорассудится человеку. Иегова сказал: «Наполняйте землю и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всякими животными, пресмыкающимися по земле». Именно в этой библейской заповеди «обладания и владычества» кроется моральное оправдание нечестивого отношения к Природе, которое свойственно большинству людей и поныне. И здесь же, в этой опасной иллюзии господства над Природой, как в зародыше, содержатся все кризисы: и экологический, и социальный, и духовный, равно как и вся последующая дегенерация человечества.

Последствия ветхозаветной установки оказались болезненными не только для Природы, но и для человека, находящегося с Ней в неразрывном органическом единстве. Современная цивилизация превратила нашу зелёную Планету в глобальную выгребную яму, в свалку зловредных индустриальных отходов. Поражены недра, почва, вода, воздух, животный и растительный мир. И всё это происходит на фоне невиданного и неоправданного роста общественного потребления в странах Запада, где стремление к комфорту и кричащей роскоши стало нормой жизни. Так, в США, где проживает менее 5% мирового населения, потребляется около половины мировой энергии и производится более половины всех загрязнений «окружающей среды».

Так называемый высокий уровень потребления, т.е. безудержное удовлетворение всё возрастающих ненасытных потребностей и прихотей, не ограниченное никакими разумными пределами, есть не что иное, как высокий уровень беспощадного пожирания, умерщвления Всеживой Матери-Земли. За 200 лет в США христолюбивыми бледнолицыми завоевателями было истреблено 93% девственных лесов. «Идеология» сионо-американского империализма, которую можно свести к формуле: рыночная экономика плюс получение максимальной прибыли любой ценой, попрала все этические и биологические законы.

«Основным движущим мотивом рыночной экономики является личная заинтересованность и, в конечном счёте, алчность. При отсутствии всяких ограничений жёсткое действие рыночных сил ведёт к эксплуатации, пренебрежению к общественным нуждам, деградации окружающей среды и быстрому истощению ресурсов» / Кинг, Шнайдер. «Первая глобальная революция», 1992 г./ Это ведь не Карл Маркс сказал, и не Ленин: им такого даже в голову не приходило. Максимум, на что они замахивались, это обречённость самого капитализма, а вот до обречённости Планеты из-за алчности «развитых» капиталистических стран эти непримиримые критики в своих обличениях не додумались.

* * *

В преддверии тотальной экологической катастрофы особенно отчётливо проявился огромный дефицит знания о действительном состоянии Природы. Невежество и хамство современного человечества достигли своего апогея в отрицании СОЗНАНИЯ в системах Мироздания. Монотеизм и технократия, одинаково враждебные Природе, не признают наличия космических полей Разума, имманентных Вселенной, отказывают Земле, как СУЩНОСТИ, в самоценном бытии.

Однако, ЗЕМЛЯ не перестаёт быть тем, кто ОНА есть, только оттого, что какие-то эфемерные микроорганизмы, паразитирующие на Ее поверхности, воображают себя «пупом земли» и «целью мироздания».

Хотя РАЗУМНЫЕ СИЛЫ ПРИРОДЫ и не признаны нынешней цивилизацией, ИХ значение и деятельность от такого непризнания ничуть не умаляется. Напротив: учащающиеся экологические, технические, социальные катастрофы явно дают знать, что человеческая деятельность приобрела разрушительный для биосферы характер. За одно мгновение по меркам жизни Планеты мир из своего природного состояния перешёл в такое, когда один биологический вид, возомнивший себя «венцом творения», стал причиной массового вымирания других биологических видов, и вообще стал угрожать самой Земной Жизни. Так называемый хомо сапиенс, т.е. человек разумный, повёл себя хуже, чем сошедшее с ума животное.

Ответ Природы наглядно проявляется во множестве известных и неизвестных явлении, кривая которых постоянно, неуклонно и с ускорением возрастает. Загрязнение биосферы ослабило иммунную систему Земли, создав благоприятные условия для размножения патогенных микробов. Медицина не поспевает за ростом новых заболеваний, а прежние человеческие болезни возвращаются, но уже в более устойчивых к лечению формах.

Магнитное поле Земли, защищающее обитателей нашей планеты от губительного воздействия солнечной радиации, постепенно теряет свою силу. Геофизики сообщают, что с геомагнитным полем последнее время происходят необъяснимые вещи. Специалисты полагают, что эти явления могут свидетельствовать о том, что магнитное поле Земли собирается сменить полярность. А «переполюсовка», безусловно, отразится самым непосредственным образом на всей биосфере. Зафиксированное смещение магнитных полюсов Земли грозит ускорением процесса глобального потепления.

А ведь одно только потепление климата всего лишь на полградуса вызвало в 2002 г. пагубные наводнения во многих, самых разных регионах мира. Что-то несравненно более страшное – некая «прополка человечества» вскоре непременно произойдёт на Земле. По последним прогнозам непредвзятых специалистов-экологов, уже через 5-7 лет начнутся необратимые гибельные процессы, и с человечеством будет кончено где-то к середине XXI века.

Глобальное потепление нельзя рассматривать только с позиций повсеместного повышения температуры. Гораздо важнее обратить внимание на то, что будет увеличиваться частота, скорость и размах атмосферных и вообще самых различных природных явлений. Это означает, что повышается вероятность зимних как очень лютых морозов, так и наоборот, очень заметных оттепелей, а также возможность частых и сильных наводнений и катастрофических засух. Основное и самое грозное последствие глобального потепления климата – это нарушение равновесного состояния биосферы, потеря устойчивости биосферы как целостной системы.

Если такая система, как биосфера, утрачивает стабильность, то начинается её необратимый переход в некое новое состояние и, по всей вероятности, в этом новом состоянии условия жизни на Земле окажутся непригодными для человека, как существа, наиболее оторванного от Природы и наименее приспособленного к естественному образу жизни. Будет разрушена его современная искусственная среда обитания – его «экологическая ниша», и он просто вымрет, как хищные тираннозавры, если бы они вдруг оказались не в тропических лесах юрского периода, а в сибирской тайге нашего времени. Человек, как биологический вид, не может существовать вне привычной земной биосферы, но биосфера прекрасно обходилась без человека миллиарды лет.

Сопротивление Планеты нарастает стремительно. Мы на пороге великого потрясения, сопоставимого, пожалуй, со сменой геологических эпох в жизни Матери-Земли. Подобно сказочной деве, сбросит Она старую кожу и вновь омолодится. Речь идёт лишь о сроках.

Скоростной переход в новую эпоху будет сопровождаться небывалыми природными катаклизмами, спровоцированными антропогенным насилием; возможен некий «всемирный потоп». Более чем вероятно, что планетарная катастрофа явится стечением, совмещением, совпадением различных локальных катастроф; цепной лавинообразной реакцией взрыва. В определенный момент она разразится совершенно неожиданно и столь молниеносно, что никакие действия людей, подвергнувшихся шоковому воздействию, уже не смогут их спасти. Лик привычного нам мира изменится.

Обычно качественно новый виток истории увязывают со сменой тысячелетий, с эрой Водолея, с эсхатологическими пророчествами и неосознанными страхами перед «концом света» и т.д. Но есть другие, более фундаментальные причины. Метафизические и метаисторические корни данного явления не вызывают сомнения.

Глубинная экология, или параэкология, обнаруживает поразительную стойкость взаимосвязи и взаимозависимости между противоестественными, безумными попытками человека «усовершенствовать» Природу и тем, что обычно называют обратным отрицательным воздействием: возмущениями естественных биополей, эпидемиями, «стихийными бедствиями» и «природными катаклизмами». Не следует только рассматривать влияние природных факторов как каких-то механистических процессов. Это не буйство «слепых стихий»; ЭТО – СОЗНАТЕЛЬНЫЙ ОТВЕТ ЗЕМЛИ на все надругательства неблагодарного человечества.


* * *

Невероятно сложное, слаженное и целесообразное устройство Мира свидетельствует о существовании Высшего Разума, неотъемлемо свойственного Природе. К этому Сверхразуму неприменимы человеческие оценки: ПРИРОДА – ЧУДО, ВЫШЕ КОТОРОГО НЕТ НИЧЕГО! Улыбка озаряет сердце Язычника от сознания причастности к этому Чуду. Иудохристианский Иегова был бы пятым колесом в живой колеснице Мироздания, как называли Вселенную античные натурфилософы.

Безбрежность Вселенной отнюдь не означает Её бессознательности и бесчувственности. Пантеизм – древнейшее и мудрейшее учение утверждает: Мир – Единый Живой Организм, в котором действует внутренне присущая ему творческая космическая Воля.

Монотеистам же законы Природы и вообще картина Мира рисовалась как результат действия сверхъестественных надприродных сил. Какие чудеса, с такой точки зрения, могут быть в самой Природе – в этом искусственно сотворённом механизме?

Как реакция против теологического мракобесия явились попытки научного осмысления природных закономерностей. Загадочные, необъяснимые явления Природы, прежде толкуемые лишь как божественные чудеса, как вмешательство внеприродных сил, становились предметом рациональных исследований. Но и научный подход к пониманию сущности природных явлений не оправдал надежд, поскольку учёные пытались объяснить эти явления при помощи анатомического раскрытия всех их внутренних подробностей. Проясниться же они могут лишь тогда, когда мы начнём относиться к Природе как к ЖИВОЙ: увидим в Ней Живую Сущность, каковой Она и является в действительности.

Наука, которая рассматривает Природу, расщепляя, расчленяя Её на отдельные части и исследует их изолированно, не улавливая, не находя их истинной связи, может лишь подтвердить монотеистический взгляд на Природу, как на бездушную конструкцию. Такая наука «за деревьями не видит леса», поскольку не может представить себе отдельные части в их жизненном, полнокровном, органическом единстве.

Языческое ведовство, будучи целостным, гармоничным мировосприятием, не знало разделения на религию, магию, науку, искусство: все знание едино по своей глубинной сути, ибо является не человеческим измышлением, а естественным природным откровением.

Язычникам не было необходимости выделять какие-либо отдельные стороны своей жизни, не было нужды как-то обозначать свою религиозную принадлежность, ибо вся их жизнь (и смерть), являлась, по сути, одним религиозным актом, обрядом, способом сочувственного общения с Высшими Силами.

Соответствующей основой Язычества как мироощущения, был сердечный, непосредственно-задушевный (а не чисто рассудочный) опыт восприятия Свещенной Природы. Эта ЖИВАЯ Природа – обитель множества одухотворённых сил, сил древних и могущественных, с которыми можно вступить в общение. Как прекрасно обратиться к Солнцу, Ветру или Дереву на «ты»! Человек не одинок в этом мире. И не бесцелен. Желание раствориться в Природе сочеталось с ещё более мощным побуждением – обрести себя в Природе

Язычество – живая, безыскусная религия. Религия светлая, ясная и приветливая. Нет в ней ничего угрюмого и страшного. Вся она пронизана чистой, бескорыстной любовью к Миру и природной, языческой жаждой Жизни, а не наживы.

* * *

Некие малопонятные законы управляют всеми нами. К выводу о существовании некоего Промысла Природы приходили и приходят многие учёные, называя это объективное явление в Мироздании то энергоинформационным полем Вселенной, то Космическим Разумом. «Перед лицом гармонии и рациональности физических и биологических законов невозможно не признать существование организующего Разума», – это слова Карло Руббиа, Нобелевского лауреата в области физики за 1986 год.

Новейшие ошеломляющие открытия в области космологии, астрофизики, генетики, биохимии, биофизики заставили даже мировых авторитетов осторожно заговорить о Высшем, Идеальном, или Абсолютном Разуме, присущем Природе.

Что же касается сомнительных попыток «поверить гармонию алгеброй», вычислить чисто «математически» доказательства существования Высшего Разума, то наиболее могучие умы полагали: как часть не может осознать целое, так и человеку не дано найти прямых, грубоосязаемых, так сказать, зримых подтверждений существования этого Разума, не дано увидеть его «лицом к лицу». Наука может лишь искать и находить Его следы в созидательном величии, красоте, совершенстве и разумности Природы.

Убеждение в существовании Промысла Природы – это не компетенция науки, а состояние души человека. Доказательства своего бытия Высший Разум даёт каждому человеку по мере его личной нравственности и праведности. Мудрецы искали ответ в глубине своего сердца, и для них этот вопрос разрешался бессознательно, интуитивно. Большего нам не дано, да и не нужно.

Важно понять одну нехитрую вещь: ничего великого никогда не было достигнуто без дерзновенного подвижничества. Если человек всей душой стремится найти Истину, то, даже если он блуждает, Истина сама найдёт его. Скрытый от всех Промысл управляет людьми не напрямую.

Человеку кажется, будто им руководит рассудок. Если бы это было так, то он не узнал бы, да и вообще не увидел бы свою Берегиню, даже если бы Она предстала пред ним. Однако, помимо рассудка, человеком руководят также иррациональные высшие силы, проявляющиеся в инстинкте, предчувствиях, наитиях и порождающиеся включающей человека биосферой и её энергоинформационными полями.

Несмотря на всю свою безграничность и многоликость, Мир представляет собой единое органическое Бытие, где всё на всём отражается. Незримые причинно-следственные цепи соединяют все природные явления, существа и события, и нет ни одного факта, который, в силу всемирной симпатии, не был бы неразрывно связан со всей совокупностью фактов, имеющих место в прошлом, настоящем и будущем. Каждое «случайное» совпадение обладает своим смыслом и целесообразностью в осуществлении Промысла: случай вовсе не слеп, а наоборот – исключительно целенаправлен и точен.

Поэтому, если чуткий, искренний человек, становящийся на путь Добра и Сострадания, обращается к Матери-Природе с просьбой о помощи, то он начинает замечать, что обстоятельства его жизни как бы «случайно» изменяются в направлении смысла его обращений, причём подчас даже согласно пословице: «Не было бы счастья, да несчастье помогло».

Отрицание же доказательств Промысла есть следствие того, что человек сам не приемлет Высшего Разума, который говорит с ним на языке жизненных обстоятельств. Но это уже проблема человека, а не Разума. Невозможно ведь ничего путного сказать иудо-христианину, оскопившему свою душу и не ощущающему поэтому духовного присутствия в Природе: для него это точно так же неубедительно и непонятно, как любовное томление для евнуха.

Существование ПРИРОДНОГО РАЗУМА доказывается как бы «от противного». Пусть тот, кто не желает Его признавать, попробует без Него объяснить чудесную гармонию, идеальную безупречность и сказочную красоту Мироздания, приводящую в восторженное изумление и невежду, и учёного, и бродягу, и отшельника...

Жизнь на Земле во всем её красочном многообразии – отнюдь не биологическая случайность. Ведь на такую «случайность», согласно вероятностным расчётам, должно уйти бесконечное число лет, представить которое нашему воображению очень трудно; в сравнении с ним всё время существования нашей Планеты кажется одним мгновением.

Почему Вселенная именно такая, а не какая-либо иная? Потому что существует Жизнь. А почему существует Жизнь? А потому, что вся Природа имеет именно такое устройство, чтобы Жизнь могла существовать. Безжизненная Вселенная была бы жуткой бессмыслицей, что никак не вяжется с безусловным наличием присущего Ей Разума.

Итоги научных изысканий последних десятилетий привели к однозначному выводу: невероятные совпадения физических параметров, без которых ни наша Вселенная, ни Жизнь не могли бы существовать – лучшее подтверждение наличия этого Разума. Физики проанализировали все основные природные константы и пришли к ошарашивающему заключению: если их изменить хоть на йоту, наш Мир тут же исчезнет

* * *

В Язычестве не было такого понятия, как «вера» в его иудохристианском значении. В волшебные Силы Природы наши Пращуры не верили, а ведали, знали о их существовании. Они понимали, что каждое живое существо – как почка на ветви единого дерева Жизни; оно является частицей Великого Целого. Ощущение своей кровнородственной причастности к этому Целому внутренне присуще всякому великому поэту, великому человеку вообще (под величием не следует понимать знаменитость). Он осознаёт эту причастность «спинным мозгом» – древним, безотчётным и достоверным религиозным инстинктом.

Язычество – это, прежде всего, гениальная интуиция. Если талант – верхний предел рационализма, то гениальность – выход за эти пределы, погружение в глубины родовой, генетической памяти (гений – дух рода; отсюда и генетика, и гениальность). Память эта уходит в далёкое, «доисторическое» прошлое, которое давно уже забыто нашим дневным, поверхностным сознанием: там пребывают Светлые Языческие Образы.

Великий Пан не умер! Язычество живо; оно было замутнено в нашем сознании чужеродными учениями, но оно существует в подсознании вне зависимости от того, имеем ли мы о нём представление. Можно даже сказать, что всякий человек, испытывающий радость от общения с Дикой Природой, является Язычником, даже если сознательно он не желает быть таковым.

Как объяснить, что человек славит Солнце и доверчиво тянет к нему руки? Никто и никогда этому его не учил. Это даже и не ритуал, а какой-то вещий зов души; нечто, понятное только Язычнику по сути, будь он хоть трижды крещён.

Это глубинное, почвенное ЗНАНИЕ, коренящееся в самых архаичных слоях психики. Мы его открываем в себе прежде, чем получаем извне. У него более прочное основание, чем логика и статистика, гносеология и прагматика. Эта первооснова – ОТКРОВЕНИЕ САМОЙ ПРИРОДЫ.

И такое изначальное знание несёт в себе каждый, ибо оно запечатлено на генетическом уровне. А в силу этого, оно доступно каждому, кто сумеет это знание пробудить и перевести из подсознательной области в сознание, сделать бессознательную цель своей жизни целью сознательной. Сотни тысяч искренних и отважных людей чувствуют то же, что и мы, только они ещё смутно осознают свои чувства. Наша задача в том, чтобы донести Языческую Идею до миллионов.

Врождённую родовую память можно лишь заглушить, но истребить полностью невозможно. Мы видим, что даже в эпоху повального нравственного опустошения и духовного оскудения она не гибнет, а напротив, проявляется с наибольшей силой. Языческая Традиция не исчерпана и не оборвана. Как всё живое и в основе своей органичное и самобытное, она, не уничтожаясь, лишь перевоплощается, естественным образом принимая новое обличье (пусть порой даже искажённые, ребяческие формы «вторичной религиозности», т.е. всяческой боговщины и болванопоклонства).

Кризис современной цивилизации и надвигающаяся экологическая катастрофа сопровождаются поисками религиозного обновления и живого духовного опыта. Запад переживает необычайный упадок официального христианства; люди обращаются за вдохновением к восточным и дальневосточным экзотическим культам. Вновь становится привлекательной Языческая архаика и солнечное, героическое варварство. В России вспышка всевозможных «эзотерических» учений – это проявление голода по Языческой Духовности, готовности с Ней встретиться.

Ожидание конца старого мира и наступления нового витают в воздухе: это тот стержень, вокруг которого кристаллизуется большинство мировоззрений на рубеже тысячелетий. Экологическое мироощущение нынешнего поколения может прекрасно вписаться в этические и эстетические идеалы Высокого Язычества.

Неоязычество, т.е. новое язычество – это не возврат назад, не искусственное восстановление былого, не слепое подражание хронологическому прошлому, а напротив, победоносный бросок ВПЕРЁД, «воспоминание о будущем», новый виток осмысленного освоения драгоценного Наследия Предков.

История спиралевидна: простое возвращение к старому невозможно. Возможно его возрождение на новом, более высоком уровне. Повсюду в Природе наследование – не просто повторение отжившего, а возрождение непреходящего в его неизбежно новом обличье.

Нет смысла цепляться за старое и пытаться вернуть людям их прошлое. Жизнь ведь не стоит на месте: нельзя в одну реку войти дважды. Сознание людей, их образ мышления и условия их жизни очень сильно изменились. Неразумно восстанавливать то, что не соответствует реалиям сегодняшнего дня, да и попросту не воспринимается современным горожанином.

Возвращаясь к пониманию Мира нашими Предками, нельзя это понимание полностью, буквально и механически переносить в наше время. Нельзя брать прежнее, закатное Язычество один к одному и опять воссоздавать то, что пало под натиском иудо-христианства. Надо нести НОВОЕ, а не молодящуюся старуху.

Следует брать у Древних лишь подход, сам принцип и их основное убеждение, подхваченное современными экологами: ПРИРОДА МУДРА И ВСЕГДА ПРАВА. Надо вернуть самое главное – взгляд на Природу, как на ЕДИНОЕ С ЧЕЛОВЕКОМ ЖИВОЕ И РАЗУМНОЕ БЫТИЕ. Солнце, звёзды и планеты, животные и растения, атомы и электроны, – вся видимая и невидимая Вселенная насквозь пронизана Жизнью и Сознанием разных уровней. Такое видение Мира внушает величайшее уважение к этому Миру. Пусть наши познания о Мире изменились: НО РЕАЛЬНЫЕ ПРИРОДНЫЕ СИЛЫ НЕ ИЗМЕНИЛИСЬ. Изменилась лишь степень нашего понимания (а вернее – непонимания) ИХ.

