PDA

Просмотр полной версии : Китай, судьба Сибири



ЧебоксарецС
06.01.2010, 03:45
Китай, судьба Сибири (http://inosmi.ru/social/20091231/157319823.html)

("Foreign Policy (http://inosmi.ru/foreignpolicy_com/)", США (http://inosmi.ru/country_usa/))
На российско-китайской границе, часть 3
Джошуа Кучера (Joshua Kucera)



© РИА Новости | Купить иллюстрацию (http://visualrian.ru/images/item/467307)
Празднование 60-летия КНР в Пекине
Комментарии (http://inosmi.ru/social/20091231/157319823.html#comm):118
31/12/2009
БЛАГОВЕЩЕНСК, Россия. Отправляясь на российский Дальний Восток, я думал, что российско-китайская граница чем-то напоминает границу США и Мексики: бедные темнокожие люди тайком перебираются через реку на север в поисках работы, вызывая недовольство и раздражение у белых людей.

Бедные китайцы действительно перебираются на российскую сторону, и работают они за меньшие деньги, чем русские. Да и громкие заявления по поводу иммигрантов, которые мы слышим в США, можно услышать также и в России, которая говорит о "желтой угрозе". Однако эта паранойя преобладает все же в Москве, а не на Дальнем Востоке России. Здесь у каждого есть свой любимый пример того, как другие русские преувеличивают масштабы китайского присутствия. В московской прессе появляются сообщения о том, что китайцы составляют половину населения Благовещенска, или что в России есть десятки китайских деревень, не нанесенных ни на одну карту. "Я слышал разговоры о том, что улицы в Благовещенске называют в честь китайских генералов, и что в местном городском совете есть китайцы", - рассказал мне Михаил Кухаренко, возглавляющий Институт Конфуция в Благовещенске, который финансируется китайским правительством.

Заметного присутствия китайцев в Благовещенске не отмечается, хотя здесь их больше, чем в любом другом месте России. Отчасти это объясняется жесткими государственными ограничениями на приезд китайцев в страну. Есть здесь пара так называемых китайских рынков, где продавцы из Китая торгуют дешевой одеждой и электроникой. Но такие рынки можно найти по всей России и в других странах бывшего восточного блока. Есть здесь достаточно большое количество китайских ресторанов, старающихся угодить вкусам россиян. Именно здесь я впервые попробовал жареную картошку.

Но на улицах китайцев очень мало. Можно увидеть лишь немногочисленных туристов, фотографирующих памятник Ленину и восстановленную арку, которая была построена в честь поездки царевича Николая на Дальний Восток в 1891 году.

Что примечательно в Благовещенске, так это тот энтузиазм, с которым русские, в отличие от своего правительства, говорят о Китае. Если некоторые бедные китайские граждане приезжают в Россию в поисках работы, то образованные представители российского среднего класса все чаще едут в противоположном направлении. Среди тех молодых, говорящих по-английски россиян, с которыми я встречался в Благовещенске, почти каждый работал в Китае в том или ином качестве. Многие жили там. Один из них, Сергей, только что вернулся с работы из Шанхая. Он с восторгом говорил о том, насколько китайцы более дружелюбны, открыты и оптимистичны по сравнению с россиянами.

Один момент в российско-китайских отношениях кажется особенно показательным: подавляющее большинство смешанных браков между китайцами и россиянами - это браки китайских мужчин и российских женщин. Отчасти это вызвано факторами демографии - у России избыток женщин, а в Китае слишком много мужчин. Но одна русская женщина сказала мне так: "Китайские мужчины добрее и внимательнее к своим женам. И у них обычно больше денег".

На факультете международных отношений Амурского государственного университета в Благовещенске количество изучающих китайский язык студентов увеличивается с каждым годом. Теперь в качестве первого иностранного языка больше студентов изучает китайский, чем английский. Факультет закрывает свое отделение европейских исследований, а также прекращает преподавание немецкого и французского языков. Скоро здесь будут преподавать только китайский и английский.

"Китай это судьба Сибири; наше настоящее и будущее во всех отношениях зависит от того, что будет происходить в Китае, - сказал мне профессор Иркутского государственного университета и авторитетный специалист по российско-китайским отношениям Виктор Дятлов, - единственное направление, в котором мы можем двигаться, это интеграция и сотрудничество между Россией и Китаем. Но мы не знаем, какие формы примет такая интеграция".

