PDA

Просмотр полной версии : Емеля въ исторiи Россiи



Сказочникъ
30.01.2007, 17:48
В те времена, когда была Россия
Забытой Богом маленькой страной,
Москвою правил грозный царь Василий
Иванович с седою бородой.

Давно уж надоевшую царицу
Он в монастырь Рождественский сослал.
Но был он однолюбом, и девицу
Другую в жены брать себе не стал1.

Но главной у царя душевной раной
Единственная дочь его была.
Звалась она в народе Несмеяной,
Поскольку улыбаться не могла.

Весь день уныло в тереме потеет,
Мизинец в нос засунув на вершок.
А если кто смешить ее затеет,
В того кидает свой ночной горшок.

И чтоб поставить в этом деле точку,
Решил указ Василий объявить,
Что выдаст за того он замуж дочку,
Кто б эту дочку смог развеселить.

А в те же дни в деревне под Москвою
От стен столицы в двадцати верстах
Жил в доме бедном с матерью-вдовою
Один Емеля – молодой простак.

Хоть в грамоте знавал он толку мало,
Мог матери в хозяйстве подсобить.
Однажды утром мать его послала
На пруд замерзший за водой сходить.

Идет к пруду Емеля мимо школы
И весело пинает пред собой
Пустую банку из-под пепси-колы.
И вот, когда пришел он за водой

В лаптях, в потертых джинсах и в рубашке,
Ворон по всей округе распугав,
Проделал взрывом гексогенной шашки
Он прорубь – так всегда он поступал.

Вы спросите, откуда, в самом деле,
Добыть в деревне можно гексоген?
Его в снарядах находил Емеля
В развалинах завода Мосрентген.

В одном ведре, как каждый раз поутру,
Была простая грязная вода.
В другом же вместе с тиной и мазутом
Плескалась щучка фунта так на два.

«Ништяк, – подумал про себя Емеля, -
Форшмак2 отличный приготовит мать»,
Но щука мысль его уразумела
И начала Емелю порицать:

«По что меня задумал погубити?
Аль пропил совесть в кабаке вчерась?
А я тебя уж было наградити
Подумать грешным делом собралась».

Емеля был невежествен в науке.
Научных объяснений не найдя,
Подумал он, что говоренье щуки
Есть результат кислотного дождя,

Прошел который на канун Покрова
И много бед в деревне натворил.
К примеру, бык у фроловой коровы
Теленка трехголового родил.

А в воскресенье с кафедры церковной
Отец Герасим может и не врал,
Что в час ночной над самой колокольней
Недавно Змей Горыныч пролетал.

Змей иль дракон, Емеле безразлично,
Попы всю жизнь народ пугают зря.
Но как закон Емеля знал отлично:
Животных говорящих есть нельзя.

Хоть с виду мясо их обыкновенно,
Однако очень даже может быть,
Что это мясо геном мутагенным
Твою утробу может заразить.

Хотя бы взять покойного Федула –
Он говорящих раков как-то съел.
Сначала начались расстройства стула,
Потом внезапно раком заболел.

«А если щука маме в самом деле,
Расскажет, что в кабак я заходил,
Она давать не станет больше денег», –
Подумал он, и щуку опустил.

А руку вытер снегом он брезгливо,
Взял ведра и пошел уже домой,
Но за спиной услышал глас счастливый
Сего повествования герой:

«Захочешь если, чтоб без промедленья
Какое-либо дело провести,
Для этого «по щучьему веленью»
Достаточно тебе произнести».

Застыл сперва Емеля в изумленьи,
Потом сказал «попробуем» себе.
И произнес: «по щучьему веленью».
Качнулись ведра и пошли к избе.

Пришли домой, на лавку влезли сами
И замерли. А мать и говорит:
«Уже вернулся? Съезди за дровами,
А то мне печку нечем затопить».

Видать, у мамы в памяти прореха.
Ведь лошадь сдохла прошлою зимой.
Теперь, куда захочешь если ехать,
Тащиться к председателю домой.