Возрождать надо Идею, а не идолов. Почитание стихий земных и небесных должно исходить из сердца. Язычник – тот, кто прислушивается к вещему шёпоту инстинкта и не боится заглядывать в бездну собственной иррациональности. Ликующее пантеистическое чувство сопереживания, сопричастности чему-то близкому, родному, но неизмеримо большему, чем личное «я», воодушевляет и позволяет черпать ТАМ жизненные силы. Природа дарит человеку чарующую отраду: в такие минуты он счастлив и шлёт благословения всему живущему. В ЭТОМ – ЕГО РЕЛИГИЯ.

* * *

Экологическая этика родилась не сегодня и не вчера. Никакие новые истины здесь не провозглашаются. Наши Идеи имеют непосредственную преемственную связь с Идеями, которыми руководствовались Языческие Предки.

Язычество в самом широком смысле есть ГЛУБОКО РЕЛИГИОЗНОЕ ВОСПРИЯТИЕ ПРИРОДЫ. Монотеистическая профанация и технократический антропоцентризм лишили Природу высшего смысла в глазах человека, что повлекло за собой качественно иное, убийственно-своекорыстное отношение к Ней, как к «сырью». Необходимо вернуть Природе Её сакральный статус. Предстоит коренная ломка, переоценка библейских, рыночных «ценностей». Грядущая натуралистическая религия ставит во главу всего восстановление утраченных связей человека с Землёй, Солнцем, Вселенной.

Неоязычество проявилось, как болезненная реакция на стремительное наступление машинной цивилизации. Урбанизация сама толкает человека в объятья Природы, ханжеская мораль (как иудохристианская, так и либерально-утилитарная) воспринимается как механизм подавления живущего в груди стихийного, «дионисийского» начала. Церковь, лицемерно оправдывающая социальную несправедливость и вообще нечестивое, бессмысленное и жалкое существование человека на Земле чудодейственной любовью бога, воспринимается как верный союзник буржуазной цивилизации, помогающий ей загнать индивидуума в рамки рассудочности и пошлого морализма.

Человек стремится освободиться от всего этого гнёта, обрести мир, где он мог бы существовать свободно, непротиворечиво и безболезненно, как рыба в воде. В поисках этого мира он и обращается к Язычеству.

Монотеизм привёл к отчуждению человека от Природы. Живое, прочувствованное мировосприятие было подменено духовной нищетой – «верой». Наука, заплутавшая в тупиках одномерного материализма, лишь усугубила ощущение усталости и безнадёжности, безысходности и бессилия. Отсутствие живого мистического духа в церкви заставляло искать его в нерукотворном храме Природы. Так или иначе, но к началу XX столетия Язычество не только вновь зазеленело, но и стало овладевать умами и сердцами многих просвещённых европейцев и американцев с университетским образованием. Оно подпитывалось древними воспоминаниями и снова связывало эрудированных интеллектуалов с Землёй, со своим народом и его самородным культурным наследием. Ведь всякая народная культура, очищенная от искусственных, инородных наслоений, в основе своей – Языческая.

Но раскрепощение от порабощающей цивилизации – это пафос отрицания, и чтобы не вылиться в голый нигилизм, он должен уравновеситься пафосом утверждения. Таким утверждением стала страстная убеждённость в том, что только высвобождённая энергия первобытного Язычества способна оживить человека, вернуть ему утраченный смысл бытия, пробудить дремлющие под спудом возможности, исцелить от духовной немощи, физических и психических недугов.

* * *

РЕЛИГИЯ – ЭТО СОВЕСТЬ НАРОДА.

Языческие культы и культура возникли и развивались, прежде всего, как нравственные ограничители человеческой вседозволенности по отношению к Природе (экологическая этика по-современному). Неписаный свод правил и запретов, выработанный совокупным общинным разумом, сдерживал от аморальных поступков и учил бережно относиться к Жизни.

Если для иудохристианизированного Запада исторической целью, сверхзадачей общества, путеводной звездой «прогресса» является приспособление Природы к себе, то для Язычества – приспособление себя к Природе, вживание в Природу, поиски пути наименьшего сопротивления Природе, умение соизмерять свои потребности с возможностями Земли-Кормилицы.

Сегодняшние учёные полагают, будто знают о законах Мироздания больше, чем знали Эмпедокл и Демокрит. Но способны ли эти всезнайки МЫСЛИТЬ, подобно титанам прошлого? Достижения «фаустовской» науки, порождённые стремлением управлять «неодушевлённой» Природой, лежат, в основном, в сфере физических технологий. Язычники же чутко подстраивались к естественным биоритмам Земли, Солнца и Космоса; обладая чувством всеединства и гармонии Природы, они знали и место человека внутри этой чудесной гармонии.

Человечество является частью единого планетарного Организма. Люди, животные и растения взаимосвязаны и взаимозависимы. Вообще вся Жизнь организована таким образом, что каждый биологический вид включён в биосферу как её необходимое звено и существует не только для себя, но и на благо Целому.

Специалистам известно, что для того, чтобы любой биологический вид мог устойчиво существовать на Земле, необходимо, чтобы он вписывался в естественный круговорот веществ в Природе и не нарушал равновесие природных экосистем. Известно также, что ни один биологический вид не может существовать в среде, состоящей из отбросов его жизнедеятельности.

Между тем, человек, искажая облик Земли в планетарных масштабах, загадил биосферу испражнениями своей промышленности, которые не включаются в естественный круговорот, накапливаются, пускают глубокие метастазы и подрывают воспроизводительные силы Природы.

«Продукты» человеческой жизнедеятельности – тяжёлые металлы, канцерогенные радионуклиды и химические токсины, отравляющие всё живое вокруг, причём процесс этот идёт со скоростью пандемии, хотя официальная медицина и боится называть вещи своими именами. Из-за этих смрадных «продуктов» в наше время каждую минуту (!) с лица Земли исчезает 30 видов флоры и фауны.

Бессмысленны попытки решить проблему с помощью т.н. очистительных технологий. Никакие системы технических ухищрений для нейтрализации ядерных и ядовитых отходов не спасут, а лишь продлят агонию, да и времени на осуществление подобных прожектов уже нет. Очищать надо в первую очередь не сточные воды, а СОЗНАНИЕ.

Суть проблемы не в том, чтобы пытаться обезвредить яды, а в том, чтобы НЕ ОТРАВЛЯТЬ, т.е. ограничить человеческую алчность, тщеславие, бесстыдство, погоню за материальными и виртуальными «благами». Иными словами, не технологию надо радикально менять, а НРАВСТВЕННОСТЬ.

Остановить безумство МАТЕРЕУБИИСТВА, т.е. уничтожение ЖИВОЙ ЗЕМЛИ, может только НОВОЕ МЫШЛЕНИЕ, основанное на природном Языческом мировоззрении. Кризисы, с которыми столкнулось человечество, не являются сугубо экологическими, социально-политическими и технологическими: все они отражают ДУХОВНОЕ состояние современного общества.

Антропогенная основа экологических проблем ясно показывает, что люди изменяют окружающий мир в соответствии со своим внутренним миром, а потому иное отношение к Природе должно начинаться с преображения души. Человек должен изменить самого себя, свои потребности, свой образ жизни, сами принципы и цели своего существования. Он должен научиться правильно и полностью использовать те богатейшие способности, которыми от рождения одарила его Природа (вернее – вспомнить, как этому научиться).

Новое Жизненное Учение, созвучное сердцу и разуму, явится естественным сплавом многотысячелетнего языческого опыта и современных научных знаний, где органически сольются древнейшие мифы и новейшие открытия, фольклор и утончённое искусство, поверья «простого народа» и философские искания.

Язычество – не только поэтическое восприятие Природы, но и осмысленное, проникновенное ПРИРОДОВЕДЕНИЕ. Дальнейшее развитие происходит не путём наращивания нового этажа знаний над предшествующим, а лишь за счёт возврата на новом витке к исходным основаниям и осуществления тех возможностей, что содержатся в заветах Чуров-Пращуров.

Неоязычники воспринимают мудрость Предков в контексте современного естествознания, которое, в лице своих лучших представителей, только подтверждает Языческие положения, излагая их на языке науки. Поразительно, как результаты новейших исследований всё более и более пересекаются с полузабытыми легендами и сказаниями.

Ныне Язычество переживает новую Весну. Лесные поляны, ручьи и свещенные костры собирают всё больше и больше юношей и девушек. Живые, чистые, одухотворённые стихии сами участвуют в величавых обрядах, и в этом – обаятельная сила Язычества.

Трепетное, сыновнее отношение к Природе и решительное неприятие позолоченных иудохристианских «ценностей» – вот что отличает наших сподвижников. Тяга к Язычеству – к родным, почвенным истокам – это проявление Русского Национального Самосознания; самоутверждение и самовыражение НАРОДНОЙ ДУШИ.

Язычество – это основа межнационального согласия, ибо, чтя свои национальные идеалы, Язычники уважают обычаи других народов. Среди Язычников нет «богоизбранных», а потому они не знают религиозной вражды. Им не надо «огнём и мечом» доказывать друг другу, чья вера истиннее, ибо живут они не по слепой вере, а по естественным законам Бытия, и у них есть нечто, что объединяет их, к какой бы нации они ни принадлежали – они почитают Природу, они любят Землю. А это самое главное, в чём нуждается современное человечество.

Разными путями, сознательно или неосознанно, приходят к Язычеству чистые, честные, благородные натуры. Для нас человек, неприемлемый этически, неприемлем и ни в каком ином отношении. В наших понятиях ЯЗЫЧЕСТВО СЕЙЧАС – ЭТО ТВОЙ ЛИЧНЫЙ ДОЛГ ПЕРЕД ПРИРОДОЙ, РОДИНОЙ, НАРОДОМ.

* * *

Главный конфликт грядущего – противоборство монотеизма и язычества. Язычество, как живая стихия народной души, не умерло после кровавого «крещения Руси». Вдохновлённое Свыше, Язычество само похоронит своих могильщиков, ибо есть на свете то, что сильнее всех капиталов и могущественнее всех тайных обществ: ЭТО – ИДЕЯ, ВРЕМЯ КОТОРОЙ ПРИШЛО.

Жизнь неимоверно богаче, сложнее, безграничнее и фантастичнее самых хитроумных человеческих представлений о Ней. Только истые невежды готовы ответить на все вопросы. Учёные, пытающиеся найти объяснения загадкам и зигзагам истории, не выходя из сферы феноменов, терпят неудачу: Промысл Природы – не таблица умножения. Некие основополагающие онтологические законы, определяющие видимые события, запечатлены в незримой, ноуменальной сфере Бытия; в «мире идей».

В Мироздании действуют несравненно более всемогущие силы, чем армии, спецназы, президенты, церкви, деньги и т.п. Это – объективные, т.е. нерукотворные, существующие сами по себе и независимо от человека, ЗАКОНЫ ПРИРОДЫ. Законы эти имеют всеобщий, а не выборочный характер (в «дикой» Природе – «так», а в «цивилизованном обществе» – «этак»). История в целом очень мало зависит от прихотей правителей. Признаёт это человечество или нет, а живёт-то оно по неким властным природным закономерностям, а не по программам политических партий, не по воле божьей и не по астрологическим прогнозам. ЯЗЫЧЕСКАЯ ИДЕЯ ВОСТРЕБОВАНА ЖИЗЬЮ, И ПОТОМУ ОБРЕЧЕНА НА ТОРЖЕСТВО.

Эта Идея – не достояние отдельных просветлённых личностей в далёких Гималаях, и не отдельного, пусть даже обожествлённого, народа. Вампирическую империю зла способны одолеть не обособленные языческие культы какого-либо определённого народа (не Перун и не Тор), а только КУЛЬТ МАТЕРИ-ЗЕМЛИ, укоренённый в общеязыческом культурном наследии кроманьонцев ещё в палеолите. Язычество (в самом широком смысле слова) не имеет государственных границ, как не имеет их сама наша всеобщая ПРАМАТЕРЬ-ЗЕМЛЯ.

Можно представить себе единый мощный ствол генеалогического древа человеческой культуры, где множество культурно-религиозных традиций отдельных народов составляют нечто вроде ветвистой кроны. Славянорусское Язычество является одной из ветвей этого древа, корни которого уходят в недра «доисторических» пластов первобытного анимизма, гилозоизма, пансихизма; во времена подлинной религиозности, которая, прежде всего, есть живое, обоюдное, сочувственно-мистическое общение между частью и Целым, между человеком и Природой.

Мы видим свою задачу в возрождении исконного славянорусского мировоззрения на основе единой общеиндоевропейской традиции с учётом богатейшего оккультного опыта других древних рас, в формах, соответствующих современности.

Так считают Язычники, племя которых не смогла истребить всепожирающая цивилизация.

СЛАВА ЗЕМЛЕ – МАТУШКЕ!
СЛАВА ЯРИЛЕ – БАТЮШКЕ!
СЛАВА ПОБЕДЕ!


Желающие приобрести другие работы ДОБРОСЛАВА могут писать:

612025, Кировская обл., Шабалинский р-н, и/о Новая Указна, Доброславу. Телефон: (8-3-345) 6-64-21, (8-245) 6-64-21 из Кировской области.

скачать архив (http://www.velesova-sloboda.org/books/dobroslav-prirodolyubivaya-religiya-budushchego.zip)

Мнение автора не всегда совпадает с мнением авторов публикуемых материалов!

Okinitsa
17.08.2011, 19:25
У Доброслава советую почитать сборник статей обьединенный общим названием иудо-христианская чума

Эдвин_Мур
17.08.2011, 20:37
иудо-христианская чума Доброслав оказался желчным, импотентным ничтожеством, как и его последователи, в чем я не минуты не сомневался.:) Пусть счастье хоть на минуту посетит вас в жизни, Красин и Окиница.

Okinitsa
17.08.2011, 22:38
Доброслав оказался желчным, импотентным ничтожеством, .

Как проверяли? :) Расскажите, можно и без физиологических подробностей :)

Krasin
21.08.2011, 20:27
ну всё... не надо браниться :)

Boreas
21.08.2011, 20:44
Доброслав
ЯЗЫЧЕСТВО: ЗАКАТ И РАССВЕТ



Полна, полна чудес могучая Природаслова БерендеяНекогда, на заре юности человечества, ему было присуще общее, врожденное, естественное мирочувствование, основанное на осознании своего неразрывного кровно-духовного единства с Матерью-Природой.
Сыновнее почитание Природы и Предков-Покровителей – вот суть того жизнеутверждающего уклада бытия, той первобытной мудрости, что ныне зовется язычеством.
Изначальное язычество (в отличие от позднейших, искусственных, рукотворных религий) есть мировоззрение ПРИРОДНОЕ, а потому совершенное и непорочное, как и сама Природа. И оно не нуждалось для своего утверждения ни в каком насилии и ни в каком сверхъестественном оправдании, как не нуждается в этом и сама Природа.
Язычество – единственно цельное, здоровое мироощущение, не знающее еще болезненного разлада, непримиримых противоречий небесного и земного, души и тела, жизни и смерти, человека и Природы. ЖИЗНЬ – ЛЮБОВЬ – СВЕТ – ДОБРО – КРАСОТА – понятия эти нераздельные и для солнцепоклонников сами по себе не существовали.
Язычество – мировоззрение бесхитростное и возвышенное: суровая первобытная простота, а на самом деле – глубина чувств и непостижимая мудрость. В этом и заключается трудность восприятия язычества расщепленным современным сознанием. Ныне язычество в своем первоначальном чистосердечии – либо наследие детей Природы – "дикарей", впитавших его с молоком матери, либо достояние наиболее чутких и просвещенных мыслителей, сумевших обрести его после долгих, мучительных поисков.
Не случайно наиболее могучие умы всех времен, равно как и самые проникновенные мистики всех религий, рано или поздно приходят к ОБОЖЕСТВЛЕНИЮ ПРИРОДЫ.
Согласно исконно славянскому мировидению, – ЖИВОТВОРЯЩИЙ, ВСЕОБЪЕМЛЮЩИЙ, НЕИЗЪЯСНИМЫЙ РОД (Божество в религиозном понимании, Высший Разум по-современному) – прародитель всей видимой и невидимой Природы. Силою своей Любви порождает он ее из себя, из собственной сущности. ПРИРОДА – ВОПЛОЩЕНИЕ РОДА, и в силу того – БОЖЕСТВЕННА.
Слово "божественна" употребляется здесь не в церковном смысле, а напротив, только для того, чтобы обозначить понятие, совершенно чуждое профаническому христианскому богословию. Слово это не имеет ничего общего с вульгарным семитическим понятием божества, сотворившего мир исключительно для господства богоизбранного народца.
Христианский монотеизм, утверждающий существование личностного человекообразного бога-творца, обитающего где-то вне Природы и совершенно ей чуждого, есть по сути – чистейшей воды материализм, согласно которому Природа – всего лишь "слепок" и "бездушный лик".
Библейская догма о творении могла возникнуть только среди того нечестивого народа, который в Матери-Природе видел лишь средство удовлетворения своих потребностей и пытался низвести ЕЕ – СВОЮ КОРМИЛИЦУ до уровня бессловесной рабы.
Скудоумные, ребяческие представления о сверхъестественном, надприродном боге, подобном Иегове или Аллаху, сотворившем мир "из ничего" ("что нам стоит дом построить...") – удел искусственных, книжных религий.
Древние мыслили иначе: БОЖЕСТВЕННАЯ В СЕБЕ ПРИРОДА – МАТЕРЬ ВСЕХ БОГОВ. Не боги породили Природу, а Природа – богов: сама Афродита – порождение морской пены.
Кто знает тайну?
Кто её поведал? Откуда мир; откуда он явился?
Тех далей и Богам не досягнуть,
Они пришли позднее...
Так гласит Ригведа (в изложении К. Бальмонта).
А мудрость арийских Вед, хотя и искаженных позднейшей обработкой жрецов-брахманов, – это же НАША, РОДНАЯ, ДРЕВНЕСЛАВЯНСКАЯ МУДРОСТЬ-ВЕДЕНИЕ, забытое нами – невеждами и загнанное в подсознание.
Ведение – это не просто знание как "сумма информации". Еще Гераклит говорил, что многознание уму не научает. Человечество узнаёт всё больше, а понимает всё меньше.
Ведение – это ВОЛШЕБНОЕ ЗНАНИЕ, дар вдохновенных праведников-ясновидцев. Вещие красавицы-чародейки, ведающие этим знанием, ВЕЛИЧАЛИСЬ ВЕДЬМАМИ. Но и ведьмы, и ведуны-волхвы всегда понимали, что существует нечто, им недоступное, неведомое, НЕПОЗНАВАЕМОЕ.