Однако такая интеграция местного масштаба с Китаем не имеет большого значения для более широкой картины, говорит Дятлов. "Будущее Сибири и ее народа решается не здесь, а в Москве, - отмечает он, - то, что думают люди в Сибири, неважно. Сибирь это национальная сокровищница, и местное население служит лишь для того, чтобы помогать государству в освоении этих богатств".

Действительно, многие люди жалуются, что Москва обращается с Дальним Востоком России как с дойной коровой, и эксплуатирует его, чтобы получать экспортную прибыль от Китая. При этом она мало заботится о жизни местного населения. В феврале 2009 года Россия и Китай подписали соглашение о поставках нефти сроком на 20 лет стоимостью в 25 миллиардов долларов. К концу этого срока может получиться так, что Китай будет покупать четверть импортируемой им нефти у России и стран Центральной Азии. Большая часть этой нефти будет поступать из Сибири по трубопроводу, первоначальный маршрут которого проходил в опасной близости от известного своей девственной чистотой озера Байкал. Это вызвало протесты у сибиряков.

Недавно Россия также начала продавать в Китай электроэнергию с Бурейской ГЭС, стоящей на притоке Амура, причем по более низкой цене, чем платят за электричество россияне в Благовещенске. "Нам это не нравится, - говорит декан факультета международных отношений Амурского университета Светлана Косихина, - электричество здесь дорогое, и если мы будем продавать его в Китай, то оно станет еще дороже".

Даже местное население проявляет значительную подозрительность по поводу китайских намерений и планов в отношении российского Дальнего Востока. Кухаренко (будучи директором местного Института Конфуция, он работает на китайское правительство) считает, что многие из обучающихся в Благовещенске китайских студентов – шпионы: "особенно те, кто постарше, и кто уже хорошо говорит по-русски". Ходят также слухи о том, что в соседнем китайском городе Хэйхэ есть секретный музей, куда водят только китайских туристов. Там якобы есть карта, где показано, как Китай будет владеть Дальним Востоком России.

"Мы не боимся, но мы обеспокоены. Мы просто не понимаем, что они собираются делать. Они в любой момент могут напасть на нас, - говорит Косихина, - у нас есть поговорка: "Пессимисты учат китайский".

Роланд
06.01.2010, 10:35
А реалисты автомат Калашникова!

Waffen_SS
28.03.2016, 12:32
Китайские «раковые деревни» (ФОТО)