Просить его коня или кобылу,
Чтоб в сани заржавевшие впрягать,
Ведь на Руси спокон веков так было:
Обязан председатель помогать

То транспортом, то стройматериалом,
То агрономшу отвезти в роддом.
Но, правда, председателей навалом,
Которым это делать вечно в лом.

Емеля с председателем был в ссоре.
Был на Емелю председатель зол,
Что написал Емеля на заборе
Дословно: «Предсeдатель нашъ – козёлъ».

«Черт с ним, с конем», – подумал наш Емеля
И, бросив в сани «Дружбу» и топор,
Он произнес: «по щучьему веленью».
Помчались сани в лес во весь опор.

Бежит Емеля, сани догоняет,
Запрыгивает в них он на ходу.
Увидев это, бабки уж болтают,
Что этим он накликает беду

На всю деревню, ведь Отец Герасим
Рассказывал, что был один ведьмак,
Который прошлым летом в тарантасе
Без лошади поехал просто так.

А вслед за этим над его деревней
Нависла неминучая беда:
В болоте пробудился ящер древний,
И рано наступили холода.

Тем временем Емеля мчится к логу.
По льду пересекает реку он
И бывшую железную дорогу,
Разобранную на металлолом.

Топор с пилою он пускает в дело,
В обратный путь поехал, дров набрав.
А в этот миг ему навстречу едет
Из Польши королевич Владислав

В большой карете свататься к царевне,
Прослышав про Василия указ.
Уж до Москвы осталось две деревни.
Но за рулем Емеля в первый раз.

Случалось если вам порою ездить
На снегокатах типа «Аргамак»,
Вы знаете, что тормознуть на месте
Подобный транспорт может кое-как.

А если это те простые сани,
Которые однажды прямо враз
Единственным подвижным средством стали
С тех пор, как нефть закончилась у нас?

Свернуть с дороги не успел возница.
Емеля ж, хоть и жал на тормоза,
Но все же не успел остановиться
И долбанул карету два разa.

Принц вылетел в наружу. Только ноги
Торчали из сугроба. А конвой
Драгунский подотстал в тот раз немного.
Емеля же успел удрать домой.

Но доблестный капрал Тадеуш Бжехва
Успел Емелин номер записать.
И до Кремля кортеж когда доехал,
Сумел про все по-русски рассказать.

Его подробно расспросил Василий
И грозный царь подумал и решил,
Что та езда без лошадиной силы
Вполне б могла царевну рассмешить.

Поэтому премудрый царь Василий
В реестре этот номер отыскал
И во дворец доставить, хоть насильно,
Емелю вслед за этим приказал.

Гремели барабаны, а фанфары
Во всю старались их переорать.
Из врат Кремля отправились рейтары,
Чтоб нарушителя арестовать.

Дорoгою Калужской стародревней
Лихих рейтар несется эскадрон.
А в этот час в емелиной деревне
Уже хотят поджечь емелин дом

Его соседи. А отец Герасим,
Чтоб церкви не ронять авторитёт,
Cвоим пропитым профундовым басом
На все село анаfему поёт.

Вдруг слышен топот: скачет третья рота
Четвертого рейтарского полка:
«Где преттсеттатель?» «Председатель – вот он».
И тут же его взяли за бока.

«Емеля бунтовщик опасный очень, –
В ответ им председатель говорит, –
Поэтому считаю: надо срочно
Его халупе крышу подпалить.

Высказывал крамольные он мысли.
На партсобранье не загнать никак.
А в понедельник дал он коромыслом
Мне вот сюда. Вот, до сих пор синяк».

«Нам сатнитсу покасыфать не натто.
Наттень штаны, ити та и скаши:
Херр хауптман барон фон Шикельгрубер
Таёт карантия, что сохранет шиснь

Емеле, если тот без прометтленья
С пофинною к тсарь-батюшка придет
И сфоего приротного яфльенья
Там демонстрациoн3 происфедет».