* * *

Славяне-язычники почитали ДУХ-РОД, совечный Природе и внутренне ей присущий. ПРИРОДА ОДУХОТВОРЕНА – ОПЛОДОТВОРЕНА РОДОМ.
Славяне не были ни единобожниками, ни многобожниками. Слово "атеист" буквально означает: безбожник. Наши волхвы и были безбожниками, ибо для них не было на небе никаких богов в привычном сейчас христианско-мусульманском смысле.
Слово "бог" – не коренное славянское. Оно занесено к нам восточными кочевниками-скотоводами. Скот был мерилом их богатства и основанного на нем имущественного неравенства, и потому "бог" для них значило – "господин" (господь), "владелец" (владыка). От слова "бог" – богатый и убогий (т. е. бедный).
Позднейшие "боги" уже клонящегося к упадку славяно-русского язычества – это либо обожествленные Пращуры-Родоначальники, либо олицетворенные стихии обожаемой Природы, причем эти "боги" не являлись множественным числом от слова "бог".
Греческие историки указывали, что славяне почитают не богов (в их церковно-византийском понимании), а реки, озера, родники и водных духов. В насквозь языческом "Слове о полку Игореве" реки одухотворены, и у каждой – свой нрав (а ведь уже два века, как сжигают на Руси волхвов и знахарок!).
Узаконенные было Владимиром на восемь лет т. н. языческие боги Дажьбог, Стрибог и др., не были запечатлены в глубинах народной души и не получили потому никакого отражения в сказаниях и песнях.
Заклинания и заговоры, колыбельные песни и детские заклички времен естественного природопочитания древнее всех молитв: в них нет и следа каких-либо богов, но содержатся призывы о помощи к неким ВОЛШЕБНЫМ ОБЕРЕГАЮЩИМ СИЛАМ-СУЩЕСТВАМ.
Ярославна, чей плач является отзвуком первобытных заговоров, обращается не к богам, а просит заступничества у РОДНОЙ ПРИРОДЫ. Причину поражения князя Ярославна прозревает в том, что муж ее отрекся от Родных Светлых Сил, и выпрашивает она у Них прощение за "неразумность" супруга.
И вот летописец, повествуя о бегстве Игоря из плена, отмечает: "се же избавление сотвори Господь в пяток в вечере". Пятница у славян-язычников была особо почитаемым днем, посвещенным Матери-Земле, так что понятно, КТО в действительности помог князю. Вообще, мотив чудесных помощников явно ощущается в описании бегства Игоря: не зря просила Ярославна.
А в наших волшебных сказках, т. е. в древнейшем виде устного народного творчества, складывавшегося еще во времена первобытнообщинного строя, вообще отсутствуют упоминания о богах: там действуют волшебные силы Природы.
Исконно славянское название позднейших богов – ДУХИ или СИЛЫ. Всякий Дух есть Сила и Воля. В древнерусском языке слово СИЛА связано было с представлением о чем-то могущественном и таинственном: "силы неведомые", "силы нездешние"... Живое тело Вселенной соткано из сонмища СИЛ-ДУХОВ, исходящих из единого первоисточника. За всем многообразием мира стоит некая невообразимая, безликая жизненная СИЛА – внутреннее побуждение, породившее Вселенную. ЭТА СИЛА – ВЕЛИКИЙ РОД.
Славянскому понятию "сила" соответствует древнекитайское "дао", "мана" жителей Океании, "тана" индонезийцев, "маниту" североамериканских индейцев и т. д. У разных языческих народов были разные предки и разные обычаи. Но мировоззрение было общее.
Каждое племя славило своих Духов-Покровителей, не отрицая и не проклиная чужих. В языческом саду благоухали все цветы. Когда император Диоклетиан уступил т.н. варварам большую область с условием охраны границ, то договор был заключен во имя СИЛ НЕЗРИМЫХ. Ибо кумиры каждого народа неведомы другим народам.
Известно, как католические миссионеры пытались подогнать под свою догму представления индейцев о Великом Маниту, чтобы привить им заразное, противоестественное учение об христианском Иегове. Сходным образом действовали и православные миссионеры на Аляске.
В библии "дух божий" витает над Землей как обособленное, чуждое ей начало, как нечто сверхъестественное, противостоящее ЕСТЕСТВУ-ЖИЗНИ. Семитическое понятие отвлеченного бога-духа как бесплотной, чистой от природной "скверны" сущности – ложно, искусственно, мертвенно.
Славянское обозначение вселенской животворящей СИЛЫ словом ДУХ есть лишь тонкий образ, иносказание. Язычники не противопоставляли Дух и Естество: всякое природное явление одушевлялось, а всякая духовность имела свое жизненное воплощение. Поражает, восхищает и подтверждает правоту этих воззрений их совпадение с достижениями новейшей физики, разрушившей китайскую стену между материей и энергией, указавшей на возможность их взаимопревращения. То, что мы привыкли называть косной, неподвижной материей, есть на самом деле лишь вид движения, видимое проявление – сгустки Энергии или по-русски – СИЛЫ.

* * *

Миросозерцание наших далеких предков принято называть языческим, т. е. народным (от слова "язык" в значении "народ"). Сами же славяно-русы до христианского закабаления его никак не называли. Оно было единым, воспринималось как нечто само собою разумеющееся, данное от века, и незачем было его как-то особо обозначать. Современный смысл в славянское понятие ВЕРЫ как "православного вероисповедания" вложен христианами.
Исконное же значение слова ВЕРА есть ВЕРНОСТЬ. Понятия веры и верности – надежности были тождественны и неотделимы. Веровать – значило хранить верность Родной Земле, служить ей верою-правдою, В Древнем Риме вера и верность тоже обозначались одним словом – фидес.
...Если бы князя Светослава Хороброго спросили: "Во что Ты веруешь?", он не понял бы вопроса. Ведь вера в современном смысле слова является лишь неопределенной догадкой, слепым следованием навязанному, бессмысленному, т.е. невежеством. Невежество само по себе не зло. Но оно является причиной многих зол в мире и, в первую очередь, – христианства.
Как мог ВЕРИТЬ Светослав в явное и очевидное? Может ли солнцепоклонник ВЕРОВАТЬ в то, что завтра Ярило-Солнце опять взойдет на востоке? Нет, это можно только достоверно ЗНАТЬ!
Таково различие между "верой" и достоверным и непосредственно пережитым знанием-веданием. Что толку умирающему от жажды (ищущему правды) человеку, верящему в то, что где-то на свете есть вода (живая правда)? Эта "вера" будет совершенно бесполезной для него, пока он САМ не утолит жажду.
Веровать можно только в смехотворные небылицы вроде "непорочного" зачатия и т. п. А ведь всё христианство зиждется именно на догматах, т. е на таких голословных утверждениях, которые должны безоговорочно, бездоказательно приниматься на веру. Основа христианства – вера в чудо, т. е. божественный произвол вопреки законам Природы. "Если Христос не воскрес, то и вера наша тщетна", – признал Савл-Павел. А Тертуллиан добавил: "Верую, ибо это нелепо".
Природное языческое мировоззрение, в отличие от рукотворной библейской талмудистики, есть изнутри – из себя ощущаемый живой опыт, самовыражение народной души, плод соборной народной мудрости, а не сочинительство отдельных личностей – "отцов церкви".
Язычество не вера в христианско-мсульманском смысле слова, а неписаный свод правил и наставлений, завещанных Пращурами и в полной мере предопределяющих согласие человека с Природой, Родом и с собственной совестью. Понятие "совесть" духовно беспредельно шире и глубже закостенелого, казенного понятия "вероисповедание". Волхвы учили славянина жить достойно и умереть без страха. При чем здесь "вера"?
Для того чтобы предпочесть "веру" достоверности, надо уж очень основательно оторваться от Природы и потерять непосредственно-живую связь с Ней. Что, собственно, и произошло спустя несколько веков после насильственной христианизации Европы.

* * *

В Древнем Риме слово "религия" (ре-лигия) буквально означало: восстановление, воссоединение связи. С кем? С Духами-Покровителями. Если правильно понимать слово "религия" в его исконном, дохристианском значении, то безбожники – славяне были в высшей степени религиозны, ибо они находились в постоянной взаимосвязи – общении с ПРИРОДНЫМИ и РОДОВЫМИ ДУХАМИ.
Языческая духовность – это просветлённое, восторженное состояние человека, ощутившего ВДОХНОВЕНИЕ, т. е. сочувственно воссоединившегося с Родными Светлыми Духами.
Язычество можно назвать религией естественного откровения. Человеческая жизнь должна быть простой и безыскусственной, созвучной цветению трав, дыханию ветра, журчанию ручья... Все существа – человеческие и нечеловеческие – в конечном итоге дети одной Матери-Природы. Такое видение мира прививало сердечное, братское, родственное отношение ко всему живому и "неживому". Душа человека по природе своей добрая Язычница. И как только человек ощутит свою неотторжимость и живую связь со всем сущим, он становится мил Природе и обретает в силу того подлинную, неподдельную ДУХОВНОСТЬ, которая есть ни что иное, как радостное, ликующее прославление ЖИЗНИ во всех ее проявлениях.
Христианские мракобесы увели человека от Солнышка и затворили его в холодные церкви-склепы, где "нищие духом" стенают в безысходном отчаянии. Но ГДЕ чуял РУССКИЙ ДУХ, совечный самому народу русскому, наш великий кудесник слова, интуитивно исповедовавший язычество? Не в сумраке православных храмов, а в заповедных дубравах, где Леший и Русалка, Баба Яга и Бурый Волк. "Там Русский Дух... Там Русью пахнет!".
Как воспринимали мир наши далекие Предки? Десятки "возможно", "если", "считается", "вероятно" и прочих предположений и недомолвок, лишь маскирующих неведение, да некоторое количество музейных "экспонатов" непонятного порой назначения из оскверненных, разграбленных курганов, – вот что представляет собой "понимание" язычества в ученой среде.
Казенная историческая наука основывается главным образом на письменных источниках. Все же эти источники, повествующие о религиозной жизни славян-язычников, написаны христианскими и мусульманскими миссионерами, т.е. их идейными недоброжелателями (мягко говоря!). К тому же, данные материалы, признающиеся наукой единственно достоверными, крайне бедны и не могут привести к каким-либо определенным умозаключениям о духовно-нравственных ценностях язычества.
Если для историка-религиоведа из школы "научного" материализма язычество есть объект холодного "лабораторного" исследования, то для историка-богослова язычество есть то, что "от сатаны". Не следует забывать, что и "научный" материализм, и библейские догмы есть две стороны одной медали: они одинаково враждебны Природе и отказывают Ей в самоценной сущности.
Нет картины славянского язычества, написанной убежденным язычником, духовным наследником Великого Рода, проникшего в волшебный круг древних свещеннодейств. Узость подхода не позволяет воссоздать духовный облик славянина. Это совсем другое мировосприятие, в корне отличное от нашего. Здесь не помогут никакие археологические, этнографические или филологические изыскания. Требуется качественно иной способ познания – постижения мира, который следует назвать мистическим. Надо попытаться "перевоплотиться" и взглянуть на мир глазами Предков. Мистик проВИДИТ в Природе то, на что профаны просто глазеют. Это и есть Интуиция, ведь по-латыни это слово означает: созерцание, видение.
Внутренняя правота язычества проявляется еще и в том, что развитие естествознания (геофизики, гелиобиологии, космологии, магнитобиологии и т. д.) необходимо приводит к появлению теорий, удивительно напоминающих воззрения наивных, т.е. живущих наитием – откровением обожателей Природы. Кстати, слово "теория" – пифагорейского происхождения, восходящего к древнейшим Фракийским мистериям, имеет общий корень с понятием божественного (как и теософия). Слово это изначально обозначало у орфиков проникновенное созерцание.
Такой способ познания не поддаётся научному исследованию и стоит бесконечно выше познания как чувственного, так и рассудочного. Древние мыслители отличали искусственное гадание, основанное на толковании внешних знамений, от прозрений и прорицаний, проистекающих от внутреннего просветления. Первое преобладало у халдеев и этрусков (к сведению этрускоманов: мрачный заупокойный культ этрусков ничего общего не имел со светославием славянорусов; кровавые гладиаторские "игры" как вид погребальной жертвы были заимствованы римлянами от этрусков – доиндоевропейского италийского племени), второе – у фракийцев и греков. Меламп и Эмпедокл, Платон и Плотин воспринимали подобное естественное откровение как неоспоримые, неопровержимые подсказки-внушения самой Природы.
Ключ к познанию Природы не умозрительная книжная премудрость, а живой религиозный опыт, которому невозможно научиться из книг. Мистик читает ЖИВУЮ КНИГУ ПРИРОДЫ, что позволяет ему предугадывать – предвосхищать некоторые истины, опережая существующие научные знания.
Такой способ познания можно назвать донаучным, сверхнаучным, вненауным. Он ненаучный в том смысле, что он вне науки, над наукой. Современная наука есть лжезнание, поскольку присущий ей способ постижения мира ложный. Убеждение в непогрешимости науки есть одно из величайших суеверий.
Сколь часто озарения вдохновенных поэтов и художников оказываются ближе к действительности, чем выкладки ученых! Наука порой только облекает мертвящим саваном своих формул интуитивные прозрения солнцепоклонников, боготворящих Природу: Ван Гога и Брюсова, Гамсуна и Скрябина, Тютчева и Метерлинка, Новалиса и Шелли.
Необычна глубина проникновения нашего великого поэта-язычника Велимира Хлебникова в мир древнеславянских образов. Его поэтическое воображение поразительно совпадало, совмещалось с последними научными открытиями. В поэмах Хлебникова, взывающего к Великим Духам из великого славянского прошлого, всё дышит первобытным обожанием дикой, девственной Природы. В этих поэмах – могучее, шамански-восторженное вдохновение; одержимость в лучшем смысле слова...
А чем объяснить, что наша незабвенная Елена Петровна Блаватская, обучавшаяся домашними средствами во времена крепостного права, могла создавать такие изумительные (мы утеряли первоначальный смысл слова "изумление") труды, как "Разоблаченная Изида" и "Тайная Доктрина"; содержащие столько вековой мудрости, вещего чутья и необыкновенных знаний, что ставят учёных в тупик: откуда и как мог один и тот же человек почерпнуть и вместить столь необъятное поле разнообразных сведений?
Даже злопыхатель – романист Вс. С. Соловьев, облагодетельствованный Еленой Петровной и дождавшийся ее развоплощения, писал в своем пасквиле: "Величайший и самый необъяснимый феномен г-жи Блаватской – это её "Изида".
Многие философы и ученые дошли до признания одухотворенности Природы, но присутствия Духов не ощутили. Тайны Природы те же, что и тайны души человеческой, и может существовать только единый способ проникновения – ПОЗНАНИЕ СЕРДЦЕМ.
Познание сердцем преображает всё вокруг, но чтобы эти тайны открылись, человек должен сначала преобразиться САМ. Созерцающий Природу в чистоте и простоте помыслов своего сердца, видит неизмеримо дальше и глубже, чем естествоиспытатель, исследующий (пытающий) Природу.
В русских волшебных сказках герой, понимающий звериный язык, обычно получает этот Дар от СПАСЕННОГО им зверя (или змея). Это величайший дар – видеть Жизнь в каждой мошке, былинке, капле... Прислушайся! Всё говорит, всё стремится что-то сообщить Тебе на своем языке. Научись внимать Природе: это Её Голоса, Её Шорохи, Её Запахи, Её Цвета, Её Лучи, Её Дыханье, Её Чары.
Насказал Мороз мне песен,Наносил мне песен Дождик,Мне навеял песен Ветер,Принесли Морские Волны,Мне слова сложили Птицы,Речи создали Деревья...Так поет шаман Вейнемейнен в Калевале. Так же объясняет свой дар вещий песнетворец Гайавата, чье имя означает: пророк, Учитель.

* * *

ПОЗНАНИЕ СЕРДЦЕМ – задушевное сопереживание и сочувствие есть ВЕДОВСТВО. Ведуны и ведьмы – соль религии. Отрицание их откровений с позиций плоского христианского материализма заведомо несостоятельно. Нелепо пренебрегать опытом живого общения с Природой только потому, что сами критики не способны пережить что-либо подобное.
Чтобы судить о ценности мистических состояний, надо испытать их самому. Что такое мужская любовь к женщине? Это стремление слиться с любимой воедино и душой и телом, отдать ей что-то из себя, вплоть до того, что отдать всего себя и раствориться с ней в едином чувстве. МИСТИК ТАКИЕ ЖЕ СИЛЬНЫЕ ЧУВСТВА ПИТАЕТ К ПРИРОДЕ!
Но как может он заставить других испытать такую страсть, если нет в них ни душевной потребности, ни готовности к ПОЗНАНИЮ СЕРДЦЕМ? Они не способны испытать что-либо подобное так же, как евнух не может испытать любовное вожделение.
Невозможность объяснения подобных состояний с точки зрения обыденной житейской "мудрости" – есть лучший довод в их пользу. Мистик ощущает, но не может доказать, передать нечто такое, о чем не дают понятия обычного состояния сознания. Как высказать неизреченное, что "не в сказке сказать, не пером описать"? Убеждения мистика непоколебимо покоятся на несравненно прочном основании, чем рассудочные доказательства, – на внутреннем просветлении.

* * *

Природа неизмеримо больше влияет на наши чувства, чем искусство. Неудивительно, ведь Природа – естественна.
Творческое вдохновение, близкое к вдохновению религиозному, внутренне присуще жизни на Природе. В этом вдохновенном состоянии поэт творит самозабвенно и естественно, как поет птица. Вещие наития осеняют художника под сенью родных берез и дубрав, Это волшебные чары РОДНОЙ ЗЕМЛИ – РОДИНЫ. Чувство Родины имеет природные корни в прямом смысле слова: ведь произрастает оно из привязанности человека к своей РОДНОЙ ЗЕМЛЕ – РОДНОЙ ПРИРОДЕ. Это чувство духовного и кровного единства человека с Родной Природой является врожденным, "инстинктивным", т. е. биологически обусловленным. Оно запечатлено в генах и неистребимо живёт в сердце. Это чувство – основа национального самосознания и национального самоутверждения. Лишенные его т. н. "новые русские" – нравственные уроды, ублюдки-отщепенцы. Прекраснейшее и благороднейшее чувство Родины есть чувство РЕЛИГИОЗНОЕ в исконном значении слова, связующее человека с поколениями его Предков, для которых РОДНАЯ ЗЕМЛЯ БЫЛА СВЕТИЛИЩЕМ.
Прислушайся к пению птиц, приносящих нам весну и радость! Гомон грачей, песни жаворонков над полями, щебетание ласточек, крик кукушки в лесу. Это же не просто птичьи голоса, это голоса самой нашей Родной Земли, голоса Родины. Вдохни дивное благоухание таволги: это не просто душистый запах, это теплый материнский запах Родины.
Мать-Родина есть понятие народное, языческое. Три Матери есть у каждого русича: Мать, которая родила, Мать-Родина и Мать-Сыра-Земля. Несомненно языческое понимание РОДИНЫ-МАТЕРИ, олицетворение её в образе женщины-славянки, – вот что наделяет внутренней правотой величественное изваяние, воздвигнутое в Сталинграде и освещаемое вечным огнём – неотъемлемой принадлежностью языческих капищ.
Любовь к Природе и Родине мертва без свещенной ненависти к их истязателям! Эта языческая правда явилась источником необычайной силы плаката "РОДИНА-МАТЬ ЗОВЕТ!" и марша "ПРОЩАНИЕ СЛАВЯНКИ".
Судьба отдельного человека и судьба всего народа нераздельны в своих самых глубинных пластах и сливаются в роковые, судьбоносные для Родины дни. Именно тогда пробуждается к жизни тот могущественнейший РУССКИЙ ДУХ, который только и может вдохновить народ на подвиг.
На историю человечества существеннейшим образом повлиял исход двух войн XX столетия: нашей Гражданской и Второй мировой. И в обеих войнах Победа напрямую связана с пробуждением исконно русского, безотчетно – ЯЗЫЧЕСКОГО ДУХА.
Победа была предопределена уже тем, что в первой войне Ленин, а во второй – Сталин, сознательно или бессознательно, но сыграли на сокровеннейших национальных чувствах: взяли на вооружение образы, слова и воззвания, оживляющие в наследственной памяти русичей СВЕЩЕННЫЕ некогда прообразы. Слово СОВЕТ – чисто русское, не имеющее себе равнозначимых ни в одном западном языке и даже на них непереводимое. Под Красным знаменем (красный – наш национальный цвет) люди шли на смерть "за власть Советов": клич этот оказывал несравнимое по глубине воздействие на душу русского человека, раскрепощенного от многовековых церковно-помещьичих оков. Пробудившаяся родовая память вольнолюбивых славян стихийно тяготела к СВОЕМУ, дохристианскому, природному ВЕЧЕВОМУ СТРОЮ – СОВЕТАМ.
Двадцать лет спустя опять был задействован дремлющий под спудом РУССКИЙ ДУХ. Противостоять Третьему Рейху могло только могучее, самоотверженное, ПОДЛИННО-РЕЛИГИОЗНОЕ воодушевление всего народа. А чудодейственным источником такой мощи могло стать только сыновнее, ЯЗЫЧЕСКИ-СВЕЩЕННОЕ поклонение Матери-Родине, а никак не "пролетарский интернационализм", и уж тем более не молебствия христианскому "богу-отцу" и "царице небесной".
Тогда-то и вспомнили, что сын Земли Антей был непобедим, пока соприкасался со своей Матерью. И вот слово "Родина" впервые за всю историю пишется с заглавной буквы: так до революции писалось слово "Бог". Школьный учебник теперь не "хрестоматия", а РОДНАЯ РЕЧЬ.
Сама Московская патриархия поднимает на щит понятие "Родина", совершенно неприемлемое и чуждое космополитическому христианству. Православные архиереи в один голос возопили: "Церковь зовет к защите МАТЕРИ-РОДИНЫ! Все на защиту РОДНОЙ ЗЕМЛИИ!" А в названии патриаршего чина слова "всей России" заменяются на "всея Руси": Сталин знал, что "Россией" впервые стали называть РУССКИЕ ЗЕМЛИ польские местечковые «инопланетяне».
Особой, заклинательной мощью наделён наш призыв ПРИРОДА-РОДИНА-НАРОД, ибо слова эти одухотворены САМИМ РОДОМ. Происхождение человеческого языка такая же загадка, как и происхождение человечества. Языческие воззрения, как и сам язык, зародились вместе, БЕССОЗНАТЕЛЬНО-БЕЗОШИБОЧНО. Язык и народные, языческие обычаи каждого племени земного столь тесно переплетены, что в отдельности их познавать нельзя. И в языке, и в этих свещенных обычаях равным образом заключена таинственная душа народа.
Наиболее проницательные учёные самых разных наук приходят к пантеистическому мировоззрению и тем самым – порой против собственной воли подтверждают, что ЯЗЫЧЕСКОЕ СВЕТОСЛАВИЕ – это естественная религия человечества, его ВЕЧНАЯ И НЕПРЕХОДЯЩАЯ ЦЕННОСТЬ.