http://chinababe.ru/wp-content/uploads/2015/01/11.jpg
http://chinababe.ru/wp-content/uploads/2015/01/21.jpg
http://chinababe.ru/wp-content/uploads/2015/01/31.jpg
http://chinababe.ru/wp-content/uploads/2015/01/4.jpg
http://chinababe.ru/wp-content/uploads/2015/01/6.jpg
http://chinababe.ru/wp-content/uploads/2015/01/9.jpg
http://chinababe.ru/wp-content/uploads/2015/01/14.jpg
http://chinababe.ru/wp-content/uploads/2015/01/17.jpg
Британский фотограф индийского происхождения Сувид Датта еще в юном возрасте узнал о том, насколько загрязнена окружающая среда в Китае. Когда он учился в школе-пансионе, брат одного из его друзей в 16 лет умер от рака легких. Их семья была из Китая. По предположению доктора, одной из причин болезни стали микрочастицы пыли в его легких. Когда человек вдыхает эти крошечные и зачастую токсичные частицы, они проходят через легочную мембрану и попадают в кровь. Хотя это не всегда приводит к раку, такие микрочастицы, являющиеся побочным продуктом сжигания угля, весьма пагубны для здоровья В Китае эта пыль стала частью повседневной жизни. Сувид надолго запомнил такой урок о загрязнении окружающей среды. Годы спустя, когда он начал документировать проблему, то столкнулся с другим странным феноменом, который существует только в Китае — «раковыми деревнями». Сувид Датта несколько месяцев путешествовал по Китаю и снимал такие места. Журнал VICE поговорил с ним о загрязнении окружающей среды, раке и надежде.
Сувид надолго запомнил такой урок о загрязнении окружающей среды. Годы спустя, когда он начал документировать проблему, то столкнулся с другим странным феноменом, который существует только в Китае — «раковыми деревнями». Сувид Датта несколько месяцев путешествовал по Китаю и снимал такие места. Журнал VICE поговорил с ним о загрязнении окружающей среды, раке и надежде
— Ты можешь объяснить, что такое «раковые деревни»?
— Это населенные пункты, окруженные химическими заводами или угольными электростанциями, атмосфера, почва и водоемы здесь очень загрязнены, обычно тяжелыми металлами. Это целые деревни, где в каждом доме есть кто-то, кто умирает от рака или заболеваний органов дыхательной системы.
— Как ты находил такие места?
— Я много работал с неправительственными организациями, некоторые места я находил в местных новостях, через социальные сети и на картах Google. Но когда я прибывал на место, мои планы часто менялись. Многие люди и организации отказывались со мной работать, я понимал, как трудно просто найти того, с кем можно обсудить эту проблему.
— И что тебе приходилось делать?
— Синтай (провинция Хэбэй) был назван самым загрязненным городом Китая в 2013 году, поэтому это было одно из первых мест, куда я поехал. У меня не было проводника или переводчика. Только девушка из местной гостиницы, которая немного знала английский, согласилась помочь мне и прошлась со мной по окрестностям. Когда мы вышли к городской окраине, мы встретили парня по имени Чжан Вэй, который присел у могилы своего брата, умершего от рака легких и отравления хромом. Услышав его историю, я понял, что мой приезд сюда оправдан. Я почувствовал, что у меня есть что-то важное, чем я должен поделиться с миром.
— Плохая экология не повлияла на тебя самого?
— Летом у меня иногда проявляется аллергия, но всего через несколько дней в Синтае, я почувствовал, что со мной что-то не так. В моей слюне был коричневый осадок. Я могу только представить, каково жить там постоянно.
— Что говорили местные? Они были открыты к общению?
— Да, многие люди рассержены такой ситуацией и хотят, чтобы их голос был услышан. Я был удивлен этому. Перед тем, как приехать сюда, я думал, что местные жители не захотят общаться. Но когда я попал в сельские районы, где дело обстоит хуже всего, я увидел разгневанных людей. У каждого здесь есть знакомый, имеющий проблемы со здоровьем.
— Сталкивался ли ты со случаями, когда людей заставляли молчать?
— Я контактировал с женщиной, которая последние 17 лет пыталась привлечь внимание к проблеме загрязнения водоемов в ее деревне. Они собирала данные о том, кто болел раком, где они жили, какие компании сбрасывали отходы. Она также собирала доказательства — фотографии, образцы воды в бутылках — зеленого и синего цветов. Когда я приехал, чтобы встретиться с ней, я заблудился и не смог найти дорогу к ее дому. Я решил обратиться к работникам местной пожарной станции, подумав, что они смогут помочь мне. Услышав имя этой женщины, они позвонили одному из местных чиновников, который сообщил мне, что она умерла. Работники станции также сказали, что мне лучше уезжать отсюда, и если кто-то узнает, что я контактировал с ней, то у меня будут проблемы, Позже я все-таки нашел ее дом, но буквально через 5 минут туда приехала полиция.
— Давайте поговорим о снимках. Твои фото отличаются тем, что больший акцент делается на людей, чем на отравленные пейзажи. Почему?
— Я сконцентрировался на людях, потому что мало кто моего возраста по-настоящему беспокоится о загрязнении окружающей среды. Мы просто завалены снимками, на которых изображена катастрофа — дети в защитных масках, апокалиптичный смог и другие похожие вещи. Это дистанцирует нас от проблемы. Когда я задумался о том, что побудило меня поехать туда, я понял, что это был жизненный опыт моего друга. Мне было интереснее то, что происходит с людьми. Для меня это было главным.
— Как общественность отреагировала на твои снимки?
— Я думаю, что главной реакцией была злость, и я рад этому. Эти снимки должны рождать именно ее. Когда вы видите, как люди борются против абстрактной корпоративной силы, которая лишает их права на доступ к чистой воде, злость — это правильное чувство.
— А какова была реакция твоего друга, который потерял брата?
— Он вдохновлял меня. Он сам пострадал от этой проблемы, но сейчас он живет в Пекине, там где люди живут в хороших домах, где есть очистители воздуха. Им не приходится задумываться о том, что происходит в маленьких деревнях. Он был рад, что я смог привлечь к этому внимание.

Источник: http://ekd.me/2015/01/cancer-villages/