Ответил председатель: «Рад стараться!»,
Двух полицаев подозвал к себе,
Поскольку самолично побоялся
Он подойти к емелиной избе:

«А пес их знает, вдруг его мамаша
Припрятала за печкой пулемет, –
Подумал он, – она ж в деревне нашей
Уж сорок лет, как ведьмою слывет».

К избе подходят оба полицая:
Один стучится в дверь, другой в окно.
И тот, что старше, громко восклицает:
«Тебе в Москве пора уж быть давно.

Ты слышал, что сказали эти фрицы?
Чтоб ты к царю немедленно прибsл,
И лично извинился перед принцем
За то, что ты его карету сбил».

В Москве Емеля не бывал ни разу
Да и в избе не хочется сгорать.
Поэтому он согласился сразу
Родной страны столицу повидать.

Но как ему из дому выйти? Сразу
Его ж соседи могут подстрелить.
Тогда Емеля произносит фразу,
Ту самую. И печка в тот же миг,

Сорвавшись с места, стену протаранив,
На всех парах помчалася к Москве.
Осколками стены слегка поранив,
Кого-то из зевак по голове.

А в это время из Москвы обратно
В Варшаву принц отправиться решил.
Свою задачу справил он отвратно,
И Несмеяну он не рассмешил.

Его карету тянут на буксире.
Принц едет следом в списанных санях
Которые отдал ему Василий,
Из гаража их выкинув на днях.

В те времена, когда еще случались
Аварии с участием печей,
Мгновенно сани в щепки превращались
Под тонной силикатных кирпичей.

Вот и сейчас, когда Емеля мчался,
Особо за дорогой не следя,
На принцевский кортеж он вновь нарвался,
На этот раз на сани налетя.

И оказался снова принц в сугробе.
Капрал же Бжехва, саблю обнажив,
Подумав, что Емелей принц угроблен,
Решил Емелю насмерть зарубить.

Тадеуш в миг Емелю догоняет,
Занёс над ним он саблю уж, но тут
С прискорбием пан Бжехва замечает,
Что стал его стегать его же кнут.

Не тот Кнут Ларсен, швед, что в плен недавно
Тадеушем под Саласпилсом взят,
А самый настоящий – тот, чем надо
Не всадников, а лошадей стегать.

Потом догнали Бжехву и рейтары.
Потом над ухом «Хальт!» он услыхал,
Потом еще посыпались удары,
Потом и вовсе он с коня упал.

И выплюнув два зуба на дорогу,
Решил Тадеуш русским отомстить,
Решив, что знает он довольно много,
Того, чем русских можно победить.

Хоть русский воин к голоду привычен,
Хоть грязь и холод русским ни по чем,
Однако сохранен у них обычай
Стволы винтовок чистить кирпичом.

У русских не проводятся ученья,
Полкам не ставят боевых задач.
Бытует повсеместно привлеченье
Солдат на стройки генеральских дач.

Решил Тадеуш, что по возвращеньи
Все королю-папаше донесет.
И этим донесеньем впчатленье
Благоприятное произведет.

Еще добьется этим извиненья,
Что он за принцем плохо уследил.
И этим самым оба столкновенья
В окрестностях Москвы он допустил.

Еще за то, что юный принц в дороге
Потратил много лишних денег зря.
Что во дворце на стол он ставил ноги,
Что ручку «Паркер» стибрил у царя,

Что Владислав в Смоленске так напился,
Что русских девок в номер зазывал,
А за десертом спьяну помочился
В еще кипевший русский самовар.

Король-папаша Зигмунд Третий Ваза4
С радушием вернувшихся встречал.
Доклад капрала выслушал три раза
И на него ничуть не осерчал.

На зависть всем дворцовым кавалерам,
Чтоб показать, что он не помнит зла,
Он производит Бжехву в офицеры
И выдал орден Белого Орла.

Хоть провалилась вся его затея
На Несмеяне принца поженить,
Чем в жизнь претворена была б идея
Державы вместе две объединить,

Есть у поляков новая забота.
И той заботе рад король вдвойне.
Теперь пусть дипломаты пишут ноту,
А войско пусть готовится к войне.