* * *

Сама Природа освобождает таких ученых от тяжкого гнета бесплодного суемудрия и дает ответы на сокровеннейшие вопросы бытия путем таинственного воздействия на их души.
Какова цель Жизни? – Спроси у дерева: жить – значит радоваться Свету. ЖИЗНЬ – САМА СЕБЕ ЦЕЛЬ. ЖИЗНЬ – ЧУДО, И ВСЁ ВОКРУГ ТЕБЯ – ЧУДО. И это можно испытать в миг просветления, когда восходящее Светило играет-переливается с Тобой. Это Чудо – ПРОСТО ЖИТЬ И РАДОВАТЬСЯ СОЛНЦУ! Для этого Ты и призван в этот мир.
И Ты почувствуешь себя ПОСВЕЩЁННЫМ В МОГУЧИЕ СОЛНЕЧНЫЕ МИСТЕРИИ: нечто непередаваемое на человеческом языке, для чего давно уже забыты слова. Но Ты ощутишь вдруг полное родство и понимание со всем ЖИВУЩИМ. И Ты будешь петь в восторге! РАЗВЕ ЭТО НЕ ЧУДО???
Славь подателя Жизни – Ярилу всегда, всем своим существом – и будешь пребывать в непрестанной радости. И ощутишь то, что можно назвать чувством бессмертия – сознание неуничтожимости Жизни: не вера, что Ты будешь обладать бессмертием в будущем, но сознание, что Ты уже обладаешь им. Это убеждение постигается человеком как самоочевидное и не нуждается больше ни в каких рассудочных доводах. Ты просто ЗНАЕШЬ то, о чем другие лишь смутно догадываются, либо слепо верят.
И ТЫ ЗНАЕШЬ, что ТАК ЖЕ славили Ярилу Твои далекие Пращуры в своих играх-обрядах. Тебе не надо читать, что пишут о солнцепоклонниках те городские "исследователи", которые сами ничего подобного не испытывали. Ты ЗНАЕШЬ так же, как птицы ЗНАЮТ дорогу на юг. ЗНАЕШЬ потому, что говоря словами Платона, – "познание есть воспоминание".
Душа знает наверняка: ведь она хранит опыт многих воплощений. Величественные картины языческих свещеннодейств, всплывающие в такие мгновения из наших душевных глубин – это наши собственные впечатления, пережитые нами самими в наших прошлых воплощениях: ведь мы много раз рождаемся (отсюда: новорожденный) и неоднократно "умираем" (отсюда: новопреставленный).
Исторической памяти человека лишить можно, но невозможно отнять у него память наследственную. Человек обладает гораздо более глубокой памятью: во-первых – это РОДОВАЯ ПАМЯТЬ всей цепи предыдущих поколений, переданная каждому из нас в генотипе. А во-вторых – это ПАМЯТЬ ПРЕДШЕСТВУЮЩИХ ВОПЛОЩЕНИЙ.
Недра т. н. "бессознательного" являются тем вместилищем, где образы прошлого ждут благоприятных условий для своего проявления. Причем, именно в тех состояниях, которые мы обычно называем беспамятством или забытьем, как раз и просыпается скрытая долговременная память человека. О возможности подобного проникновения в тайну своих прежних, даже "доисторических" воплощений, поведал Джек Лондон в изумительном произведении "Смирительная рубашка".
В гипнотическом трансе и в некоторых, подобных ему исключительных состояниях, происходит погружение в более архаичные пласты психики. Известны ошеломляющие опыты французского врача А. де Роша и других гипнологов, заставлявших введенного в сомнамбулический транс человека воссоздавать связь времен и вспоминать свои прошлые существования. Знаменательно, что в этом состоянии малообразованные люди рассказывают порой такие подробности о быте и культуре древних народов, которые известны лишь немногим историкам и археологам.
Учёные ещё долго будут размышлять о том, как работает генная или наследственная память, но для детей такой способ познания подчас достаточно близок. Они интуитивно угадывают – вспоминают многое, но подрастая, быстро забывают.
Язычество – счастливая пора юности человечества. Христианство – старческий маразм. Новейшее направление психиатрии называется этнотерапией. Имеется в виду погружение, возвращение больного в своё личное и коллективное детство, в глубинные, родные культурные образцы и архетипы с помощью народного изобразительного искусства, древней обрядовой поэзии, игр, песен, плясок и сказаний. Это способствует самоутверждению больного посредством пробуждения, ощущения в себе природного, язычески-праздничного мировосприятия.
Современный уровень генетики позволил немного приподнять завесу над тайной наследственной памяти, и тут исследователи были поражены: память ребенка, считавшаяся до сих пор "чистой доской", оказалась испещрённой какими-то непроявленными линиями, знаками невероятно большого объема информации...
Этнографы свидетельствуют, что шаман, впадающий в трансовый самогипноз, может обладать многими необычайными силами и способностями, в том числе вызывать у себя ЗНАНИЯ И УМЕНИЯ своих далеких предков.
Самая чистая радость – бескорыстное любование Природой. Высшие, сверхличные чувства обуревают тогда человека, и окрыленной душе уже тесно в одеждах времени и пространства. Состоянием, подобным шаманскому исступлению, является для всякого чуткого созерцателя КРАСЫ ЗЕМНОЙ то таинственное творческое вдохновение, повинуясь которому он непроизвольно, как лунатик, создает свои произведения.
Он свой, родной в этой Природе, плоть от Её плоти, связанный с Ней сокровеннейшими узами, уходящими вглубь тысячелетий. Ведь березовые рощи и дубравы были самыми древними нашими светилищами. Здесь "обретает сердце пищу". Только на лоне РОДНОЙ ПРИРОДЫ посещают художника те нетленные ОБРАЗЫ минувшего, которые и пытается он запечатлеть в словах, красках, звуках...
Воочию, живо ВООБРАЖАЛ русальные игрища в зеленой глухомани под Лугой наш НАЦИОНАЛЬНЫЙ ГЕНИЙ Н. А. РИМСКИЙ-КОРСАКОВ, когда летом 1880 года в состоянии творческого экстаза писал там "Снегурочку" (исконное значение слова "гений" – РОДОВОЙ ДУХ – ПОКРОВИТЕЛЬ И ВДОХНОВИТЕЛЬ).
Каждое свидание с РУСКОЙ ПРИРОДОЙ "будило" композитора и сопровождалось, по его признанию, необыкновенным подъемом. Здесь черпал он силы, здесь источник обаятельного воздействия его сказочно-волшебных созвучий.
"Я увлекся поэтической стороной культа поклонения Солнцу... Картины древнего языческого времени, и дух его представлялись мне... с большой ясностью", – вспоминал Николай Андреевич.
Потому-то подлинно народные, обрядовые, красоты необыкновенной напевы и плясовые наигрыши в "Снегурочке", равно как и неистовые, завораживающие ритмы хороводов во "Младе" столь стихийно отзываются в настрое славянской души.
Римский-Корсаков боготворил наше доброе, земное Солнце – "творческое начало, вызывающее жизнь в Природе и в людях" – так же беззаветно и бесхитростно, как и полюбившиеся ему берендеи. "Снегурочку" венчает величавое славление Ярилы ликующими берендеями – детьми Природы, для которых Она ещё не стала мачехой.

* * *

Отношение человека к Природе постепенно меняется в связи с переходом от охоты и сбора даров Природы к землепашеству и скотоводству. Жизнь в ладу с Природой завершается и начинается жизнь в борьбе с Нею.
Это время крупнейшего переворота в жизни и сознании человечества совпадает с возникновением культов средиземноморских и ближневосточных БОГОВ – богов земледельцев и животноводов. Изначальные воззрения на Природу искажаются.
Голословные заявления кабинетных "знатоков", будто первобытный человек всего боялся, будто за каждым явлением Природы ему чудились враждебные силы, не подтверждаются современной этнографией, достаточно изучившей религиозные представления т. н. "примитивных" народов. Заявления эти – всего лишь попытка горожанина, оказавшегося в тайге или тундре, оправдать собственные, подчас необъяснимые страхи. Разумеется, что он не будет чувствовать себя там, как дома. Но в том-то и дело, что для первобытного, еще не отчужденного от Природы человека, Она была РОДНЫМ ДОМОМ – ХРАМОМ – ШКОЛОЙ – ЛЕЧЕБНИЦЕЙ, а не скопищем косных, непонятных и враждебных сил, которые требовалось как-то "объяснить" и задобрить.
Мир охотника был полон многоликих, жизнелюбивых, предостерегающих либо угрожающих, но никак не заведомо зловредных природных Духов. Духи эти и независимы от человеческой воли, и в чем-то ей уступчивы. На них могли оказать влияние те, кто знал, как к ним подступиться. Лесной Хозяин мог как бы разрешить разумно пользоваться и охотиться, не допуская заметного ущерба для какого-либо вида. Отсюда основная охотничья заповедь гласила: "Не повреди!" Не всегда исполнение этого правила приносило удачу, однако преступление его грозило недобрыми последствиями.
Почитание Духов-Хозяев присуще всем охотничьим народам. Властители, Хозяева местности – Духи, а не человек. Славяне – дети Леса, а потому наиболее близки их сердцу Духи Лесные. Наш Леший родствен античному Пану, Сильвану (из чьего имени уже явствует, что это лесное существо), Фавну и его женской ипостаси Фауне (нашей Лешачихе). Существа эти не "нежить": ОНИ – ЖИВЫЕ, не зря животный мир назван фауной.
Леший – это совокупный Дух всех обитателей леса (по-научному: биополе леса). В греческих мифах и в русских волшебных сказках, в преданиях всех европейских народов Лесной Владыка подчас оборачивается мудрецом-наставником, обладателем сокровенных знаний. Достойному герою он дарит могущественных зверей-помощников и посвещает его в таинства Природы.
В косматом, мохноногом Лешем духовная сущность чудесным образом сочетается со звериной. Самая большая гордость и украшение Лешего – это венчающие его рога. Рога – это неотъемлемая принадлежность, существеннейший признак свещенства. Рога – это корона звероликого языческого божества – оборотня: отсюда короны-обереги языческих королей, – диадемы с отростками, изображающими рога. Не случайно христиане наделили своего сатану, воплощавшего всё языческое "зло", именно рогами. Сатанинские рога призваны пугать старух да маленьких детей, но вот каким образом могли возникнуть рога, и зачем они нужны копытным животным? Однозначно и определенно на это зоологи ответить не могут.

* * *

От века к веку всё, более отдаляясь от Природы, человек творил богов по образу и подобию своему. Если вначале он видел божественную сущность, внутренне присущую Солнцу, непосредственно в самом Солнце, то затем стал усматривать обособленное божество, стоящее за Солнцем и заставляющее его двигаться по небосводу. Уже ведический Индра был божеством, которое управляло Солнцем, а не самим божественным Солнцем.
Немало дошло до нас упоминаний солнечных языческих богов: Митра, Аполлон, Феб, Амон-Ра, Бальдер и т.д. Все эти боги – поздние, уже имеющие свои личные имена. Это уже боги Солнца, а не БОГ-СОЛНЦЕ.
Так же и боги позднеславянского язычества – Световит, Хорс, Белбог, Дажьбог – это уже не Ярило.
Так животворящее, божественное само по себе Светило замещается его более или менее антропоморфическим божеством; очеловечивается, выступает как божественная личность.
Для солнцепоклонника Солнце не что-то обыденное и привычное, но ЖИВОЕ ОДУШЕВЛЕННОЕ СУЩЕСТВО, величайшая тайна и загадка. Каждый день на глазах людей вершится ЧУДО – восходит ПОДАТЕЛЬ ЖИЗНИ. Нет ничего могущественнее его. И чудесней ничего на свете не бывает, но человек настолько привык к нему, что не удивляется более. Так и для многих астрофизиков наше Солнце полвека считалось термоядерной печкой. Пока новейшие достижения непредвзятых, вдумчивых исследователей не доказали: Солнце слишком "холодное" для того, чтобы там могла протекать термоядерная реакция. Наука не может теперь ответить на вопрос, каков же тогда источник колоссальной, неисчерпаемой солнечной энергии, согревающей мир???
Каждые сутки Солнце "худеет" на миллиард тонн, теряя эту массу на излучение. Наш земной мир и всё то, что мы называем материей, плотью, есть только чрезвычайно уплотненные солнечные лучи-волны определенного свойства и качества. Солнце – это огромное бьющееся ЖИВОЕ СЕРДЦЕ!
СОЛНЦЕ – СГУСТОК ПУЛЬСИРУЮЩЕЙ ЖИЗНИ. Живое вещество Земли рождается благодаря загадочному процессу фотосинтеза – преобразования растениями солнечного света.
И души наши тоже ткутся из тончайших нитей солнечного света. После смерти тела они не гаснут, а улетучиваются к своему Источнику, заряжаются его живительной силой и вновь возвращаются на Землю в обличье новорожденных.
Мы удалены от Солнца на расстояние, равное всего лишь 107 его поперечникам. Более того, Земля находится в непосредственном соприкосновении с потоками солнечной плазмы. Солнечный ветер постоянно обдувает нас. Можно сказать даже, что мы не только живем светом и дыханием Солнца, мы живем внутри Солнца – во внешней его короне. Неудивительно, что наша Земля, сама будучи ЖИВОЙ, ОДУШЕВЛЁННОЙ СУЩНОСТЬЮ, столь чутко отзывается на малейший солнечный сполох.

* * *

Обожавшие Природу охотники не знали такого "неба", где витали бы оторванные от Земли "сверхъестественные" боги. Заселение неба "богами" отражало чрезвычайно возросшее значение небесных явлений для земледельца и скотовода. Если охотничья удача зависела от личной храбрости и от слаженного взаимодействия соплеменников, то и земледелец и скотовод находятся в полнейшей зависимости от погоды, прежде всего от дождя. Теперь человеку нужно, чтобы его грозные (от "грозы") боги управляли небом, разверзали хляби небесные. И он измышляет алчных человекоподобных небесных богов – самодержавных громовержцев, подателей урожая и тучных стад, которых надо ублажать кровавыми жертвоприношениями.
Тогда-то и появляются жрецы (не путать с ведунами-волхвами) – гадатели "божественного промысла", заведующие этими жертвоприношениями; громоздятся храмы, а в них алтари-жертвенники (жрец и жертва – слова однокоренные). Особое сословие жрецов нуждается в "богах", мнит себя посредником между простыми смертными и небожителями.
Религия необычайно усложняется: ведь теперь у своевольного бога (или богов) кровью надо вымаливать погоду, урожай, приплод скота, здоровье и всяческие блага. Это уже не радостное жизнеутверждение, а библейская юдоль печали, рабское ожидание выявления кровожадной "воли божьей". Так начинается упадок язычества...
Духи охотничьих племен в жертвах не нуждались. Приходя в лес, т. е. в гости к Хозяину Леса, человек объяснял ему вынужденную необходимость своего поступка, просил об удачной охоте и не забывал угостить, оставить подарок. Приношение могло быть любым: горсть ягод, причудливый речной камешек, костяной гребешок или кожаный ремешок. Понимая, что "незваный гость хуже татарина", так же поступают и нынешние коренные таежники.
Постепенно раннее, чистое природопочитание замутняется, оскверняется жертвенной кровью. Оскудевает осознание человеком своего родства со всем живущим, притупляется прирожденное сочувствование. По мере развития искусственных, изощренных животноводческих и земледельческих религий, пытающихся приручить вольные стихии, всё более ослабевает, теряется доверительная связь с созидательными Силами Природы.
Силы превращаются в отвлеченные понятия. Религиозные представления, бывшие некогда достоянием всего Рода-Племени, присваиваются и извращаются жрецами. Ведовство вырождается в каббалистическое колдовство. Символ становится идолом, храм – бойней, живая религия – мертвыми догмами.
Совсем не случайно эти времена совпали с т. н. неолитической революцией, распадом первобытнообщинного уклада и возникновением рабовладельческих деспотий.
Восхищение мощью и красотой живой Природы вдохновляло художников, запечатлевших 20 тысяч лет назад на скалах и в пещерах великолепные звериные образы. Человека в этих изображениях каменного века нет. Люди в ярме, рабы и воины, раздавленные боевыми колесницами, появляются только в живописи т.н. цивилизованных народов, в "веке железном", когда согласно Гесиоду и Овидию, богиня справедливости – "Дева Астрея с влажной от крови Земли ушла..."

* * *

В славяно-русском устном народном (а, следовательно, языческом) творчестве так же сохранилась память о том, что некогда Правда покинула Землю, и наступило царство Кривды. Правда у славян – это олицетворение всех Светлых Сил.
Какова же та изначальная грань, преступя которую, человек нарушил заповеди Природы? Во-первых: вместо честного поединка со зверем – противоестественное, безнравственное выращивание домашних животных на убой. Скот становится первой частной собственностью, причиной раздора, войн и грабежей (даже Геракл похищает коров у Гериона), предметом купли-продажи, обмана и плутовства. Воцаряется бог богатства – Плутос.
Во-вторых: производство металла, олицетворяющего насилие над Природой. Огнём и мечом завоёвывал человек у Неё пахотные земли и пастбища. Сначала выжигал леса, а затем железным лезвием плуга вспарывал чрево Земли, рвал материнские груди железными зубьями бороны.
В Кали-Юге – в железном веке железным оружием люди бьются за обладание проклятым золотом:
Стали богатства копать, – ко всякому злу побужденье!С вредным железом тогда железа вреднейшее злато вышло на свет,И война, что и златом крушит и железом...(Овидий)Если по-своему живой камень вписан в Природу, то металл – противоестествен. Лермонтов язычески чувственно ощутил тело Земли как ЖИВОЕ:
И железная лопатаВ каменную грудь,Добывая медь и злато,Врежет страшный путь...Даже лязг железа ненавистен Природным Духам. Рудознатцы и золотодобытчики трепетали перед Горным Старцем и Великим Полозом, перед Хозяйкой Медной Горы: "Худому с ней встретиться – горе, и доброму – радости мало".
Поверья всех народов утверждают, что Духи не переносят железных прикосновений: они чрезвычайно болезненны, крайне чувствительны к уколам железными остриями. Отвращение к железу столь велико, что они даже не приближаются. Отсюда запреты на внесение железных предметов в Светилище.
Металлические изделия не могут служить оберегами: женские ожерелья были обычно янтарными, жемчужными и костяными. Лесные Духи также терпеть не могут железа. Травознаям, собирающим на заре после волшебной Купальской ночи плакун-траву, одолень-траву, тирлич-траву, нельзя было использовать железные ножи и вообще иметь при себе железные изделия, иначе цветы теряют свои чудесные свойства. Чтобы не раздражать Духов и опасаясь возмездия, такие же запреты и сейчас соблюдают охотники за женьшенем.
Этнографы свидетельствуют, что некоторые племена, живущие земледелием, до сих пор намеренно не используют при вспашке полей железные орудия. Фрэзер сообщает, что в Польше за первой попыткой применить железные лемехи последовал длительный ряд неурожаев. Их причину крестьяне видели именно в этих железяках и вновь заменили их старыми деревянными сошниками.
На Руси и поныне соблюдается обычай: в день, когда Мать-Сыра-Земля – Именинница (10/V), Её нельзя увечить, т. е. пахать и копать.
Понятно, что во всех древних обществах (и у славян) кузнецы, изготовлявшие орудия убийства, считались нечистыми. Кузнец слыл попутно коварным (от глагола "ковать") колдуном. В "Законах Ману" (стих IV, 215) кузнецы, так же как актеры, ювелиры и торговцы оружием, приравниваются к низшей касте отверженных. Обработкой металла повсюду занимались отдельные замкнутые кланы ремесленников: цыгане – изгнанное из Индии бродячее племя кузнецов-чернокнижников, иудеи-фаллаши в Абиссинии и т. д., окруженные одновременно страхом, презрением и темными поверьями. Молот – один из символом тайных обществ.
Нечестивость, ущербность кузнецов подчеркивается в древних мифах и легендах их хромотой. Греческий Гефест и скандинавский Локи – хромцы.
Подобный же образ хромого кузнеца встречается в фольклоре народов Средней и Центральной Азии. Хромота у язычников считалась нехорошим признаком. В русском народном творчестве нечистые, злокозненные существа либо беспятые (Анчутка беспятый), либо хромые на левую ногу.
Любопытно, что русский летописец-переводчик греч. текста, отождествил с Гефестом небесного бога-кузнеца Сварога ("сваривать" – значит "сковывать"). Если верить Ипатьевской летописи (имя Сварога нигде больше в славянских источниках не упоминается), то при Свароге "спадоша клеще с небесе, нача ковати оружье". Исторически "железный век" Сварога совпадает с разложением родового строя, утратой равноправия и началом противостояния человека Природе.

* * *

В противостоянии этом отразилось искажение религиозного сознания, вызванное воцарением монотеистического "небесного отца", сменившего древнейшее почитание ЖИВОЙ ЗЕМЛИ – ПРЕДВЕЧНОЙ ПРАМАТЕРИ – РОЖАНИЦЫ, породившей из своего лона всё сущее: богов и зверей, людей и титанов...
Представление о материнском, женском природно-энергетическом Начале и почитание Земли-Матроны (славянской Макоши) как воплощения этого Начала, восходят к охотничьим племенам времен матриархата. От тех отдаленнейших времен дошла до нас пословица: "Мать Сыра Земля – говорить нельзя", отражающая свещенный запрет, ибо Мать-Сыра-Земля почиталась ещё и держательницей сокровенных знаний (недаром гномы – это "знающие").
Все высшие божества древности являлись "Сынами Матери" прежде, чем они становились "Сынами Отца". Переход от матриархата к патриархату отразился в борьбе небесных и земных богов в каждой из родственных индоевропейских мифологий: у греков – это титаномахия, у скандинавов – борьба асов с ванами и йотунами, у индийцев – дэвов с асурами и т. д.
У греков этот период отражён особенно ясно. По мифу, идущему из тьмы веков, "древнее племя Земли, поколенье Титанов" – сыны Земли-Геи, божественные существа – старшие братья позднейших богов. Когда миром правил титан Кронос, на Земле царил Золотой век (т.е. каменный век лада человека и Природы, по которому скорбят люди). Но возникший во времени Зевс низверг Кроноса, и тогда сыны Геи, титаны Кронос и его братья Океан, Гиперион и другие восстали против нового, третьего поколения богов, возглавляемых Зевсом.
Победа младших античных богов-олимпийцев над воплощающими силы Природы титанами, Зевса над Кроносом, Геракла над сыном Геи Антеем, – знаменовала торжество новых религиозных представлений, пришедших на смену первобытному обожанию стихий в их естественных обличьях.
Во втором подвиге Геракл борется с чудовищным змеем, похищавшим скот. Водяная сущность змея явствует из его имени: Гидра. Но Змей (Дракон, Ящур) в древней языческой мифологии, наряду с его хтонической сущностью, несет в себе и земное свещенное начало: он покровительствует водным источникам, т.е. земному плодородию, иначе – ЖИЗНИ.
В других подвигах Геракл ловит вепря, опустошавшего поля Аркадии, затем – быка, опустошавшего Крит. В других мифах он участвует в знаменитой Калидонской охоте на опять-таки опустошавшего поля вепря. Геракл олицетворяет человеческое дерзновение, побеждающее мятежную, "враждебную" Природу и пролагающее путь к цивилизации скотоводов и торгашей.

* * *

Древнего человека, так же как и современного, потрясала титаническая мощь природных стихий; самовластных, неудержимых и непредсказуемых, безразличных к людским страстям. Карликом почувствовал себя Фауст перед недосягаемым величием и непостижимостью Духа Земли.
В общем миропорядке Силы эти сами по себе ни добры, ни злы. Таковыми их представляет себе только человек, меряющий всё на свой аршин. В своем величавом бесстрастии эти изначальные Силы, грозные и милостивые одновременно, являли собой нечто целостное. Таковыми были божества древнего Бона, чей культ восходит к заре человеческой истории, к огням шаманских костров, к загадочным петроглифам, к циклопическим кромлехам и менгирам...
Тогда Силы эти еще не распались в сознании людей на богов и демонов, созидателей и разрушителей. Человек еще не причислял одних только к силам благим, а других – только к вредоносным. Идея о двух непримиримых, противоположных по отношению к человеку началах: добром и злом, боге и дьяволе, есть идея поздних, оторванных от Природы религий. Дуализм, якобы внутренне присущий миру, исповедовали и зороастрийцы. Отзвуки этого учения, а также более поздних манихейства и богомильства, ощутило и славянское язычество, что видно из жреческого противопоставления Белбога и Чернобога.
Борьба с Природой, возведенная в добродетель, породила в мифах совершенно новое представление о мире. В нем поселились зловредные великаны чудовищной силы, противостоящие богам: данавы и дайтьи у индийцев, гиганты и титаны у греков, фоморяне у кельтов, волоты у славян.
О войнах богов-асов с родом старейших северных исполинов-йотунов, "живших в начальное древнее время", поет в Эдде (Эдда родственна, созвучна Ведам в их исходном, доиндийском устном изложении) ясновидящая Вела, возвещающая грозно грядущий погибельный жребий богов. Асы "плавили золото, ковали орудия..."
Пока не явились три вещие Девы,Из земли исполинов могучие гостьи.То были Норны, определяющие судьбы богов и людей. Отголоски борьбы асов с йотунами – в германских сказаниях о Нибелунгах; о проклятии, которое несет с собой золото. "Если мы вообразим в руках нибелунга вместо рокового кольца биржевой портфель, то получим законченную картину страшного образа призрачного владыки мира" (Рихард Вагнер).

* * *

Вражда богов и асуров – вопрос большой, сложный, и решить его нелегко. Древнеиндийские асуры, т.е. "не боги" – противники богов-дэвов. Однако в ведические времена асуры почитались благими сущностями. Лишь в позднейших источниках – Упанишадах слово "асуры" начало употребляться в отрицательном смысле. В Ригведе же, уходящей корнями в доиндийские пласты истории белой расы, асурами называются более древние божества, а более молодые именуются дэвами. Дэвы постепенно оттеснили асуров на второй план, а в послеведические времена брахманизма, когда на развалинах первобытнообщинного строя окончательно утвердился строй рабовладельческий, асуры стали обозначением злых духов.
В Махабхарате асуры названы уже "нечеловеческими врагами" Арджуны, с которыми он сражается страшным оружием – даром Шивы. Брахма-Вишну-Шива – это троица, созданная в послеведический период. Это уже не дэвы, это новые боги индуистского пантеона, до того времени не известные, совершенно отличные от первых.
В Махабхарате явственно неприятие асурами брахманизма и жрецов-брахманов, которые своими "жертвоприношениями усиливали могущество богов". С чем боролись асуры, видно из кн.1, гл.202: асуры перебили жрецов, "и прекратились тогда на Земле жертвоприношения, истреблены были цари и дважды рожденные... ... Земля, на которой исчезли торговля и рынки..., исчезло земледелие и скотоводство, Земля с разрушенными городами... приобрела ужасный вид".

* * *

При возникновении новых религий всегда бывает так, что древние благие Духи в сознании людей переосмысливаются. В Индии ДЭВАМИ именовались обожествленные силы Природы, почитавшиеся еще древними ариями – общими предками индоиранских племен. А в Иране последователи религиозных нововведений Зороастра, боровшиеся с местными народными верованиями, объявили светлых Дэвов злыми демонами.
По замечанию Тейлора, "религия Зороастра сыграла роль раскола в древнем арийском культе Природы". Догматическое, дуалистическое учение Зороастра, нисколько не разрешавшее возбужденных им вопросов, утверждало существование двух враждебных мировых начал: доброго Ормузда и злого, безобразного Аримана. Учение это разделило соответственно всю Природу на два царства: чистое и нечистое, наделив их надуманным противоборством. Одно – хорошее и полезное для человека, другое – дурное и вредное для него.
Если Ормузд сотворил корову и лошадь – полезных домашних животных, то Ариман – хищных зверей, гадов, ядовитые растения. Ариман создал и злых духов – дэвов, олицетворяющих губительные явления Природы и вызывающих стихийные бедствия. Он же сотворил и Пери – злых духов-вампиров женского рода. У древних арийцев Пери (буквально "крылатые") – прелестные, доброжелательные феи, живущие запахом душистых цветов.
В Авесте – свещенной книге иранских племён, исправлявшейся и искажавшейся уже во времена Зороастра и позже, сказано: вредящие скоту и посевам животные – слуги и помощники Аримана, и потому их истребление есть величайшая заслуга. Геродот сообщает, что жрецы-маги "собственноручно умерщвляют всё, кроме собак и людей; они считают своей обязанностью избивать муравьев, змей и вообще всё ползающее и летающее".
Поучения Авесты превыше многих других достоинств ставят занятие скотоводством: добродетели скотовода состоят в уничтожении хищников, змей, лягушек, ящериц и т. д. В Авесте есть целый ряд предписаний о том, какое количество убитых "нечистых тварей" должен принести жрецу согрешивший, дабы искупить грех.
Зороастризму не более 3000 лет. Это – "молодая" религия, хотя Зороастр включил в нее древнейшее почитание Огня и свещенные предания арийцев. Но это была уже искусственная религия "покорителей" Природы.

* * *

Санскритское ДЭВА (божество) – это наше ДИВО. Древнеиндийское Дэва, латинское Деус, греческое Теос (Зевс), литовское Дивас, латышское Дивс, древнепрусское Дейвс, славянское Див – все эти слова однокоренные. Общий корень "дев" – "див" означает ДЕНЬ, ДНЕВНОЙ СВЕТ, иначе светлое время.
Славяне величали светоносную, благую сущность ДИВОМ. Древнейшее наименование это вошло во все индоевропейские языки, став прообразом имени бога – Дейво (Девос). Более всего схож Див с древнеиталийским Диес – Патером (Юпитером) – верховным божеством Дня (диес) и Света. Однако славяне, в отличие от других народов, сохранили изначальное понимание Дива: у них оно не приобрело значение божества личностного, небесного, надмирового.
Русские волшебные сказки – древнейший, а значит – наиболее правдоподобный вид фольклора. Напомним, что слово "фольклор" буквально означает: народная мудрость. Сказка запечатлела породившую ее действительность; она донесла до нас то, что не донесли другие виды языческой словесности. Чудо Чудное, Диво Дивное – таинственное вещее существо – оборотень, невиданно-удивительное, чарующее своими "дивными песнями".
Дикий, т. е. живущий на Природе, – сокращение от "дивокий" (дивий). Дивий – лесной, дикий, удивительный, диковинный. Польское слово Див, согласно Мицкевичу, означает дух, гений. В наиболее близком родстве со славянами состоят литовцы; нашим Девам-Берегиням, обитающим в девственных, диких лесах, соответствуют литовские феи-покровительницы: Дейвы или Лаймы.
Девятка – свещенное число Дива. Его волшебная трава – девясил (дивосил). Не зря девятый вал – самый сильный, а "девятый день" – праздник поминовения. В древнейших заговорах и заклятиях призываются тридевять помощников. В тридевятом царстве живут 27 (трижды девять) сестер-русалок. В древнеславянском магическом обряде кругового опахивания деревни участвовали девять девиц. Кельтские предания повествуют о девяти девах-сестрах, жрицах-друидессах. Греки почитали девять муз-нимф. Ведунья Вела в Эдде "знает девять миров". И не случайно дантов "ад" из девяти кругов.
Непрекращающееся чествование славяно-русами "Дыя и Дивий" бичуется в церковном "Слове об идолах" XI века. А в "Слове о полку Игореве" полузабытый крылатый Див кличет с вершины дерева – предвещает поражение князю, выступившему на сечу, не взирая на солнечное затмение.
Под влиянием скифов у южных славян появилось новое, иранское наименование Светлой Сущности – "бог". А позднее, под воздействием соседних христианизированных готов, к нему добавляется немецкое слово "господь", означавшее именно христианского бога.

* * *

В сказаниях европейских народов Великаны предстают как язычники каменного века, враждебные людям – скотоводам и земледельцам. С ними сражаются герои и полубоги.
Великаны наших сказаний наделены страшной силой, присущей могущественным земным стихиям. Буйный народ великанов-волотов сохранил даже названия враждебных земледельцу стихий: Вихорь, Поток, Громобой, Горыня (Горыныч), Град, Буря, Вертигор и т.п. Сказания и предания со временем перекраивались и подновлялись соответственно с более поздними представлениями, однако из-под всех наслоений всё ещё сквозит седая "доисторическая" старина. Претерпев ряд изменений, великаны, в конце концов, стали воплощением отступающего язычества, повергаемого витязями-христоносцами. Позднейшие богатыри в былинах сражаются с защитниками язычества: Идолищем, Змеем Горынычем, Соловьем-Разбойником.
Самый загадочный былинный образ – славянский титан Светогор, обременённый первозданной стихийной силищей, но обречённый тёмными силами надвигающегося христианства (крышку светогорова гроба заколачивает не кто-нибудь, а именно ИЛЬЯ).
На глубочайшую древность Светогора указывает само его имя: оно в отличие от имён других, младших богатырей, собственно даже и не имя, а только определение, отражающее его местопребывание – Светлые Горы (христианское "святые" есть искажённое языческое "светлые" – от Светила).
Если уж как-то и обозначать религиозные воззрения древних славян, то лучше всего их называть СВЕТОСЛАВИЕМ. Славяне-светопоклонники славили СВЕТ-БАТЮШКУ и его естественное высшее воплощение ЯРИЛУ-СОЛНЦЕ.
Из представлений о СВЕТЕ возникли в вещем русском языке слова: светилище, цветок, звезда, свадьба, вешняя пора и др. Все они из одного родового гнезда, все от одного "светлого" корня, все собственно русские, дохристианские. Налицо родство понятий светить и цвести: цветок с желтым сердечком и белыми лепестками подобен Солнышку. Цвет – только звуковое изменение слова "свет".
Почитавшие СВЕТ славяне страну свою, данную им в удел, издревле называли СВЕТЛОЙ и еще РУСЬЮ. Что тоже означает "светлая": во всех славянских и вообще во всех индоевропейских языках корень РУС связуется с понятием СВЕТЛЫЙ, ОГНЕННО-СВЕТЛЫЙ. Русичи – народ русоволосый – солнечный.
Христиане, подделывая свою чужеродную, чужеземную религию под народные представления, присваивали и извращали свещенные языческие понятия, вкладывая в них свое, церковное содержание. Так и СВЕТОРУСЬЕ они переиначили в "Святую Русь".

* * *

Где только не искали былинные "святые" горы: от Карпат до Арарата... Но если взглянуть на мир глазами язычника?
Славянские СВЕТИЛИЩА располагались, помимо дубрав и рощ, либо на естественных возвышенностях, либо на искусственных насыпях-сопках. СВЕТЛЫЕ ГОРЫ – ЭТО СВЕЩЕННЫЕ КУРГАНЫ, под которыми покоился прах Праотцов.
Древние погребальные насыпи в разных местностях имеют свои названия: курганы, сопки, волотовки или колотовки. Заблуждаются те, кто считает, будто курганы – это нечто подобное современным кладбищенским холмикам, только во много раз больше.
Курганы – не просто огромные кучи земли, так же как и мегалиты – не просто нагромождение громадных валунов. Курганы, с обширными срубными и каменными усыпальницами под ними – в утробе Матери-Земли, – это не только сложнейшие, во многом загадочные погребальные сооружения. Курган – прежде всего ХРАМ, а уж потом – могила, подобно тому, как наличие фараоновой мумии в пирамиде вовсе не ограничивает ее культового назначения.
Курган – это СВЕТИЛИЩЕ, где разыгрывались воинские поминальные обряды – могучие тризны, и где вершились тайнодейства Родоницы – древнейшего языческого празднества поминовения усопших сородичей, неразрывно связанные с их перевоплощением.
Поминальные мистерии сокровенным образом сочетались со свещеннодейством зачатия ЖИЗНИ – таинством возрождения покойного, его нового земного воплощения в обличье новорожденного дитяти.
Родоница называлась также КРАСНОЙ ГОРОЙ (горкой), поскольку свещенные обряды – игрища во славу Рода, соединявшие прошлое с будущим, торжествовали возле курганов. НА КРАСНЫХ ГОРАХ СВАДЬБЫ ИГРАЛИСЬ.
Много рассеяно по Руси Красных и Светлых холмов и гор, Краснояров, Белояров и Светлояров. Однозначным "Светлому" в древности было понятие "Красное". Красное означало тогда не красный цвет, а красивое: светлое, ясное, чистое, блещущее, яркое и прекрасное, как восходящее Светило. Красная строка называлась так потому, что первая буква рисовалась красивой.
"Красное" было нашим самым любимым прилагательным: красное крыльцо, Красная площадь, Весна – Красна. Красота отождествлялась со всем хорошим: со светом, теплом, добром, лаской, любовью.
Красный угол избы – это восточный, светлый угол. Украшавшие его вышитые на убрусах узоры, украсы, вычуры и коловороты – обереги семантически восходят к. ЗАРЕ, СВЕТУ, СОЛНЦУ. Отсюда и дошедшее до нас выражение "красить светом".
Ярый, яркий огонь выражает высшую степень света, его свещенную силу. В некоторых былинах из "Сборника Кирши Данилова" заметно родство имени Ярилы со словом "ярый" в смысле "белый". Известно, что ярый воск – это белый воск. Можно вспомнить и загадочный Бел Горюч Камень, и таинственное Беловодье солнцепоклонников, где люди живут по правде, ибо "белый" значит славный, чистый, праведный, прекрасный.
В "Слове о полку Игореве" русичи – потомки Солнца – представители светлого начала, и изображение русичей всегда связано со светом (а половцев – с чернотой, ночью, тьмой). "Бесовы дети кликом поля перегородили, а храбрые русичи оградились щитами червлеными". Здесь противопоставление тьмы и света, причем СВЕТ выражен КРАСНЫМИ щитами. Это объясняется тем, что понятия "красный" и "светлый" (белый) некогда совпадали. Еще А. А. Потебня указал, что зверек белка названа так была не по цвету шерсти, а потому что цвета красно-рыжий и белый тождественны по основному представлению.
Лишь позднее "красный" приобрело смысл только красного цвета. В современном значении цвета слово "красный" является собственно-русским. Древнерусское понятие "красный" выражалось словами, производными от "червь" – "чермь". Черное море прежде называлось Чермным, то есть Красным.
Красный цвет как цвет жизни имел охранное, магическое значение оберега, Красить – значило "оживлять". Слово "оберег" названо так по имени Берегини – древнейшего славянского божества Земли и Жизни, Матери-Рожаницы всего живого. Вначале Берегиня олицетворяла Землю, затем – живительную водную стихию. Позднее, с появлением новых божеств, образ Берегини заметно стерся, ее имя стало употребляться для обозначения волшебных знаков – оберегов, защищающих от злых колдунов и упырей.
Берегини связаны не только с землей, лесом, водой, но и с горами. Берег – общеславянское слово индоевропейского характера. Первичное значение – гора, высокий берег, возвышенное побережье (ср. сербохорв. брег – "холм, горка", нем. Берг – "гора" и т. д.).
Москва стоит на земле вятичей. В докняжеской, дохристианской Москве одним из свещенных мест был высокий берег Яузы – Красный холм (впоследствии Таганский). Светилищами славянам служили как горы естественные, так и искусственные сопки – Красные или Светлые Горы.