Постойте, про Емелю ж мы забыли.
К полякам мы еще вернемся вновь.
Пока они свой транспорт починили,
Да Бжехва оттирал от рожи кровь,

Емеля уж по Якиманке мчался.
И на Полянку он с нее свернул.
А перед речкой так он разогнался,
Что без моста ее перемахнул.

За речкой печка мягко приземлилась,
Потом вписалась плавно в поворот,
И тут же наш Емеля очутился
У самых Тимофеевских ворот.

У церкви Константина и Елены
Сам государь Емелю повстречал.
От удивленья кровь застыла в венах,
Со страху царь Василий закричал:

«Как ты посмел в Кремле на печке ездить,
Тем более еще и без колес?
Да из какого будешь ты уезда?
А ну-ка, убирай свой паровоз!»

«Уезд у нас Подольский, слава Богу.
За Теплым Станом честь имеем жить.
Нарочно я отправился в дорогу,
Чтоб с государем лично говорить.

Ведь ты же сам сказал своим рейтарам
Позвать меня в кремлевский свой дворец.
Надеюсь, я прибыл сюда недаром?
Узнать, зачем, мне можно, наконец?»

«Так ты и есть Емелька, сын Романов?
А почему тогда на печке тут?»
«В Москву в санях не отпустила мама.
Боялась, что могло меня продуть».

В тот час царевна в тереме сидела
И семечки щелкала у окна.
И как на печке в Кремль въезжал Емеля,
В тот самый миг увидела она.

Покинув терем, встала под навесом.
Потом присела рядом на порог.
И с самым неподдельным интересом
Внимала этот странный диалог.

Емелина последняя же фраза
Любого б наповал могла убить.
Ее услышав, Несмеяна сразу
Вдруг перестала несмеяной быть.

Из врат Кремля доносится наружу
Царевны смех, переходящий в крик.
Под нею слуги подтирают лужу,
От смеха появившуюся вмиг.

Василий-царь в лице переменился
Зачем-то стал Емелю целовать.
И тут же вслед за тем распорядился
Гостей на свадьбу дочки созывать.

«Царь-батюшка, постой, какая свадьба? –
Спросил Емеля, – слышу в первый раз».
«Знакомь, сынок, меня с моею сватьей!
Не слышал разве ты про мой указ?

На всю Россию от Твери до Тулы
По радио указ объявлен был».
«Дык, ведь у нас антенну ветром сдуло», –
В ответ ему Емеля говорил.

«Починим мы тебе твою антенну,
Устроим председателю разнос.
Иль вообще осудим за измену,
Что про тебя не вовремя донес.

Вернемся в Кремль мы в будущую среду,
А нынче едем все в твою дыру».
«А можно я на печке с ним поеду? –
Царевна просит, – я не упаду».

Емеля реверс рычагом включает,
Давая русской печке задний ход,
И осторожно задом выезжает
Из тех же Тимофеевских ворот.

К нему прижавшись, едет с ним царевна.
А следом за царевной едет царь.
Конвой и свита едут с ним в деревню,
Поскольку приказал им государь.

Что там потом творилось поминутно,
Доподлинно узнать уже нельзя.
И так как время это было смутным,
То это время смутно помню я.

Но слух витает даже в Гондурасе,
Что царь Василий был на свадьбе пьян.
Еще болтают, что Отец Герасим
Порвал на этой свадьбе свой баян.

Сказочникъ
30.01.2007, 17:59
Примечания:
1)А жил с ней так, без всякого венчанья.
Царям такое можно и простить.
Не будем мы им делать замечанья,
Коль хочется подольше нам прожить(1а
1а)Тому примером Иоанн предтеча.
Царя в лицо ругал он, но, увы,
Однажды он за эти свои речи
Пророческой лишился головы.

2)Гефильте-фиш (идиш).

3)Vorfuhrung (нем.)

4)Сигизмунд (Zigmund) III из династии Ваза (20.6.1566-30.4.1632),