* * *

Само имя Светогора указывает на его связь с почитавшимися некогда горами. Этот исполин из каменного века. Он – Горыныч, то есть сын Горы, сам как утес, как гора. Но гора необычайная.
Вотчина Светогора – Светлые Горы. ОН – ХОЗЯИН – СТРАЖ этих гор (вспомните детскую забаву "Царь Горы"). Светогор – сын Матери-Земли, загадочно связанный с ней "тягой земной" (это не естественная сила земного притяжения, а явно нечто другое).
Светогор недвижим, спокоен и полон сосредоточенной силы. Он не совершает никаких видимых подвигов: спит на горе или дремлющий в "бездействии" разъезжает дозором на своем говорящем коне. Чужды ему человеческие мысли, чувства и устремления.
В древнейших северных былинах Светогор – сам по себе: никого не встречает. Образы Ильи или Микулы, как поясняет блестящий знаток русского эпоса В. Я. Прооп, введены в былины и приурочены к Светогору много позже. Но и в позднейших былинах Светогор обрисован только внешне; загадочен его внутренний мир.
Наш Светогор такой исполин, перед которым греческие циклопы – просто малые ребята. Он настолько могуч, что и воевать то ему не с кем. Он сажает Илью вместе с его богатырским конем в карман, да там его и забывает. Крайнее преувеличение его несоизмеримой величины, потрясающей тяжести и мощи указывает на то, что сила эта не грубая физическая, а качественно ИНАЯ, не от мира сего.
"Ты силён между людьми, будь между ними силён, а со мной нечего тебе силы мерять", говорит Светогор Илье. Сила Светогора-НЕЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ, ибо сам он родом со СВЕТЛЫХ ГОР – ПОТУСТОРОННЕЙ СТРАНЫ ПРЕДКОВ. На своей "заставе богатырской" оберегает он их покой. ОН – ВОИН СВЕТА, НО СВЕТА ИНОГО – ТОГО СВЕТА.
Сопредельная обитель Предков – древние Светлые Горы противопоставлены "Святой Руси", а Светогор – ее новым "христолюбивым" богатырям. Светогор, как правило, никогда на "Святую Русь" (на землю) не спускается. Не может он этого делать из-за своей непомерной тяжести: "Не носит его Мать-Сыра-Земля". Да и не дано, "не позволено" выезжать с Горы (из царства мертвых) на Русь выходцу с того света.
Но Светогор – родоплеменной Пращур-Покровитель. А согласно древнейшим представлениям, от Чуров (Дедов) исходит живительная сила. Могила, мощь (сила) и мощи – слова родственные. Мощи буквально означают: силы помогающие. Нерасторжимые даже смертью кровно-духовные связи ставили живых в родственные отношения и с природными силами: в Красную Горку (дни поминовения) Родители вздохнули – оттепель.
Общение с Духами заряжает людей "силушкой великой" и здоровьем, вдохновляет и воодушевляет. Светогор передает Илье силу вместе с дыханием: "Я дохну на тебя духом богатырским". Но преизбыток – смертельно опасен, и Илья всегда отказывается перенять у Светогора всю его силу, "принять его последний вздох".
Светогор задыхается в каменном гробу, сработанном для него зловещими старцами. Старцы эти олицетворяют мрак христианства, окутывающий на целое тысячелетие Родные Светлые Горы...

* * *

Непосредственное почитание Природы и Предков-Покровителей есть изначальная, а, следовательно – совершеннейшая религия человечества.
Славяне – самая мощная ветвь индоевропейского древа народов. Корни славяно-русского язычества уходят в сорокатысячелетнюю толщу общего для праиндоевропейцев миросозерцания. Славяне – обитатели северных, лесов сравнительно поздно занялись скотоводством и земледелием, а потому долго сохраняли чистоту первобытного природопочитания. Ведь именно охотник наиболее близок Природе; ему присуще свежее, пронзительное, предельно обостренное видение мира. Он не утерял еще дар живого общения с Природой, и явственно ощущает Её тайную жизнь.
Вселенная во всей своей совокупности – от звезды до снежинки воспринимается им как единое живое целое, а сам он – как частица этого целого.
Славяне поклонялись живой Природе, Она и была их храмом, а потому никаких особых рукотворных храмов они не сооружали. Язычники воспринимали Духов, то есть творческие силы одухотворенной Природы непосредственно, как они и являются нам в своих природных деяниях.
Солнце и Земля были для них разумными и любящими родителями. Зачем ставить памятник-идол живому Яриле, если ОН САМ каждый день на небе? Что может быть убедительнее столь божественного величия?
А вот Мать-Сыра-Земля: нужен ли ей какой-то храм?
Родники-ключи почитались свещенными в силу того, что проистекали из Земли, отмыкали ее особо благодатные, целительные "места силы" (по-современному – биологически активные точки или зоны с повышенным напряжением геомагнитного поля). Нужны ли им еще какие-либо истуканы? Нужно ли олицетворять в каких-либо образах-идолах Воду, Ветер, Огонь?
Высший уровень отвлеченного мышления восточных славян, его красота и первозданная идеальность, почти лишенная антропоморфизмов, подтверждается тем, что подавляющее большинство обнаруженных археологами восточнославянских капищ не имело признаков существования в них каких-либо идолов.
Отсутствие прямых материальных свидетельств культа (мрачный каменный Збручский идол неизвестного божества вряд ли славянский) вовсе не означает отсутствия определенных религиозных воззрений и духовной жизни. Скорее наоборот: "неразвитость" славянского язычества, его "простота" – это не недостаток, а достоинство, – лучшее доказательство его глубины, полнокровия, совершенства.
У нас не было таких "богов", как человекоподобные олимпийцы, доступные всем людским страстям и страстишкам. Зевс – обольститель многих смертных дев и жён; и даже если допустить, что все его совокупления имели когда-то космогонический смысл, всё равно они являются простыми любовными похождениями. У славян-язычников за блуд с замужней женщиной полагалась смерть.
Мифологии, подобной античной или древнеиндийской, у славян не было. Не было не потому, что она слишком сложна и наши предки до таких премудростей не доросли, а просто потому, что наши волшебные сказки поглубже всяких мифов.
И все попытки талантливого "посвящённого" А. Асова выдать подогнанные им под библейские легенды так называемые отречённые книги, "еретические" духовные стихи и просто отсебятину за "славянские ведические мифы" и за "древнейшую русскую православную традицию" выглядят занимательно лишь для профанов.

* * *

Отсутствовало у восточных славян и жречество, как таковое. В старые, добрые времена родового строя обряды совершались Старейшинами (Старостами) в родах и семьях. До 980 года, то есть до владимировой религиозной реформы народ не делился на мирян и жрецов. Да и само славянское природопочитание не нуждалось в посредниках для общения с Родными Светлыми Силами. Древние славяне вольны были обращаться к Ним напрямую.
Время перехода от прямого одушевления Природы к поклонению Перуну и другим антропоморфным богам совпадает с распадом родового строя и ослаблением родовых связей, когда почитание Предков-Родоначальников и местных природных божеств (именуемых у славян Духами или Силами), утрачивает свое первенствующее значение. Древние родовые Духи-Покровители и Духи Природные приобретают всё более человеческие черты и отождествляются с личностными богами. Первоначальный их смысл забывается и искажается.
Это уже не народная вера – верность Духам-Старожилам. Иерархическое царство новых, небесных богов – это перенос на небо утверждающегося на земле имущественного неравенства, господства богатеющей знати и жреческого сословия.
Волхвы-ведуны, выражавшие религиозные воззрения раннего язычества, являлись хранителями и блюстителями свещенных прадедовских обычаев, но отнюдь не жрецами в общеупотребительном смысле слова. Языческая религия освещала вечевой строй, и волхвы были не только чародеями-оборотнями, но и выразителями вечевой воли. Они "не боялись могучих владык", противились княжеским нововведениям и уже к 980 году были для Владимира и для новоиспеченного жречества нежелательным пережитком, "родимыми пятнами" общинно-вечевого уклада.
Их казнили лютыми казнями, а народ еще очень долго хранил о них светлую память и втайне почитал, следуя пословице: "Богу молись, но и Чорта не гневи".
Славяне чествовали Духов в естественных светилищах: на вершинах холмов, в заповедных лесных урочищах, у родников, у домашнего очага. Согласно свидетельствам античных и современных историков, в этом отношении славяне были подобны многим другим народам: древним италийцам, германцам, пруссам, литовцам и так далее.
Что касается греков с их увлечением искусственными храмами и статуями-скульптурами, то на их разлагающее влияние указывали уже древние историки, а также Моммзен и наш Фаминцын, который в "Божествах древних славян" писал: "...еще большее осложнение и видоизменение первоначального... религиозного мировоззрения произошло вследствие соприкосновения греков с иноземными народами, в особенности семитами".
Затмению славянского светославия способствовало проникновение посторонних культов. Уже в IX веке жрецы Киевской Руси переняли чужеземный обычай изготовления "болванов", особенно размножившихся после узаконившей их владимировой религиозной реформы.
Исконно славянское язычество являло собой не нелепое суеверие, а высочайшую духовность. Поклонение рукотворным "богам" безусловно было ересью в древнем благочестии. Общий упадок славянского язычества приводит к упрощённым изображениям богов, к их примитивной антропоморфности. Но это происходило в основном на южных окраинах древнерусского мира, непосредственно соприкасавшихся с чужеземцами.
Киевляне-поляне лишь под влиянием соседних степных кочевников стали воздвигать истуканов, подобных каменным бабам. Так называемые идолы – позднейшее заимствование. Первые идолы Перуна были поставлены в Киеве Владимиром, а в Новгороде – хазарином Добрыней – братом Владимировой матери Малки.
При полукровке Владимире же впервые сооружаются и крытые храмы, где теперь князь-братоубийца собственноручно приносит человеческие жертвы из числа тех славянских отроков и девиц, на кого падает брошенный жрецами жребий. Столь чудовищное, доселе неслыханное на Руси злодейство вопиюще противоречило нравственным заповедям Предков.
Киевские истуканы Перуна и других богов владимирова пантеона были воздвигнуты и низвергнуты в течение всего лишь восьми лет одним и тем же выблядком-клятвопреступником Владимиром. Понятно, что поклонение им не могло пустить в народе глубоких корней. Поэтому после христианизации полянам сравнительно легко было отказаться от кровожадного Перуна и других "идолов", а затем перейти к поклонению идолам христианским, – византийским иконным "образам". Что, собственно, и было задумано христианскими мудрецами для сокрушения СВЕТОРУСЬЯ – последнего оплота СВЕТОСЛАВИЯ.

* * *

Воззрения исчезающих под железным катком христианской цивилизации охотничьих племён, ещё сохранивших остатки былого природопочитания, свидетельствуют о том, что в древности почиталась гора, а не отдельно "хозяин горы"; источник, а не особый его "хозяин". У бурятов не разграничиваются понятия "тайга" и "хозяин тайги". Для алтайцев горы и озера, леса и ущелья – всё неразрывно связано между собой одним оживляющим Духом-Алтаем.
Славянам, как и другим народам, свойственны были архаичные представления о духе дерева, как о чем-то внутренне присущем дереву; с ним неразлучным. Свещенные дубравы почитались одушевленными сами по себе, как заповедные обители родных Духов-Покровителей. И никаких еще идолов, т. е. особых искусственных изображений Духов-Хозяев этих дубрав, разумеется, не требовалось.
Плиний называет деревья древнейшим храмом римлян, которые возносили там молитвы более чистосердечные, чем перед статуями, блещущими золотом и слоновой костью. У германцев само слово "храм" первоначально значило "свещенная роща". Максим Тирский сообщает: "Галлы не имели другой статуи Юпитера, кроме огромного дуба".
Свещенный ЖИВОЙ ДУБ у славян еще не подменялся идолом Перуна. По языческим представлениям многих народов, в таком Дубе заключена сила Рода-Племени. Волхвы-ясновидцы предостерегали, что народ может погибнуть, если свещенное дерево будет срублено.
Искореняя балтийских славян и пруссов, особо почитавших Дубы, рыцари-крестоносцы в первую очередь под корень вырубали их свещенные дубравы.

* * *

Дуб-Дубище притягивал стрелу-молнию; потому дубрава еще и капище Перуна-Громовержца.
Перун, чертя в небе огненные зигзаги, сам навещал свое капище, возжигая там живой огонь от самого Ярилы-Солнца. Ведь молния – это лишь связующее звено между Солнцем и Землей; громовой голос Перуна – лишь "земное эхо солнечных бурь", а грозовое пламя – отблеск нашего Светила.
В раннем язычестве молния соотносилась с Солнцем. Она воспринималась как атрибут именно Солнца, а не какого-либо небесного божества. На это указывают и этнографы, изучавшие размышления о мире т. н. "примитивных народов"; в них прослеживается единство происхождения культов Солнца и Молнии.
Молния – спутница грозовых облаков. Но кто "гоняет стаи туч"? – Могучий Ветер. А кто повелевает ветрами и огнедышащими смерчами, ураганами и тайфунами? Откуда, как и почему зарождаются непредсказуемые циклоны – гигантские Вихри, определяющие земную погоду? Никто этого не знает.
Ясно только одно: в их возникновении "повинно" Солнце. Но как оно это делает? Новейшая гелиогеофизика пришла к тому же заключению, к какому интуиция привела наших далеких предков-солнцепоклонников: все эти явления, как и многие другие, зависят от "настроения" нашего славного, грозного и милостивого, но, в конечном итоге, всегда благодатного Светила. В древнейших культурных традициях Жизнь сопоставляется-связывается с Огнем, и шире – с Солнцем.
Грозовые тучи орошали Землю и насыщали воздух живительными токами. И некогда славяне чествовали Перуна у его любимого дерева, у естественного кумира – зеленого многовекового Дуба. Дерево мыслилось живым и сознательным, самим по себе одушевленным существом. А уж позднее перешли от прямого одушевления дерева к умозрительному понятию о некоем человекоподобном древесном духе, не внутренне присущем дереву, а от него обособленном.
По мере того, как в дереве стали видеть уже не тело древесного духа, а только его жилище, само дерево становилось неодушевленным. Тогда и стали вырезать из цельного Дуба истукана, нарекать его Перуном, палить перед ним костры из дубовых поленьев, наряжать его голову серебром, а усы – золотом... Такого смертного "бога" можно и поруганию предать, и жезлами поколотить, и в Днепр сбросить, не опасаясь, что нечестивца поразит молния.
Но попробовал бы Владимир сбросить в реку ЯРИЛУ?! Или Перуна, будь он не бессильной деревяшкой, а самим ГРОМОМ-МОЛНИЕЙ, вдохновлявшим воинов на праведную битву и Победу!

* * *

Язычники усматривали в грозе и буре гнев Перуна, православные искали в облаках Илью-пророка, ученые видят в молнии только огромную электрическую искру, и ничего более. А что есть молния на самом деле? А на самом деле она была и остается одной из загадок Природы. Единственно, что достоверно известно о молнии, это то, что она существует.
Многие люди, не сомневающиеся в возможности превращения воды в вино и в прочих иисусовых чудесах, даже слышать не хотят о волхвах и шаманах – заклинателях молнии. Обычно эти люди говорят: такого быть не может; объясните разумно, как такое возможно?
На это можно ответить: сначала попробуйте объяснить, что такое человек и что такое молния. Глубины человеческих чувств и физика атмосферы – это области загадок и догадок: разгадайте их и тогда кое-что поймете сами.
О том, что иные кудесники могут метать гром и молнии, а могут и отвращать их, известно издревле всем народам. Славяне называли их облакопрогонниками либо ветрогонами. Не следует только путать их волшебное искусство с дешевыми суевериями типа позднейших "Громников" и "Молнияников".
Молния, вызванная и направленная чародеем, одних убивала, а других лечила и даже оживляла (сейчас сказали бы, что электрошок реанимировал находящегося в состоянии клинической смерти).
Но и самопроизвольная молния одного человека буквально испепеляет так, что от него остается лишь горстка золы, а другого – исцеляет: парализованный встает на ноги, "бесноватый" приходит в себя. Ослепшему она возвращает зрение, оглохшему – слух. В Туве некоторые охотники становились шаманами только после попадания в них молнии.
То она в мгновение ока перемалывает в пух и прах каменную стену двухметровой толщины, то превращает зубцы вил в штопор, причём державший вилы крестьянин отделывается легким испугом.
Неистощим запас её забав и причуд: она раздевает до нага женщину, не позволив себе даже опалить ее кожу. То она выбривает человека чище бритвы, то после её удара у лысого отрастают кудри.
Порой в ней возникает ток столь чудовищной силы, что молниеносно, в прямом смысле слова, монеты испаряются из закрытого кошелька, кольца и браслеты с руки, серьга с уха, причем их владельцы не ощущают ни ожога, ни даже тепла. Но она же может превратить кисти рук своей жертвы в пепел, оставив перчатки нетронутыми.
Тит Ливий сообщает об этрусском царе Тулле Гостилии: молния покарала его, когда он совершал обряд не с чистым сердцем.
А разве понятен тот способ, каким молния воспроизводит на теле людей рисунки-копии окружающих предметов? Знаменитый Фламмарион в своем труде "Атмосфера" свидетельствует: "Она фотографирует на груди ребенка гнездо, которое он схватил на вершине пораженного дерева". Разве это менее поразительно, чем фотографии призраков, сделанные во время спиритических опытов?
В изобретательных действиях "знакомой" нам линейной молнии (не говоря уже о своеобразном разуме молнии шаровой, которая для науки вообще сплошное "белое пятно") подчас гораздо более загадочного, чем в необычайных способностях лозоходцев.
"Некие также тела извлекает из воздуха молния..." "Некие тела..." Что имел в виду Лукреций Кар, когда писал это две тысячи лет назад?
Очень странные, ранее неизвестные явления, возникающие внутри ураганов и над ними, недавно были обнаружены учеными с помощью новейших приборов. На фотографиях, сделанных при помощи высокочувствительных скоростных камер, запечатлены фантастические образования, взлетающие и парящие над мощными грозовыми облаками. Названные "красными призраками", эти образования вошли в перечень открытий, доклад о которых был сделан в 1996 году на собрании Американской ассоциации содействия развитию науки. По словам сообщавшего об открытии физика из Мэрилендского университета Д. Папандопулоса, "красные призраки", взметнувшиеся из верхних областей мощных ураганов в момент особо сильных грозовых разрядов, выглядят как "огромные, но слабо светящиеся языки". Физическая природа феномена совершенно непонятна.
Каждую секунду в землю ударяют до ста молний. Но что известно науке о грозе и о тех неведомых силах, внешним выражением которых является ветер, гром и молния?
Откуда вообще берутся грозы? Даже попытки заложить в ЭВМ и обсчитать все факторы, могущие оказать влияние на возникновение грозы, не внесли ясности. Существует боле ста гипотез для объяснения грозы и загадочного происхождения грозового электричества. А это доказывает, что ни одна из них не является настолько убедительной, чтобы ее можно было предпочесть остальным. Грозовое облако остается загадкой для геофизиков и метеорологов, электриков и гидродинамиков.
Нет однозначного ответа на вопрос, откуда и каким образом в туче накапливается электрический заряд с потенциалом в сотни миллионов, а иногда и миллиард вольт? И чем вызывается начало разряда-молнии?
Ужасающие, невероятные силы бушуют внутри тучи: "заурядная" гроза выделяет энергию, сравнимую с атомным взрывом над Хиросимой. Особо сильные грозы бывают в 10 и даже в 100 раз мощнее!
Многие удивительные свойства молний отличают их от хорошо изученного в лабораториях разряда между электродами. В природных, живых облаках всё происходит не так, как "в пробирке", а зачастую и прямо противоположно. Бывает и "гром среди ясного неба".
"Обычная" молния – вовсе не обычная электрическая искра.
Да и что такое электричество? Ученые знают об этом меньше, чем о дочери Океана – титаниде Электре. Привыкнуть к какому-либо обыденному явлению и дать ему название – это отнюдь не значит понять его. Вся наука электричества основана на гипотезах. Люди додумались казнить своих сородичей на электрическом стуле, оставаясь в полнейшем неведении относительно причин и сокровенной сути самого феномена электричества. Но каждый стихийный феномен – это воплощение одушевляющего его начала – нумена в нашей действительности.
"СОЛНЦЕ ЕСТЬ ХРАНИЛИЩЕ ЖИЗНЕННОЙ СИЛЫ, КОТОРАЯ ЕСТЬНУМЕН ЭЛЕКТРИЧЕСТВА"Е. П. Блаватская
* * *

Для скотовода и земледельца ДИКАЯ ПРИРОДА – враг. Уничтожавшие лес подсечно-огневым способом люди испытывали панический (Пан – это Леший) страх перед Духами-Оборотнями, боясь их возмездия:
Ночь хмурая, как зверь стоокий,Глядит из каждого куста...Этот тютчевский образ исполнен глубочайшей языческой правды. Ведь и для землепашца заповедные лесные дебри сохраняли свою связь с миром Предков. Испокон века признавалось, что души умерших, имеющие такую же природу, как и стихийные духи, продолжают жить и таинственным образом связаны со своими изначальными Светилищами – лесными чащами. Там обитают древние, могущественные и мудрые существа получеловеческого, полузвериного обличья. Но отношение к ним меняется.
Теперь они – чудища лесные, опасные страшилища; с ними надлежит бороться посредством колдовства. Если мир скотовода полон злокозненных духов, то мир первобытного охотника, относившегося к Матери-Природе с величайшим доверием, поразительно чист в этом смысле.
Мать благонамеренна: нет в Ней заведомо враждебных человеку сил, а потому нет нужды прибегать к колдовству, как к средству защиты. В этом – главная причина отсутствия у истинных детей Природы зловредной магии, столь присущей всем искусственным религиям. Колдуны степняков-кочевников, жрецы "аграрной магии", миссионеры-экзорцисты, – все они были бессильны против лесных знахарей и ведунов.
За праисторическими образами Вия, Ящура, Бабы Яги, – скрыты враждебные земледельцу и скотоводу, но почитаемые праславянскими охотничьими племенами стихийные и лесные Духи-Хозяева. Родословная этих образов восходит к каменному веку. Все они, претерпев ряд разновременных переоценок, преобразовались, в конце концов, в различные сказочные и былинные персонажи. Сначала новыми земледельческими и скотоводческими религиями они переосмысливались как недобрые, злые. А затем воцарившееся христианство, не отрицая существования Природных Духов, объявило их языческими "сатанинскими" силами. Однако оно так и не смогло изгладить из народной памяти наследственных впечатлений о былом ладе Человека с Природой.
Рожаницы, Русалки-Берегини, Дед Мороз, Вихорь, Леший – это почитаемые Духи-Хозяева старшего поколения. Об их древности говорит то, что они не персонифицированы – не имеют личных имен. Во времена, отмеченные историческими источниками, их культ уже утерял главенствующее значение, а важнейшими стали новые боги – боги кузнецов, скотоводов и пахарей – Сварог, Дажьбог и другие.
Происходило сложнейшее явление в духовной и общественной жизни славян: смена богов была олицетворением смены целых исторических пластов и мировоззрений. Уходила в прошлое религия природного откровения, а вместе с ней уходили её естественные, жизненные образы. "Умер Великий Пан", и плачущие нимфы бежали от топора дровосека.
Древнейший и мудрейший герой русского эпоса – не пахарь, а охотник-оборотень Волх (Вольга). Микула Селянинович, то есть сельский житель, как и крестьянский сын Илья Муромец – позднейшие былинные образы, совершенно немыслимые в древнерусском язычестве (В. Я. Прооп относит образ Микулы к XV – XVI в.в.).
Дуб – свещенное дерево славян, а Микула распахивает, корчует именно вековые дубравы:
Сырые дубья вырывает,А пни-де коренья валит в борозду.У Ильи – "работа крестьянская":Очистить надо пал от дубья-колодья.Он дубы-колодья все повырубил...В другой былине Илья "срубил сырой дуб – поставил часовенку" (во имя Ильи пророка, чья церковь в Киеве уже давно стояла). И Микула, и Илья отнимают у лесных духов их угодья, разоряют их последнее убежище. Борьба с Природой становится делом богоугодным...

* * *

Славянские племена чтили стихийных Духов-Хозяев грома, гор, метелицы, ветров, рек и т. д. Упоминаются великаны Усыня (речной хозяин), Дубыня (лесной хозяин) и Горыня (или Вертигор или Горыныч), известна и общеславянская богиня Горынья. Греческие мифы помнят своих Вертигоров: вместе с другими гигантами-сынами Земли сражаются они с новыми богами, забрасывая Олимп огромными скалами.
Горыня – горное существо – горный хозяин. Испытанные, искушенные скалолазы и альпинисты знают о нем и стараются его не раздражать. Горыня может обращаться в Змея Горыныча. Таков наш сказочный летающий Змей Горыныч. Старые, отвергнутые божества обычно приобретают отрицательные черты. В первозданном язычестве Змей (Ящур) – существо благодатное, покровительствующее всяческому плодородию. Мать-Сыра-Земля (подобно Гее) – Мать Змей и Мать Горынычей. В христианстве Змей – олицетворение темных сил, зла, вообще "язычества".
Соловей Разбойник – один из первообразов языческого мира, в чьём летающем, свищущем облике явственно угадывается связь с могущественными Вихрями, ведающими погодой. «Разбойником» он стал позже, а был Хозяином Ветра: Ломоносов называл его "славянским Эолом". Эол – владыка ветров – потомок титанов, и потому ветры, как титаниды, враждебны олимпийцам.
Ломоносов же указывал на другое его имя – Позвизд, то есть Посвист. О Посвисте или о Похвисте – славянском "божестве ветра и ненастья" упоминает и Карамзин. Афанасьев пишет, что "имя Соловья дано на основании древнейшего уподобления свиста бури громкозвучному пению этой птицы". Любопытно, что разрушительным ураганам в Западном полушарии принято давать сладкозвучные языческие имена: Камилла, Сильвия, Стелла и т.п.
Согласно понятиям первобытных народов, свист считался голосом Духов, и, соответственно, звуком, их вызывающим. Отсюда многочисленные запреты на свист, дабы не насвистать этих незваных гостей в неурочное время, а также живучее поверье моряков, что свистом можно накликать бурю.
Лесные русалки перекликаются свистом, а сильные, резкие, свистящие звуки в старину обозначались как щекот-щекотанье. Отсюда страхи православных христиан – отступников от родной веры, что русалки могут заманить их на свою Купальскую свистопляску, а там – или "свистануть в ухо", или просто защекотать до смерти.
Единственное, но страшное оружие Соловья – это его посвист и "крик звериный", которым он способен убивать и разрушать всё на своем пути. Очевидцы утверждают, что ошеломляющий рёв урагана порой не поддаётся описанию. В непосредственной близости от смерча сила звука ужасна. Её сравнивают то со "свистом пара, выпускаемого одновременно десятком мощных паровозов", то с "грохотом канонады сотен пушек", то с "одновременным рёвом многих реактивных самолетов".
От Соловьиного свиста горы содрогаются, реки мутятся, земля трясется. От "полсвиста соловьего" рушатся палаты белокаменные. Ясно, что на такое способен не просто ветер, а только смерч.
Сила смерча подчас невероятна в прямом смысле слова: разве сразу можно поверить тому, что по воздуху летают тракторы и тягачи, а автобус проделывает в воздухе путь около 300 м? А именно это было в литовском городке Ширвинтас 29.05.1981 г. Вихрь может поднимать и гораздо более тяжёлые предметы: вагон со 117 пассажирами, поднятый в Миннесоте, весил 80 тонн.
Стальной мост через реку у американского города Ирвинга весом 108 т и длиной 75 м мгновенно был сорван и скручен в такой плотный клубок, что тот полностью исчез в воде, хотя глубина реки была 1,5-2 м. Скорость ветра в воронке таких мощных торнадо превышает скорость звука, равную 332 м/сек. Трудно представить, какие фантастические силы ярятся в этих вихрях, если при 80 м/сек. птичье перышко на лету как пуля пронзает доску толщиной 5 см! Откуда черпает такие силы замкнутый сам на себя вихрь?
Невозможно предсказать появление и нрав смерча, поражающего своими дикими неожиданностями. Перепады давления воздуха в вихре настолько резкие, что "нарочно не придумаешь": находили кур, ощипанных только с одного бока.
Пишущему эти строки посчастливилось побывать поблизости от разрушительного смерча, пронесшегося через подмосковный поселок Сходню в августе 1951 г. Путь возмущенной стихии был очерчен настолько резко, что нетронутые молодые деревца стояли в двух шагах от поверженных и скрученных в жгут вековых лип. Навсегда запечатлелось в душе мертвое затишье перед бурей; застывшее, осязаемое и противоестественное. Смутное ощущение чего-то затаившегося, готовящегося к прыжку. А затем – вздыбившаяся, неистовая стихия, подобная разъяренному джинну, вырвавшемуся из кувшина: явление неописуемое и потрясающее в буквальном смысле. Но не было обычного страха, а было захватывающее дух притяжение, завораживающая близость неведомого, от которой оторопь берет и мурашки по коже.
Величественное и жуткое зрелище – "касание мирам иным" может вызвать в человеке те же религиозные чувства, что и гром с молнией. Известный шлиссельбуржец, астроном Н. Морозов в книге "Откровение в грозе и буре" объясняет апокалиптические видения обезумевшего от ужаса Иоанна ураганом небывалой силы, обуявшим остров Патмос.
Играючи, смерч может разметать средневековую крепость как карточный домик. Но может и, разрушив виллу, перенести буфет с посудой на несколько сот метров, не разбив ни чашки. То он довольствуется тем, что снимает шерсть с овец, то несет песок с такой скоростью, что с людей сдирается вся одежда и кожа, а на трупах остаются только ботинки.
А о чем говорит странная избирательность смерча, оставляющего некоторые предметы нетронутыми посреди разрушений? Известен случай, когда в налетевшем вихре исчезли коровник и корова, но женщина, доившая ее в коровнике, осталась сидеть на месте; возле нее, как и прежде, стояло ведро с молоком.
Что это: только слепая, безумная стихия "без руля и без ветрил"? Или нечто иное, граничащее со своеобразным разумом? Быть может, стихия является необходимой средой для проявления воли каких-то нечеловеческих сущностей? Во всяком случае, знаменитый фантаст Рей Бредбери, чья бабушка была колдуньей, относится к торнадо весьма уважительно. Если мы не знаем, как образуется смерч, то почему считаем вымыслом лапландских колдунов, умевших вызывать его? Байрон и Мицкевич, Стриндберг и Конан-Дойль были убеждены, что подобное возможно.
Разнообразием своего поведения смерч напоминает своенравное живое существо. Нет никакого логического объяснения его "забавам". Подобно шаровой молнии, он действует избирательно, целенаправленно: умерщвляет одно живое существо, не трогая другого. Известны свидетельства о людях, унесенных неведомо откуда взявшимся вихрем и бесследно пропавшим без вести. Но бесспорны и случаи, когда смерч поднимает людей высоко в воздух, плавно переносит их через реку, лес, а затем бережно, без единой царапины, опускает на землю.
Смерч, пронесшийся по Подмосковью 29.06.1904 г., подхватил и унес мальчика прямо на глазах матери и других детей. Ребенка нашли целого и невредимого в яме от вывороченной с корнем громадной сосны в Сокольниках, за полтора десятка километров от Мытищ, где он был схвачен.
А что, если "проказы" вихря вполне ПО-СВОЕМУ осмысленны? За внешним проявлением – феноменом скрыт нумен – сокровенная сущность – душа той загадки Природы, которая нам является как вихрь. Порой в его неумолимой, пугающей целеустремленности чудится чья-то воплотившаяся воля. В ПРИРОДЕ ВСЯКАЯ СИЛА ЕСТЬ В ТО ЖЕ ВРЕМЯ И ВОЛЯ.
Незыблем только основной закон СОХРАНЕНИЯ СИЛЫ, а все её превращения – область догадок. Феномены, подобные смерчу, никогда не освоить методами рассудочного познания. Они не поддаются научному объяснению, поскольку явления Природы, ЕЁ СИЛЫ рассматриваются в отрыве друг от друга и от целого. Люди не видят скрытых глубинных взаимосвязей между различными явлениями, не улавливают жесткого подспудного сцепления причин и следствий, и, в невежестве своем, валят всё на "случайные" совпадения. А именно в этих неразгаданных взаимосвязях вещей, существ, стихий, душ и кроются закономерности необъяснимого, "сверхъестественного".
Удивляет непоследовательность христиан, говорящих о слепой ярости взбесившейся стихии, смертельно изувечившей добродетельного прихожанина и пощадившей его соседа-безбожника; но они не осмеливаются так помыслить о своем "боге", карающем праведника.
Конечно, смерчи сеют разрушения и бывают смертоносны. Но даже все вместе взятые, они не унесли столько жизней, сколько гигантский искусственный ОГНЕННЫЙ СМЕРЧ, взметнувшийся 28.07.1943 г. над Гамбургом после того, как американцы накрыли город "бомбовым ковром". Предполагают, что поднимающиеся разогретые массы воздуха могут стать решающим фактором для образования торнадо. На Гамбург было сброшено так много бомб, что город превратился в сплошной огненный столб. Деревья вырывались из земли и горящими факелами носились в воздухе. При температуре воздуха 800-1000 градусов люди обугливались снаружи, а если они вдыхали воздух, то и изнутри. В сообщениях говорилось, что раскалённый воздух единым потоком вздымался в небо на 7 км!
В огненной печи заживо сгорели десятки тысяч мирных жителей. Такой же торнадо вызвала атомная бомбардировка Хиросимы. Там счёт жертв шёл уже на сотни тысяч. Но об этом даже не заикаются те, кто льёт, крокодиловы слёзы по поводу "газовых камер".

* * *

Вихрь – одно из самых загадочных явлений Природы. Ученым известно о вихре столько же, сколько и о Соловье Разбойнике. "Какие силы действуют внутри смерча, каковы причины разрушений – почти неизвестно", признает известный советский геолог, акад. Д. Н. Наливкин в своей книге "Смерчи".
"Непоследовательное" поведение вихря, его удивительная концентрированность, резкость перепадов скорости его струйных потоков и многое другое наводит вдумчивых исследователей на размышления с мистическим оттенком.
Характернейшей особенностью смерчей является резкое очертание-ограничение, устойчивая гладкая поверхность, отличающая смерчи от всех других подобных атмосферных образований. Только он один обладает такой устойчивостью, остается самим собой при движении среди бесформенного воздуха.
Но отчего объект может так сильно выделиться из среды, его породившей? Почему возникшая неоднородность сосредоточивается, развивается, обостряется и обособляется? Здесь мы вступаем в заколдованный круг философских вопросов космогонии о самом Мироздании: как и почему происходит самоорганизация возникшей неоднородности, растет ее упорядоченность (если, конечно, изначальную однородность считать беспорядком, хаосом)?
Древнекитайский мудрец Цюй Юань задавался вопросом: "На основании чего можно судить о той поре, когда Земля еще не отделилась от Неба? Кто может проникнуть взором в глубь тогдашнего хаоса и как можно различить, что вращалось в этом круговороте?" Над тем же вопросом ломают себе головы и современные учёные, пытаясь представить себе те ранние эпохи существования Вселенной, когда вокруг еле заметных неоднородностей, образовавшихся в среде дозвёздного газового облака, стали закручиваться узоры галактических спиралей.
Если считать, что в те догалактические времена Вселенная представляла собой однородную туманность, распределенную чрезвычайно равномерно (о чем говорит однородность реликтового излучения), то какие же силы содействовали образованию в этой однородной среде завихрений, превращающих клубящиеся сгустки газа в ядра-зародыши протогалактик?
Как в однородном лоне РОДА – "Великого Ничто, которое есть Всё" – зародилось многообразие ЖИВОЙ ПРИРОДЫ?
Ведь сама материя – ни что иное, как бешеное коловращение энергетических зарядов – шаровидных эфирных волчков. Вихревое строение материи прозревали еще Анаксимандр и Гераклит, Парменид и Зенон. Изучение ВИХРЯ, составляющего первооснову материи, может пролить свет на процессы концентрации космической материи в виде сердцевин галактик, звезд и планет. Стройную вихревую модель формирования Солнечной системы выдвинул советский академик Н. Шило.

* * *

Главное в Вихре то, что он вращается. НО ПОЧЕМУ? Современная математика не в силах описать самозарождение вихря даже в более "простой", чем воздух, среде – несжимаемой воде. До сих пор не решена задача о возникновении привычного водоворота, образующегося при сливе жидкости через отверстие в дне сосуда; слишком сложными оказались уравнения и слишком много разнообразных величин в них задействовано, чтобы "поверить алгеброй гармонию".
Что же тогда говорить о галактических завихрениях поперечником в тысячи световых лет? А ведь астрофизики считают, что основополагающим свойством всех галактик является их вращение. Но какова причина этого вращения? Каким образом процесс охлаждения и сокращения массы газа придает ей вращательное движение?
Если спросить геофизиков: "Что за неизбывная сила заставляет Землю кружиться вокруг собственной оси?" Они ответят: "Центробежная сила". А что порождает эту силу? – "Вращение Земли", – таков "глубокомысленный" ответ.
Природа подобна в своих проявлениях. Вселенная на всех своих уровнях – видимых и невидимых – начинена вихрями, вне которых не может быть ни жизни, ни движения. НИ НА БЕЛОМ СВЕТЕ, НИ НА ТОМ СВЕТЕ.
И здесь мы подходим к загадке вихреобразований и вообще – к непостижимой сущности ВРАЩЕНИЯ. Вопросы эти напрямую связаны с самыми глубокими загадками мироустройства.
Вселенная являет собой мириады круговращающихся сфер: галактики собраны в скопления, а те, в свою очередь, в еще более грандиозные сверхскопления и т. д. Одна и та же сила закручивает раковину улитки, бивень нарвала и усики хмеля.
Микробиологам удалось сфотографировать процесс слипания клеток, необходимый для зарождения эмбриона. На увеличенном в 440000 раз снимке обозначились ясные очертания трех – и четырехлучевых свастик: и в микромире жизнь зачинается созидательным вихревым вращением. Даже горе можно "завить веревочкой".
Всюду мы обнаруживаем череду идеально слаженных циклов, кругов, шаров, до бесконечности вмещающихся друг в друга и повторяющих великое в малом. "То, что внизу, подобно тому, что вверху". Это было известно не только Гермесу Тримегистосу: забытый сокровенный смысл нашей деревянной "Матрешки" – идея о единстве и сходстве строения микрокосмоса и макрокосмоса.
Естественное, самопроизвольное вращение присуще и Земле, и всем небесным телам. Почему шар – самая совершенная форма в Природе? Потому, что он – дитя вращения и может вращаться. Круговое движение есть совершеннейшее, – так учил сам Аристотель. Шар заключает в себе совершенство. Совершенство шара в его простоте и подобии себе самому. На это указывал неоплатоник Прокл в гимне "К Гелиосу" и в "Комментариях" к Евклиду.
Природа всесовершенна. Наивысшая красота Природы – в Её целокупности и полной завершенности. Это красота зрелого, законченного в себе бытия, пребывающего в вечном коловращении. О том, что Природа испытывает удовлетворение от собственного коловращения, – говорил один из величайших мыслителей – Джордано Бруно.
В этом коловращении всегда есть возврат к себе, свидетельствующий о вечности и нестарении Вселенной. На языке науки это же утверждает ведущий космолог современности – Фред Хойл.
КОЛОВРАЩЕНИЕ ПОРОЖДАЕТ В МИРЕ ЖИЗНЬ. Недаром самым сильным оберегом от упырей считался у славян СОЛНЕЧНЫЙ КОЛОВОРОТ (по-индийски – свастика).
Древние мудрецы и собственное бытие мыслили тоже как вечно вращающееся веретено, вечное возвращение – перевоплощение. "Душа в человеке подобна тем вечным силам, которые неизменно совершают свой круговоротный бег. Как начало вечно движущееся, она есть то же, что и всякая астральная сила", – писал пифагореец Филолай.
Одна и та же первобытно-волшебная сила правит и русальским хороводом, и "плясовой молитвой" дервиша, и вьюжной круговертью камлающего шамана.
Эта могущественнейшая сила, движущая постоянно сама себя и все миры, – первоисточник всех остальных сил.
За миром энергий скрываются СИЛЫ ЖИВЫЕ. Извечный, самобытный, никем не рожденный РОД сам порождает-одухотворяет всё сущее. "РОД В СЕБЕ" осуществляет себя через ПРИРОДУ.

* * *

ВЕЛИКИЙ НЕПОСТИЖИМЫЙ ДУХ-РОД есть животворящее вихревое дыхание, связующее изнутри воедино всю ПРИРОДУ.
Вернемся к Соловью. Как он стал "Разбойником"?
Русское "соловей" – от славянского "славий". Вещий Боян, поющий славу Роду-Племени, поэтому и назван "соловьем старого времени".
Свист ветра сравнивался с соловьиным щелком. Ветры Буйные – Вихри как действующие лица широко распространены в русских сказках, песнях, поверьях и бывалыщинах. К ним нередко обращаются за помощью как к существам ЖИВЫМ. "Ветер-Ветрило сильновеющий" просит-заклинает Ярославна. Вихорь упоминается в заговорах даже в ХVIII в. Повергнутые языческие кумиры церковь всегда старалась представить как сатанинские; однако, несмотря на все усилия, Вихорь так и не слился с обликом "сатаны", хотя наложение отдельных черт произошло.
Сложный образ Соловья Разбойника – следствие совмещения воедино ряда напластований различных религиозных представлений. Несомненна древнейшая языческая основа образа: это олицетворение Вихря. Но в былинах киевского цикла он действует в реальных исторических обстоятельствах насильственной христианизации Руси Владимиром. Именно тогда Соловей – символический образ сравнительно редкого природного явления-вихря и обретает черты "разбойника". Где повстречал Соловья Илья Муромец? По дороге из Мурома в Киев, которая считалась "непроезжею". А почему "непроезжею"? А потому, что пролегала она по Земле Вятичей – самого крупного восточнославянского племени, наиболее ожесточенно сопротивлявшегося нашествию христоносцев.
Вольнолюбивые вятичи, верные общинно-вечевым порядкам, не признавали князей как верховной власти. Поход на вятичей – закоренелых приверженцев языческих заветов – считался у киевских князей воинским подвигом. Поэтому-то летописец Нестор и сравнивал вятичей и других северян с живущими в лесу дикими зверями, – в отличие от принявших крещение "мудрых и смышленых" полян.
Проповедников христианщины, глумившихся над свещенными народными обычаями, вятичи просто убивали, как это случилось в 1113 г. с Кукшей и Никоном, прибывшими из Киево-Печёрского монастыря.
Христианизация вятичей началась лишь в ХII в. и затянулась аж до XVII в. Крупнейший церковный историк Е. Е. Голубинский в "Истории русской церкви" (1901 г.) пишет, что христианство "распространялось между ними весьма медленно и окончательно воцарилось весьма не скоро" (т. 1, стр. 209). Сказано весьма и весьма мягко, ибо неоднократно восставали вятичи, возглавляемые волхвами, но мятежи подавлялись железом и кровью, а "разбойники" предавались мучительной казни. Народные восстания, носившие одновременно антикрепостнический и антихристианский характер, потрясали Киевский престол. В былине "Три поездки Ильи" говорится:
И наехал на дороге станицу разбойников;И стоит разбойников до пяти сот...И перебил он станицу разбойников...Илья, сын Иванович – богатырь христианский, на что указывает уже самое его иудейское имя и отчество. За что восхваляется Илья придворными лизоблюдами? Заслуга Ильи в том, что он прокладывает дорогу на Киев – опору церкви, мостит мосты в дремучих лесах, расчищает путь "цивилизации" в северную, языческую Русь.
А особо воспевается христианнейший богатырский "подвиг" Ильи, "прирубившего у Соловья всех детушек" (у Соловья девять дочерей и девять сыновей или зятьев, а девятка – свещенное для язычников число).
Нигде, никогда, ни при каких условиях, ни одна разновидность христианства – этой религии "любви и милосердия" – не была введена без помощи огня и меча. Куда ни проходили поборники «истинной веры» на Руси, они действовали одинаково: сначала вырубали свещенные деревья и рощи – чертоги Духов-Покровителей, оскверняли местные погосты и капища.
Как Илья в былине усмиряет разбойничью ватагу? Окружённый станичниками-разбойниками, он стреляет из лука не куда попало, а по свещенному дереву язычников – огромному Дубу:
Угодила стрела в сыр-кряковистый дуб,Изломала дуб в черенья ножевые...Видя это, разбойники в страхе разбегаются. Вслед за тем наезжает Илья на главного "Разбойника".
Соловей всегда сидит на дубах, часто на тридевяти дубах. Илья только с третьего раза сшибает Соловья стрелой заговоренной; очевидно, обычное оружие Соловья не берет. Заговоренная стрела, не связана ли с селом Карачаровым (т. е. Черными чарами), откуда Илья родом? Плененного Соловья Илья привозит в Киев и там казнит.
Соловей свистит, и разбойники тоже перекликаются посвистом. Жилище Соловья именуется домом, теремом, дворищем, заставой воровской: понятно, что заставы преграждали путь христоносцам. Ворами же тогда и вплоть до времен Степана Разина назывались повстанцы против церковно-помещичьей кабалы. ТИТАН-БОГОБОРЕЦ СТЕПАН РАЗИН проклят церковью – и он самый любимый народный герой.
Образ Соловья двойственный, перемежающийся. Соловей не имеет полностью человеческой наружности, но не имеет и законченного облика птицы. С одной стороны, он как будто бы крылатое существо: услыхав, что Илья мостит мост, он со свистом летит ему навстречу. Но с другой стороны, Соловей выглядит одновременно и человеком; он говорит по-русски, чару принимает руками, Илья берет его "за желты кудри". Все домочадцы Соловья – люди.
Противоречие между птичьим и человечьим обликом Соловья можно объяснить только тем, что он – оборотень. Из разных источников известно, что особо могущественные волхвы могли оборачиваться вихрем (их не следует путать со зловредными колдунами). Не был ли знаменитый Соловей одним из таких кудесников?
В победах Ильи над Соловьем и Идолищем, а Добрыни – над Змеем отражено временное торжество христианства над реальными историческими его врагами – защитниками народной Веры и Воли.

* * *

Ни один образ не претерпел, пожалуй, столь разительных изменений в сознании людей, как Баба Яга. Ведунья Яга – заботливая Берегиня Рода-Племени и, прежде всего, детей, превратилась в свою полную противоположность – в детское пугало – людоедку.
Яга – родом из матриархата, когда хранительницей родового очага и первой служительницей Свещенного Огня была ЖЕНЩИНА – ГЛАВА РОДА. Блюстительницами родовых обычаев и руководительницами женских посветительных обрядов выступали наиболее уважаемые женщины – матёрые природные чародейки, перерастающие обычные человеческие мерки. БАБА ЯГА – ЭТО ЖЕНЩИНА-ШАМАН.
Не по летам мудрая, обладавшая волшебной властью над стихиями и дикими зверями, она была одновременно и Хозяйкой Леса, "доктором Айболитом" и заступницей всякой лесной живности. Почитание Лесных Хозяев было несвойственно земледельцам славянского лесостепного юга и являлось, в основном, древнейшим достоянием лесных племен.
В лесной школе Баба Яга научала свещенным пляскам и оберегающим узорам, наставляла в брачных предписаниях и благих заклятиях.
Ко временам матриархата относятся выразительные женские статуэтки из камня, рога и бивня мамонта. Эти т.н. доисторические Венеры олицетворяли не только плодородие, но и изображали Прародительницу-Родоначальницу.
Одно из величайших таинств – зарождение новой земной жизни. Роль отца в рождении ребенка не умалялась, но матери придавалось большее значение. Женщины, призванные к деторождению – воплощению Предков, ближе поэтому к миру Духов-Предков и находятся с этим миром в особых отношениях. И по представлениям современных индейских племён, женщина для Духов более "своя". Согласно древнейшим воззрениям, мир Духов (не только Духов-Предков, но и вообще Природных Духов) – источник всякой жизни, и общение с ним приносит удачу, здоровье и обновление сил.
О разном отношении мужчины и женщины к миру Духов свидетельствует внешнее различие тайных женских обрядов от мужских. Подобные обряды со времён амазонок известны у многих народов. Самой отличительной их чертой является то, что участницы не только не надевали никаких масок, а напротив – обнажались догола. В сильно изменённом виде сходные тайнодейства до недавних пор сохранялись у восточных славян, например обход нагими женщинами засеянного поля во время засухи или круговое опахивание – опоясывание деревни, оберегающее ее от мора.
В древности участники сокровенных обрядов (как мужских, так и женских) ощущали себя как бы преображенными: в них на время вселялись Духи (отсюда: вдохновение, одухотворение, воодушевление). Но если мужчины, уподобляясь таинственным потусторонним существам, пытались как можно сильнее изменить свой облик и наряжались в диковинные одеяния и личины-маски, то женщины, напротив, стремились освободиться от всего искусственного. Они сами по себе, "в чём мать родила", считались подходящим вместилищем для Родных Светлых Сил. Ночные тайные религиозные обряды в честь Диониса-Вакха, сопровождавшиеся ритмичной музыкой и исступленными вертящимися плясками обнаженных менад, назвались в Греции оргиями, а в Риме – вакханалиями. Подобным же торжественным свещеннодейством были и русальные плясовые хороводы; церковники, знающие о них лишь понаслышке, истекая сладострастным ужасом, бичевали "бесовские потехи".
Безотчетная, врождённая склонность женщины снять с себя всё лишнее, мешающее проявлению её свещенного естества, сквозит и в радениях некоторых так называемых сектантов, и в знаменитых бразильских карнавалах – бледных отблесках могучих первобытных мистерий.

* * *

Издревле и повсеместно бытовали представления об особой волшебной силе, присущей женщине, в отличие от психической и физической силы мужчины. В народных преданиях Европы феи и жрицы встречаются гораздо чаще, чем маги и чародеи.
Инквизиторы-демонологи в "Молоте ведьм" задаются вопросом: почему женщина настолько больше предрасположена к ворожбе, чем мужчина, что на десять тысяч сожжённых ведьм приходится лишь один колдун?
В связи с этим обращает на себя внимание тот знаменательный факт, что эпифиз – загадочная шишковидная железа, которую оккультисты отождествляют с "третьим глазом" – органом телепатического общения и ясновидения, развита сильнее у женщин, чем у мужчин, и у детей больше, чем у взрослых.
Индоевропейцы почитали одарённых прозрением женщин как великих вдохновительниц народов: обладавшие большей силой интуитивного предчувствия, восприимчивые к магнетическим токам Земли, чуткие к лунным влияниям, они распознавали скрытые свойства трав и самоцветов, волшебной палочкой отыскивали целебные воды. В исландских сагах женщина, обнимая мужа, уходящего на поле брани, руками уже чувствует места будущих ран.
Пифии и Сивиллы указывали племенам путь в новые земли, Валькирии вели их в битву, решали день сражения. Лишь средневековые мракобесы превратили светлых вещих дев в зловещих ведьм, какими они изображены в "Макбете".
Знаменитые греческие волшебницы – сродни Солнцу: Цирцея – дочь Гелиоса, а почитавшаяся некогда живой богиней Медея – его внучка.
Древние германцы, по свидетельству Тацита, почитали своих женщин, обладавшим даром пророчества – не простыми смертными, а свещенными существами, и относились к их советам, как к оракулам. Таковой была прекрасная белокурая Велледа, в которой германские племена видели земное воплощение божества.
Кельты боготворили своих друидесс, могущественных как сипы Природы и обладавших той же чистотой.
Женщина играла большую роль и в жизни славянских племен: исторические источники рассказывают о вещих женах – правительницах Любуше и Ванде, предания повествуют о Царь-Девице и царевне Волхове. Позднее замороченные христиане восприняли библейский взгляд на женщину, как на существо низшее, неполноценное и нечистое. "Любодеица дьявола, супруга адова, невеста сатанина" была особо ненавистна монахам – мужеложцам.
Мы не сохранили даже имен многих тысяч наших великомучениц, вплоть до XVIII в. заживо сожигаемых православными изуверами; сама память о них тоже вытравлялась каленым железом:
... Стонало озеро, кричало,Метались в ужасе дубровы.Дым от костра валил багровый.Жгли Берегиню. Русь молчала...Злата Багряна
* * *

Дажьбог не спас Русь от бога христианского. Значит ли это, что язычество оказалось не действенным с оккультной точки зрения? Нет, конечно.
Церковники победили не в смысле какой-то вселенской битвы Добра и Зла: можно ли победить Солнце? Они победили людей, усыпив их совесть с помощью лжи; людей, отступивших от сыновнего почитания Матери-Природы и потому осиротевших, беззащитных.
Скоро Русь была покорена татарами, а от языческой Литвы, где продолжали чтить свещенные дубравы, татарские орды отхлынули.
В забвении нами нашего исконно-индоевропейского СВЕТОСЛАВИЯ, прежде всего, виноваты не внешние силы, а мы сами. Иначе как можно объяснить, что одна семитическая секта подчинила своей власти сначала Рим, а затем римским мечом всю Европу, а другая, вышедшая из того же авраамического лона, подобно раковой опухоли поразила столь обширные области южных ариев и, прежде всего, Иран?
Порабощающий Природу народ утрачивает своих Родных Духов-Покровителей, и сам становится рабом чужеродного "бога".
Сейчас бал правит Иегова, но он смертен. ОН УМРЕТ, как только люди откажутся от поклонения ему. Современная власть кагала – это всего лишь сговор имущих над неимущими, и длится эта власть, пока люди выполняют условия этого преступного сговора. Надо открыть людям приток сил от ЧИСТЫХ ПРИРОДНЫХ ИСТОЧНИКОВ, и Иегове придет конец!
Живой мистический опыт поддерживал жизненные силы язычества на протяжении многих столетий. Что питает сейчас неоязычество?
Да сама жизнь: бессилие материалистических религий и наук ответить на сокровенные запросы души. Скудоумный ищет утешения в науке, безумный – в боге, мудрый – в Природе. Быть язычником в наши дни – значит ощущать веяние Стихий, жить и действовать в согласии с Волей Природы, которая сама готовится к ВЕЛИКОЙ ЧИСТКЕ.
Враги прекрасно понимают, что древнее язычество и есть подлинная духовность русского народа, и восстановить исконно Русскую Веру – значит восстановить непоколебимость Русского Духа, восстановить Русскую Волю, утраченную нами тысячу лет назад, а это противоречит планам окончательного закабаления страны и мира.
РУССКИЙ ДУХ можно только усыпить, но уничтожить, умертвить его невозможно: здесь заявляет о себе бессмертный РОДОВОЙ ДУХ. И наших славных Чуров-Пращуров невозможно купить, украсть, завоевать: их можно только забыть. Но они всегда здесь, подобно Солнцу, которое всегда с нами, вне зависимости от того, ясно или пасмурно, день или ночь.
За Победу надо сражаться, помня о том, что свещенные первообразы не умерли, а всего лишь затаились в коллективном бессознательном народа. Наша цель – пробудить их. Только Великая Цель может породить Великую Силу. Сила эта зарождается сначала в умах и сердцах немногих, а затем стремительно воплощается в сознании и воле всего народа. Корень не подрублен, наследственная пуповина не обрезана!
Поначалу тяга к родным истокам не осознается на рассудочном уровне; тут главенствуют безотчетные, врожденные побуждения. Чисто чувственно они проявляются как тоска по прошлому, и даже его романтическая идеализация.
Сломив внешнее сопротивление, церковь была вынуждена уживаться с языческим мировоззрением русичей. Фольклор свидетельствует об очень поверхностном проникновении новой заморской религии в сознание людей. В быту, обычаях, народно-изобразительном искусстве языческие идеалы сохранились почти нетронутыми до самого XX века.
В конечном итоге власть над душой человека поповщине так и не удалось завоевать. Лучше всего об этом говорят наша революция и гражданская война, которые, в своих лучших, бессознательно-языческих порывах, были ни чем иным, как религиозным переворотом; возмущением мужицкой стихии, покончившей с многовековым засильем православной кривды. Братоубийственную гражданскую войну на Руси развязали христоносцы в 988 году, а в 1918 они умылись кровью.
Национальный характер реализуется во многом на уровне подсознания: "идейных" язычников среди русских не так уж и много, но зато все так называемые атеисты являются в той или иной мере язычниками, даже не осознавая этого. Именно этим объясняется всеобщая нелюбовь коренного населения к западной машинно-капиталистической цивилизации и ее "ценностям".

* * *

Язычество – это совокупность воззрений и познаний касательно таинственных сил Природы и человека. Современное язычество – это движение не назад – "в пещеры", а вглубь. Налицо бессознательное, невольное движение новейшего естествознания по тому же направлению – в глубь бездонного колодца древней мудрости. Ищущие эту мудрость где-то на чужой стороне подобны сидящим на сундуке с сокровищами и тянущими руки за милостыней.
Язычество – это и есть то самое природоохранное сознание, об утрате которого нынче так много говорится. Не экология, – не учение о доме – природном обиталище требуется людям, чтобы выжить, а ЛЮБОВЬ К ПРИРОДЕ. У народов осталась единственная опора перед лицом надвигающейся всемирной катастрофы; это естественная опора – МАТЬ-ПРИРОДА, ибо все искусственные религии и доктрины запачканы ложью и кровью.
Наиболее ярко, полно и последовательно нечестивое отношение к ЖИЗНИ – СВЕТУ – ПРИРОДЕ выражено и узаконено в библии – в её человеконенавистнических и природоненавистнических установках. Христианству удалось провести переоценку ценностей и внушить людям губительные духовно-нравственные понятия. Отчуждение человека от Природы, от Родных Светлых Сил, безмерно облегчило силам Зла задачу физического и духовного закабаления человечества.
Природопожирающий капитализм есть уродливое порождение христианской цивилизации. НО ОНА ОБРЕЧЕНА И КАТИТСЯ В ПРОПАСТЬ. Безумны попытки доморощенных реформаторов гнаться за этой убегающей в небытие цивилизацией.
Рыночная экономика мыслима только в условиях роста производства, то есть искусственного раздувания потребностей и соответственного наращивания объема перемалываемых природных ресурсов. Но гонка потребления (погоня за прибылью!) в условиях неумолимого сокращения этих ресурсов делает невозможным дальнейшее безудержное развертывание производства. Крах капиталистической экономики – не за горами; это дело сравнительно близкого будущего.
Однако навязанный человечеству технократический путь развития завел его в экологическую ловушку, в тупик. ЕДИНСТВЕННЫЙ ВЫХОД ИЗ ТУПИКА – НАЗАД.
Назад к своим изначальным языческим ценностям, назад от культа наживы к культу Жизни, назад к своей солнечной религии – обожанию Природы. Только возврат к природосообразному укладу жизни, основанной на разумном достатке и способной к самоограничению, даст человечеству какую-то возможность выживания.
Начавшаяся экологическая катастрофа, умножение неизлечимых болезней и все прочие глобальные потрясения – есть только следствия безнравственного библейского отношения к Природе. ЗЕМЛЮ ОТРАВЛЯЕТ ХРИСТИАНСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ. Экологи же, подобно медикам, борются не с возбудителем болезни, а с ее внешними проявлениями. Но сражаться с "загрязнением окружающей среды", не познав и НЕ УСТРАНИВ саму смертоносную причину недуга – все равно, что плевать против ветра.
Бить надо не в бровь, и не в глаз, а под дых! Причина всех бедствий – та цивилизация, которая господствует в современном мире и при которой банкиры-ростовщики осуществляют свою власть над человечеством. Эта растленная, цивилизация бессмысленна, противоестественна и неправомерна. ОНА ЕСТЬ ЗЛО. Единственное оправдание этого зла в том, что оно пробудило дух сопротивления в сердцах сильных и чистых людей – Язычников, достойных этого имени и гордящихся им.
Народы всего мира ощущают этот страшный гнет и, еще не осознанно, но ищут способы сбросить с себя рабские оковы. Вот почему у нас и в Европе быстро и повсеместно возрождается дохристианское мировоззрение, несмотря и даже вопреки тому, в каком дурацком виде оно преподносится обывателю средствами массовой информации.
Узколобый, самодовольный национализм, всяческое мессианство и высокомерный расизм должны быть преодолены. Оставим этот маниакально-депрессивный психоз "богоизбранным".
И у немцев, и у русских, и у французов, и у всех коренных народов – враг общий: сионоамериканский империализм.
Ни один народ, если его взять в отдельности, не может быть выразителем ЯЗЫЧЕСКОЙ ИДЕИ, как не может "правильно" славить Солнце только какой-то один вид растений. Эта Идея явит себя в единении всех солнцепоклонников против мирового зла на основе своего общего культурного наследия. СВЕТОСЛАВИЕ – ЭТО НАШЕ ОБЩЕЕ РОДИМОЕ МЕСТО.
Мы должны выковать цельный победоносный меч из кусочков руды, безразлично, какого они цвета. Возврат к объединяющей природной основе позволяет вернуться к глубинному смыслу понятия "национализм". Естественный, благородный национализм имеет религиозную основу: у язычников начало религиозное и начало национальное совмещались.
Национализм – это не проповедь национального превосходства. НАЦИОНАЛИЗМ – ЭТО ВОЛЯ НАЦИИ К САМОУТВЕРЖДЕНИЮ. Национализм – это врожденное стремление народа сохранить свою собственную суть, свою духовно-почвенную самобытность, свою национальную культуру, то есть всё то, что входит в понятие "язычество".
Национализм – это борьба за независимость народа и Родины против иноземных поработителей. Возрождение национального самосознания возможно только на языческой основе: ПРИРОДА – РОДИНА – НАРОД.

РОДУ СЛАВА!СВЕТУ СЛАВА!ПОБЕДЕ СЛАВА!